Освальд Шпенглер хочет применять к историческому способу рассмотрения методы, которые ещё пронизаны старым естественнонаучным мышлением, - хотя и не естественнонаучным духом. И Освальд Шпенглер является одним из тех, кто покраснеет, если кто-то будет говорить о том, что с точки зрения антропософски ориентированной науки является единственным выходом, позволяющим избежать гибели Европы. Для Освальда Шпенглера то, что, например, создаётся как социальная ориентация из этого антропософски ориентированного основания, представляется как салонный коммунизм или нечто подобное. То есть, Освальд Шпенглер показывает гениальность в отношении своих личных духовных сил, показывает универсальное мышление и познание в различных научных областях, но, в то же время, он показывает также чрезвычайную ограниченность, когда речь заходит о том, чтобы развивать такие духовные силы, которые только и могут плодотворным образом применить его методы.

13

Мои уважаемые присутствующие, только понимая это, можно высказываться против «Заката Европы» Освальда Шпенглера. Только тогда позволительно сказать: Хорошо, ты прав, можно рассматривать культуры, которые появились в ходе исторического становления, таким образом, что они рождаются, растут, становятся зрелыми, стареют и умирают. - Хорошо, если мы рассматриваем их таким образом, то и наша культура представляется такой, что мы должны приписать ей предсказываемый Освальдом Шпенглером закат. Но тогда мы видим лишь культуры, стоящие одна рядом с другой, как растения, стоящие рядом друг с другом, как животные организмы, стоящие рядом друг с другом, тогда у нас нет ничего, что мы получаем при духовно-научном рассмотрении.

14

Когда мы рассматриваем эти культуры духовно-научным образом, тогда мы смотрим назад на первую культуру, на древнеиндийскую культуру, - я описывал её в своей лекции об историческом становлении человечества, - и мы обнаруживаем, что то, что человек тогда производил из своего собственного сознания, является примитивным, совершенно элементарным, простым. Но в то же время мы обнаруживаем, что то, что человек мог произвести силами своего собственного сознания, было пронизано вызывающей благоговение мудростью пра-мира. Мы обнаруживаем первые культуры на элементарной ступени развития; но если мы понимаем, какая мудрость жила в этих культурах, то мы буквально падаем на колени от благоговения перед тем, что пронизывало эти пра-культуры. И если мы пойдём дальше, мы увидим, как эти первые культуры были сменены другими. Мы обнаружим там уже меньше этой пра-мудрости, но то, что человек производит сознательно, становится ступенью выше, далее - ещё выше, вплоть до того, что в наше время, а именно, с середины 15-го столетия, эта мудрость пра-мира оказывается для нас полностью запечатанной. Это выражается даже внешне. Это полная бессмыслица, когда люди полагают, что можно понять научное мышление из 10-го, 11-го столетия. Нет, его нельзя понять из 10-го, 11-го столетия, поскольку тогда говорили совершенно другим языком, нежели сегодня; надо вначале познакомиться с образом мышления того времени, которое с тех пор основательно изменилось. Поэтому вымерла та первобытная мировая мудрость, которой, хотя и инстинктивно, владели ранние культуры, так что одна культура могла возникнуть из другой, так что пра-индийская культура могла передать зародыш изначальной мудрости пра-персидской культуре, та, в свою очередь, - пра-египетской, а та, - греко-латинской культуре и так далее. Мы подошли, - благодаря своему сознанию свободы, - к формированию чистого разума, чистого мышления, но мы потеряли древнюю инстинктивную мудрость пра-мира.

15

Если мы рассматриваем природу, как Освальд Шпенглер, только с внешней стороны, тогда мы должны говорить так, как Освальд Шпенглер говорил о закате Европы. И нам позволительно выступать против этого заката Европы только в том случае, если у нас есть мужество сказать себе: Древняя, инстинктивно-спиритуальная мудрость для нас запечатана, но в наших сердцах уже зажигается новая искра, из того, что мы завоевали как интеллект, мы рождаем новую духовную жизнь, которая может наполнить наше внутреннее импульсами к новой культурной деятельности. Мы не только верим, мы знаем: В нашем внутреннем находится зародыш будущих, не просто одного будущего, и тогда мы понимаем, насколько совершенно по-другому, нежели это видит Освальд Шпенглер, должно выглядеть то, что произошло в истории. Мы видим, например, как к своему закату движется взошедшая на Юге греко-латинская культура; она перенесла с Востока христианство, поначалу сохраняла тайну Голгофы, затем, - что случилось с этой тайной Голгофы? Тогда, поскольку оставался ещё остаток пра-мудрости, ещё понимали то, что было истоком христианства. Затем с Севера пришли германские народы, они взяли то, что развили ставшие старыми народы, достигшие своей зрелости и конца; они приняли это в свою юную кровь и преобразовали это. Эти германские народы были последними, кто ещё мог принять эту мудрость пра-мира. На их коленях тогда взросло человечество, для которого эта пра-мудрость стала запечатанной, и которое произведёт новую духовную жизнь силами, которые должны родиться в нём самом. Если эта новая духовная жизнь создана не будет, то европейская культура перейдёт в варварство.

16