Если мы теперь войдём в середину того, где мы имеем 25920 циклов дыхания (табл. 7), которые, так сказать, ставят человека в центр мировой матки, тогда мы подойдем к Я. Поскольку, ведь, в этих циклах дыхания, - учитывая то, что я рассказывал о дыхании, которое идет к верхнему человеку и утончается до, так называемой, духовной жизни, - в дыхании заключается выражение индивидуальной человеческой жизни на Земле. Таким образом, здесь мы имеем Я. Как мы постигали связь нашего физического тела с большими временными эпохами, с платоновым мировым годом, так же мы должны постигать и связь нашего Я, которое мы можем, ведь, ощущать в каждой нерегулярности дыхания, с нашим ритмом дыхания.

10

Видите, жизнь человека на Земле лежит между обеими этими вещами, между циклом дыхания и мировым годом. Посредством дыхания регулируется все то, что имеет значение для Я. В тех колоссальных процессах, которые регулируются ритмом в 25920 лет, заключена жизнь нашего физического тела. Закономерности процессов в физическом теле связаны с великим ритмом платонова мирового года так же, как деятельность Я связана с ритмом нашего дыхания. Между обоими лежит человеческая жизнь, которая для нас снова заключена между физическим и эфирным телами, - астральным телом и Я. С одной определённой точки зрения, мы можем сказать, что человеческая жизнь на Земле лежит между физическим телом, эфирным телом, - астральным телом и Я, а, с другой точки зрения, мы можем сказать, что человеческая жизнь, рассматриваемая в божественно-космическом аспекте, лежит между суточным дыханием и платоновым мировым годом. Поэтому дыхание в одни сутки представляет собой целое. Дыхание в одни сутки связано с тем, что представляет собой человеческая жизнь.

11

Теперь рассмотрим с этой космической точки зрения то, что лежит между человеческим дыханием, то есть, между жизнью и деятельностью Я и прохождением платонова мирового года, то есть, жизнью и деятельностью снаружи, в макрокосмосе. Видите, с тем, что хочет действовать в нашей дыхательной системе, дело обстоит так, что в 24-часовом суточном дыхании, в том, что находится между ним и тем, что в этом дыхании мы имеем как полный ритм дыхания, мы всякий раз встречаем тот ритм, который представлен нам как ритм смены дня и ночи и связан с существом Солнца, как оно стоит в отношении с существом Земли. В ежедневном восходе и заходе Солнца, в движении Солнца по небесному своду, в затмении Солнца Землей, - в этом суточном движении Солнца содержится то, с чем мы сталкиваемся в нашем дыхательном ритме.

12

Тем самым мы приходим к суткам, к суткам, состоящим из двадцати четырех часов, то есть, к человеческим суткам, состоящим их двадцати четырех часов. А теперь рассчитаем дальше, как мы тут, некоторым образом, исходя из дыхания, вчленяемся в мир. Рассчитаем, как мы тут вчленяемся в то, что мы встречаем в ходе макрокосмических суток, как мы стоим в них. Смотрите, тут мы можем считать так: у нас имеются сутки, положим, что год состоит из трехсот шестидесяти дней, – мы ведь оцениваем эти вещи аппроксимативно, –тогда получим триста шестьдесят дней. Будем считать продолжительность жизни человека равной 72 годам, – патриархальный возраст, –получаем 25920 дней. Мы имеем человеческую жизнь как целое, состоящее из семидесяти двух лет, то есть, ритм, в котором это целое вписывается в мир, и этот ритм подобен платонову солнечному году.

13

Своим дыхательным ритмом мы вставляем себя во всю нашу человеческую жизнь в соответствии с ритмом 25920. К тому, что таким образом вставлено внутрь этой человеческой жизни, мы подходим так, как один цикл дыхания стоит в пределах суток. Теперь посмотрим, что в пределах 72 лет, в пределах 25920 дней, стоит так же, как цикл дыхания, вдох и выдох? Что мы здесь имеем? Во-первых, мы имеем вдох и выдох. Первая фаза ритма. Во-вторых: в продолжении дня мы вставляем себя в жизнь, переживаем жизнь также приблизительно 25920 раз. Что же, именно? Сон и бодрствование. То есть, во-вторых, мы имеем сон и бодрствование. Это чередование сна и бодрствования повторяется в человеческой жизни 25920 раз, так же, как вдох и выдох повторяются 25920 раз в продолжении суток, в продолжении одного суточного оборота Солнца. Но подумайте-ка хорошенько, что же это тогда такое: засыпание и пробуждение, засыпание-пробуждение, засыпание-пробуждение? Всякий раз, когда мы засыпаем, мы выдыхаем не просто углекислоту, а, как физический человек, мы выдыхаем наше астральное тело, и наше Я. При пробуждении мы вдыхаем их обратно. Это более крупный дыхательный цикл, который длится двадцать четыре часа, то есть, одни сутки. Это второе дыхание, которое подчиняется тому же самому ритму. Таким образом, мы имеем самое малое дыхание, состоящее из обычного вдоха и выдоха. И мы имеем более крупное дыхание, в котором уже человек врастает в мир, - то, что изживается во сне и бодрствовании.

14

Пойдем дальше. Попробуем теперь человеческую жизнь, продолжительностью около семьдесяти двух лет, вписать в платонов год. Эти семьдесят два года примем за год, один год, состоящий из дней, каждый из которых равен одной человеческой жизни. Таким образом, мы берём большой мировой год, также состоящий из 360 дней, каждый из которых равен одной человеческой жизни, то есть, 360 человеческих жизней; получаем: 360 человеческих жизней умноженные на 72, - равняется 25920, то есть, точно платонов год.

15

Но что мы делаем, проходя этот платонов год? Мы начинаем нашу жизнь и умираем. Что мы делаем, умирая? Умирая, мы выдыхаем в отношении нашей земной организации нечто большее, чем астральное тело и Я. Мы выдыхаем во вселенную наше эфирное тело. Мною уже часто показывалось, как эфирное тело выдыхается в мироздание и как оно расширяется во вселенной. Когда мы возвращаемся назад, мы снова вдыхаем эфирное тело. Это одно гигантское дыхание. Эфирные вдох и выдох. Утром мы вдыхаем астральное. С каждым дыхательным циклом мы вдыхаем кислород, но всякий раз, заканчивая земную жизнь, мы выдыхаем эфир, и с каждым началом земной жизни мы вдыхаем эфир.

16

Таким образом, в качестве третьего у нас: жизнь и смерть. Если жизнь мы будем рассматривать как жизнь на Земле, а смерть как жизнь между смертью и новым рождением, мы придем к платонову году, добавляя к малому дыханию сначала более крупное дыхание, а затем к более крупному дыханию - наибольшее дыхание.

1. Вдох и выдох –
самое малое дыхание

2. Сон и бодрствование –
более крупное дыхание

3. Жизнь, смерть –
наибольшее дыхание

17

Такое положение мы занимаем, так сказать, по отношению к звёздному миру. С одной стороны, вовнутрь, мы обращены к нашему дыханию, с другой стороны, наружу, мы обращены к платонову году. В промежутке разыгрывается наша человеческая жизнь, но в самой этой человеческой жизни снова обнаруживается тот же ритм.

18

Но что же входит в этот промежуток между платоновым мировым годом и ритмом нашего дыхания? Попытаемся теперь то, что мы обнаружили на основании числового выражения ритма, - подобно художнику, который создаёт основу для дальнейшей работы, грунтуя полотно, - попытаемся, создав это основание, на нем рисовать. Тогда мы найдем, что как в отношении платонова мирового года, так и в отношении малого временного ритма, и совсем явно в отношении годового ритма, постоянно происходит смена во внешнем мире, которая легче всего воспринимается нами, прежде всего, в рассмотрении качеств тепла и холода. Нам нужно только представить себе, что зимой холодно, а летом тепло, и мы получим то, что вырисовывается на нашем числовом основании, мы получим качественные характеристики, выраженные в тепле и холоде; и человек всей своей жизнью вписан в эту смену тепла и холода. Смотрите, природа может позволять осуществляться смене тепла и холода, и это происходит, и для, так называемой, природы эта смена тепла и холода чрезвычайно целебна. Но для человека она непозволительна. Человек должен некоторым образом сохранять в себе нормальное тепло, или нормальный холод, - смотря по тому, относительно чего они рассматриваются. То есть, он должен развивать в себе внутренние силы, посредством которых он сберегает солнечную теплоту для зимы, и зимний холод – для лета. Он должен осуществлять внутреннюю компенсацию, правильную внутреннюю компенсацию, быть постоянно деятельным в своей организации так, чтобы она уравновешивала тепло и холод как внутри себя, так и по отношению к внешней природе.

19

Это влияния в человеческом организме, которые совершенно упускаются из виду. Человеческий организм внутренне вносит в себя лето зимой и зиму летом. Летом мы вносим в себя то, что наш организм пережил зимой. Мы несём в себе зиму, проходя через точку весеннего равноденствия, вплоть до дня Ивана Купалы, затем она уравновешивается. Когда же время склоняется к осени, мы начинаем нести в себе лето, неся его в себе вплоть до Рождества, до 21 декабря, - затем снова устанавливается равновесие. Так что эту смену тепла и холода мы постоянно носим в себе в уравновешенном виде. Но что делаем мы при этом?

20

Смотрите, если мы исследуем то, что мы при этом делаем, мы придем к исключительно интересному результату. Если представить человека таким образом (см. рисунок), то даже поверхностное наблюдение покажет нам, что все то, что выступает в виде холода внутри человека, проявляет тенденцию в направлении нервно-чувственного человека. Так что сегодня можно доказать: все, что действует как холод, как зимнее, участвует в формировании головы, нервно-чувственной организации. Все, что является летним, все, что содержит тепло, действует в системе обмена веществ и конечностей человека. Таким образом, когда мы смотрим на нашего человека обмена веществ и конечностей, мы видим, как в нашу организацию вносится всё летнее. Рассматривая же наши нервно-чувственные функции, мы наблюдаем, содержание в них всего того, что мы воспринимаем в себя из космоса как зимнее. Так головой мы переживаем всю зиму, организацией обмена веществ и конечностей – всё лето, а ритмической системой осуществляем внутреннее равновесие, черпаем из систем обмена веществ и головы тепло и холод, и приходим к тому, что, собственно, только и регулирует всё остальное. Тепло вещества – это, ведь, только следствие процессов тепла, а холод вещества - это следствие процессов холода. Мы приходим к игре мирового ритма в человеческой организации. Мы приходим к тому, чтобы сказать себе: зима в макрокосмосе – это творящее начало в головной, или нервно-чувственной системе. Лето в макрокосмосе – это творящее начало в системе конечностей и обмена веществ человека.

21

Видите, если мы вглядимся в человеческую организацию таким образом, мы снова найдем отправную точку для той медицины посвященных, о которой я говорил, что начало её положено в книге, написанной мною вместе с госпожой доктором Вегман. Это начало того, что действительно должно все больше и больше внедряться в науку.

22