Если теперь взглянуть на то, что под поверхностью описанного позавчера, уже три-четыре столетия пытается, я бы сказал, пробиться наверх, - поскольку вначале оно хочет пробиться наверх только из глубин человеческого существа, - то надо сказать: Всё имеет тенденцию к тому, всё направлено на то, чтобы отдельные представители человечества пришли к полному сознанию, к полному сознанию во всех областях жизни. Для знатока исторического становления, который рассматривает не просто внешнюю историю, как учат сегодня, которая, по сути, является лишь fable convenue ³, а входит во внутреннее человеческого развития, - как необходимо входить во внутреннее отдельного индивидуального человека, чтобы его понять, - для него, примерно с 15-го столетия, виден зачаток того нового вида человеческого существа, который в полном сознании охватывает всё, что его окружает. Есть, однако, один факт в развитии человечества, который маскирует, закрывает то, что я только-что охарактеризовал. Из древних эпох остаются силы, которые занимают место консервативного элемента во всём развитии человечества, - силы, которые продолжают действовать, и которые, собственно, хотят не только отодвинуть на задний план то, что хочет развиться из одной части существа человечества как непосредственная задача времени, но и, как бы, одолеть это. Так из предыдущих эпох, через 15-е столетие, в наше время ужасным образом было перенесено то, что я хотел бы назвать бессознательностью во всех областях и, прежде всего, бессознательность в области самой духовной жизни.

³ fable convenue (франц.) - что-то выдуманное, что считается правдой (прим. пер.)

7

Эта бессознательность в области духовной жизни осталось настолько сильной, что сегодня мы имеем широкие духовные течения, которые, как раз, в бессознательном видят то, что является более глубокой, более существенной частью человеческого существа. Например, в Америке мы наблюдаем восходящее духовное движение, связанное с именем Вильяма Джеймса (William James), которое, как раз, среди интеллектуалов Европы имеет в различных вариантах множество последователей, - духовное движение, которое говорит: Только часть того, что человек вносит в свою душу, приходит к нему полностью сознательно. Из подсознания поднимается всё то, что, например, составляет содержание художественного творчества; из подсознания поднимаются даже идеи, которые только затем становятся предметом рассмотрения наукой. Из подсознания поднимается также всё, что одушевляет человека религиозно.

8

То, что тут распространяется как некое образованное духовное течение, то, что время от времени принимает гротескные формы, как, например, в психоанализе, - это имеет нечто отличное от его противоположного образа. Как часто до сих пор можно услышать, что у кого-то благонамеренного в отношении сверхчувственного, духовного мира, существование которого он предполагает, это его благое намерение тут же исчезает, когда выступает духовная наука, которая, исходя из знаков времени, с полным сознанием стремится проникнуть взглядом в духовный мир. Такой благонамеренный человек часто говорит при этом: ведь, должно же быть и что-то помимо того, что можно принять в душу из природы и людей сознательно. - Но затем он очень рад, если может сказать: Вот, есть же нечто неизвестное, что нельзя исследовать; что не вмещается в полностью в человеческое сознание.  - Деятелей искусства даже охватывает страх, ужас перед осознанием импульсов своего творчества. Они полагают, что из-за этого они потеряют самые элементарные [интимные] силы, наивность, которые они считают необходимыми для художественного творчества. И многие совершенно не хотят, чтобы то, что может быть полностью привнесено в сознание, стало импульсами социальной жизни, поскольку они и здесь хотели бы указать на нечто бессознательное, неизвестное, что должно действовать во взаимоотношениях от человека к человеку. Они предполагают, что человек черпает импульсы своего социального поведения из бессознательного, и этот процесс был бы определенным образом нарушен, если бы он был доведён до полного сознания, как если бы с него была снята освежающая его роса.

9

Так бессознательное, неизвестное в определенном смысле предлагается в самых разнообразных формах, как это делается сегодня в просветленных кругах. И это, ведь, только одно из следствий того, что когда в адрес, как раз, той духовной науки, о которой здесь идёт речь, снова и снова посылаются упрёки, имеют в виду, что эта духовная наука хочет сказать о духовном мире и его содержании что-то конкретное, а не просто указать на нечто неизвестное сверхъестественное, лежащее за пределами человеческого. Этому противопоставляется так называемая «простая, добрая вера», которая довольствуется не проникновением в то, что является содержанием духовной жизни, а лишь указанием на эту духовную жизнь, исходя из некого общего чувства, из самого примитивного человеческой природы. Эта вера, не желающая видеть знаки времени, отвергает определённое содержание духовной жизни, к которому стремится духовная наука, эта вера является лишь отставшим остатком того, что раньше господствовало в человеческом развитии как бессознательное. Но что это такое, это бессознательное? В предыдущие эпохи развития человечества это было иначе, нежели может быть сегодня. В предыдущие эпохи развития человечества это бессознательное было чем-то элементарно-живым. Чем дальше назад мы уходим в этом развитии человечества, тем больше мы обнаруживаем, как в человеке поднимается, - правда, не на путях сознания, которое должно преобладать сегодня, а на путях бессознательного видения, - как в нём поднимается не только содержание его духовной жизни, но и то, посредством чего ему становится понятной окружающая его природа.

10

Надо только взглянуть, мои дорогие присутствующие, на последние останки этого древнейшего видения человечества из подсознания, и тогда мы обнаружим прекрасные мифы, прекрасную мифологию, посредством которой древний человек из своего бессознательного получал объяснение относительно самого себя и окружающей его природы. Мы обнаружим источник художественного творчества, поднимающимся из этого бессознательного. И если мы действительно хотим обучать себя, не только в соответствии с общепринятыми предрассудками, мы также обнаружим отправные пункты того, что раньше человек искал импульсы для своей социальной воли и своего социального поведения в кругу своих собратьев, в бессознательном. Лежит же, пусть даже далеко не всё, но значительная часть того, что связывает людей социально из бессознательного, в человеческом языке, - в том человеческом языке, посредством которого мы становимся сестрой и братом другому человеку, который живёт в нашем окружении. Этот человеческий язык мы приобретаем в раннем детстве, в то время, когда мы только сновидчески вживаемся в мир, когда ещё не может идти никакой речи о полном сознании. Что же тогда вносит то, что было, как бы, рождено из детских жизненных сновидений, в более позднюю жизнь?

11

Мы находимся под влиянием гения языка. Этот язык, он даёт нам так много. Он соединяет нас социально с нашими собратьями, но то, что пронизывает этот язык, делает его социальной движущей силой, - это скрыто, как раз, в раннем детстве; это рождено не из сознания, это рождено из бессознательного. Поэтому можно сказать: древняя социальная жизнь во многом возникла из бессознательного. Бессознательное, вплоть до того времени, когда всё развитие человечества вступило в пятнадцатое столетие, дало человеку нечто совершенно иное по сравнению с тем, что оно даёт ему сегодня. Но так же, как то, что те развивающие силы индивидуального человека, которые действуют до половой зрелости, не могут снова присутствовать таким же образом в человеке после половой зрелости, что должны выявиться совершенно другие предрасположенности и силы, так же и в развитии человечества на место бывшего бессознательного в этой сегодняшней эпохе должно выступить сознание. Но тот элемент, на который я обращал ваше внимание позавчера, который пронизывает нашу нынешнюю цивилизацию, фраза, - это то, что активно мешает развитию полного сознания из глубин человеческого существа. То, что раньше со всей живостью пронизывало человека из бессознательного, сегодня уже больше не является живым; оно омертвело до фразы.

12

И позавчера мне также пришлось обратить внимание на то, что, как раз, это славное естественно-научное мировоззрение не нашло возможности просветить людей ни о чём другом, кроме как о внечеловеческом, о том, что есть в неживой природе. Я должен был обратить ваше внимание на то, что человек, который впитал бы в себя все знания, которые может дать естествознание, остался бы стоять в полном недоумении перед вопросом: Что же такое, собственно, человек? На этот вопрос: «Что же такое, собственно, человек?», - действующая сегодня наука не даёт никакого ответа. Почему? Потому, что эта наука рождена ещё не из полного сознания, потому, что эта наука, не смотря на свои славные достижения, является продолжением того, что в период бессознательного пришло к человеку из совсем других источников, нежели сегодняшние. Поэтому мы видим эту науку, находящейся в очень странном положении.

13