Мне были заданы вопросы: как объясняется с духовно-научной точки зрения то, что столь поздно совершается прорезывание так называемых зубов мудрости? Не связано ли появление этих зубов мудрости с высвобождением определенных сил познании, как это происходит при смене молочных зубов на коренные?
Итак, при смене зубов те силы, которые прежде пронизывали организм, освобождаются и становятся, как я уже говорил, силами представления, свободными силами представления. Но все, что в этом смысле совершается в организме, не следует в мыслях строго разделять и разграничивать — это было бы неправильным по отношению к действительному ходу развития. То, что в определенном возрасте является для человека самым важным, в виде известного остатка сохраняется и при наступлении новой эпохи в развитии. И вот, зубы мудрости мы получаем позже потому, что от того, что столь радикально действовало в ребенке в продолжение первых семи лет, в организме сохраняется некий остаток. Это необходимый остаток. Если бы вдруг совершенно прекратилась прежняя связь этих сил с организмом, то мы, люди, принимаясь думать, всякий раз получали бы очень сильный толчок. Потому что, когда мы думаем, силы, вплоть до семи лет активно действовавшие в организме, произвольно приходят в напряженное состояние. Должен сохраняться своего рода мост между организмом и выделившимся из него духовно-душевным. Это находит свое выражение в позднем прорезывании зубов мудрости. От той силы, которая освободилась и стала способностью представления, нечто удерживается и продолжает участвовать в органическом развитии.

8

Подобное мы можем обнаружить в отношении вообще всего, что связано со становлением человека. Мне был поставлен еще один интересный вопрос: в какой мере учитель, исходя из духовно-научного педагогического искусства, может содействовать тому, чтобы дети, повзрослев, смогли составить правильное мнение о своих способностях и, таким образом, занять правильное место в жизни общества?

9

Собственно, из духа духовной науки — если позволите мне такое выражение — следовало бы ответить, что такого рода вопрос не должен иметь места: он поставлен материалистически, рационалистически. Ребенок как раз должен быть защищен от подобного, абстрактно задаваемого вопроса: как мне, согласно моим способностям, занять правильное место в жизни? Ребенок должен прийти к этому решению лишь постепенно, со всевозможными переходами, развив в себе соответствующее чувство, а не на основе абстракций. А если перед нашей душой встает абстрактный вопрос: «Как нам использовать наши способности на служение человечеству?», то это, собственно говоря, уже душевная болезнь. Нужно, чтобы дети медленно и постепенно, само собой разумеющимся образом врастали во все накопившиеся в ходе человеческого развития установления, в то, что связывает их с другими людьми. Для этого их воспитание должно быть поставлено так, как я это здесь описал. Тогда они не окажутся жертвами болезненного вопроса; «Как же мне применить свои способности на службе обществу?» Благодаря полученным практическим знаниям, окончив среднюю школу, они будут готовы к тому, что сама жизнь возвестит о том, как им себя в ней поставить. Возникновение подобных вопросов, их серьезное рассмотрение как чего-то такого, что способно сегодня играть определенную роль, свидетельствуют о том, насколько мы в наше время находимся в русле интеллектуализма, а тем самым и в русле материализма.

10

Именно поэтому я стремился показать, как конкретные общие принципы могут быть разработаны вплоть до практических частностей; все, что для этого нужно, — это добрая воля. Теперь я хотел бы ответить на следующий вопрос. Меня спросили, как быть с такими недостатками в правописании, когда слова пишутся неразборчиво; например, непонятно, что написано «о» или «а»?

11

Я уже говорил, что правильность письма достигается упражнениями в слушании. Внимательное слушание приучает также и к точному видению. Все способности взаимно поддерживают друг друга. Если правильно развивать одну из них, развитие других также получит правильное направление. Приучившись точно слышать, ребенок непременно будет склонен и к тому, чтобы внешний образ слова связывать с его внутренним смыслом. Точное слышание поддерживает точное зрение. И мы поможем ребенку научиться правильно писать такие слова, в которых орфография, по видимости, произвольна, если будем побуждать его отчетливо, пластически, по слогам произносить слова.

12