Я был бы весьма огорчен, если бы вследствие некоторых сделанных мной замечаний возникло мнение, будто сказанное здесь о педагогическом искусстве должно в каком-либо отношении действовать догматически, то есть может приводить к односторонности. В основе всего здесь изложенного лежит убеждение в том, что духовная наука как таковая способна оплодотворить педагогическое искусство. И в особенности важно, что благодаря этому воспитание и обучение обретут живой характер. Я полагаю, что намеченные здесь общие ориентиры могут привести к успеху. Было бы хорошо также, если бы мои уважаемые слушатели стремились к взаимопониманию и обменивались мнениями между собой и с теми, кто каким-либо образом заинтересуется искусством воспитания, как о нем здесь говорилось. Ведь сегодня дело поистине заключается в том, чтобы, исходя из живого и целостного понимания развития человека, именно в сфере педагогики идти навстречу тем требованиям, которые выдвигает время. Сегодня речь идет не столько о том, чтобы вновь заложить формальные основы воспитания, сколько о том, чтобы мы расширили наш кругозор в отношении человеческого развития.

1

Где сегодня стоит человечество в плане своего развития? Что должны мы дать ребенку, если хотим воздать должное тому подходу к жизни, который усвоило себе современное человечество и с которым оно будет Все более срастаться в ближайшем будущем? Кто не рассматривает события последнего времени как огненный знак, ясно свидетельствующий о том, что многое должно быть обновлено именно в искусстве воспитания, тот, собственно, плохо понимает современность. Можно было бы указать на бесчисленные частности. Подумайте только, сколь несложно было бы, согласно данным мной указаниям, в преподавании арифметики наряду с принятым сегодня чисто синтетическим методом применять и аналитический метод и исходить не только из слагаемых и множителей, но также — из суммы и произведения. И сколь плодотворным было бы разработать с данной точки зрения исчисление дробей и все, что с ним связано. Об этой частности я хотел бы сказать несколько слов. Переходя от целых чисел к дробям, мы вполне естественным образом вступаем в область анализа, ибо раздробление целых чисел и означает анализирование; так что было бы вполне оправданно для обучения исчислению дробей ввести метод, отличающийся от того, которым мы пользуемся при обучении исчислению целых чисел.

2

С одной стороны, конечно, нет причин для особого беспокойства в том, что в девятнадцатом веке в школьный обиход были введены арифмометры. Но эти счетные машины не должны приводить к материалистической переоценке принципа наглядности. Наглядность, конечно, нужна, но дело в том, что в процессе преподавания у ребенка должны развиваться различные способности. Время от смены зубов до наступления половой зрелости следует использовать прежде всего для развития памяти. Нагружать память за счет наглядности, равно как и пренебрегать ею, отдавая предпочтение наглядным пособиям, — одинаково плохо. Сначала — конечно, самым простым образом, — и для этого тому, кто умеет сделать преподавание живым, в сущности, достаточно десяти пальцев на обеих руках, — нужно в различных сочетаниях группировать порядковые числа в пределах первого десятка, рассматривая совершающиеся при этом счетные операции и возникающие соотношения чисел.

3

Чем, собственно, в действительности, является число, чем является дробь — об этом существуют обстоятельные философские изыскания, целые разделы в философских сочинениях. Оказывается, будучи ребенком, в школе можно пройти и числа, и дроби, а потом, став взрослым — причем этот взрослый должен быть к тому же философом, — сказать: теперь настало время всерьез исследовать, чем же, в действительности, является число, что такое дробь. Это указывает по меньшей мере на то, что нет необходимости посредством так называемой наглядности разъяснять все до мельчайших подробностей, но важно заложить в память ребенка много такого, что будет пронизано сознанием лишь впоследствии, когда он для этого созреет. Я уже говорил об этом в другой связи. С вычислением дробей дело обстоит несколько иначе. Возникновение дроби совершается, в некотором смысле, аналитически, и здесь следует идти навстречу той аналитической потребности, о которой у нас уже шла речь. При этом важно, чтобы преподавание велось максимально наглядно. Можно, например, разделить большой куб на маленькие кубики. Разделим куб на четыре части и так обратимся к понятию четверти, затем — еще на четыре части и получим шестнадцатые. Можно замечательно пояснить детям четверть, шестнадцатую, восьмую с помощью деления куба. Если к тому же по-разному окрасить составные части, этот раздел обучения станет в высшей степени наглядным.

4

Мне хотелось бы, чтобы переход от обычных дробей к десятичным не совершали с детьми иррациональным способом, то есть без какой-либо связи с действительностью. Дети с самого начала должны почувствовать, что употребление десятичных дробен обусловлено своего рода удобством, своего рода договором. Далее у них должно возникнуть чувство, что десятичные дроби образуются так же, как мы вообще считаем: мы сначала считаем до десяти, а потом находим число десять в двадцати, затем, в тридцати находим уже три десятка. Если мы будем вести счет налево по тому же принципу, по которому у нас вправо растут десятичные дроби, ребенок сможет получить представление о том, что речь идет о некоем относительном процессе и что целое число я могу получить, скажем, просто переместив запятую на два знака вправо. Заключенная здесь условность должна быть с самого начала показана детям. Благодаря этому они смогут лучше понять и некоторые условности в общественном устройстве. Исчезли бы многие пользующиеся авторитетом предрассудки, если бы все то, что, r сущности, основано на соглашении, с самого начала было преподано ребенку как условность. Пронизывая собой искусство воспитания, духовная наука — учитывая, все, что было сказано о различных возрастах и присущих им способностях — стремится к тому, чтобы ребенок в период между сменой зубов и наступлением половой зрелости получил представление о практической жизни. Каждый предмет должен служить обогащению представления о практической жизни. Если мы правильно понимаем ребенка, то преподавание физики и химии мы отложим до возраста около двенадцати лет, ибо преподавание того, что связано с минеральным, как об этом уже говорилось, может быть начато не раньше этого возраста. Но и обучение вычислениям в это время или, может быть, уже с одиннадцати лет должно быть поставлено так, чтобы в нем тем более присутствовало то, чем должно быть пропитано преподавание физики и химии: ориентация на практику. Учась вычислять, ребенок непременно должен получить представление о том, как учитывается вексель, как составляется счет, как ведутся бухгалтерские книги, как оформляется содержащая расчеты деловая переписка. Между двенадцатью и четырнадцатью годами обучение должно быть построено так, чтобы ребенок, достигнув возраста примерно пятнадцати лет и закончив среднюю школу, имел реальное представление о важнейших отраслях жизни.

5

Я знаю, как обычно возражают против этого принципа: да зачем же тратить на все это время? Зачем тратить время на то, чтобы дать ребенку практическое представление о том, как изготовляют бумагу, как производят мыло, сигареты и тому подобное? Однако, если правильно организовать дело, можно охватить типическое — например, познакомиться с типичными видами промышленности или средств сообщения. На этом пути можно было бы достичь того, чтобы в дальнейшем ребенок шел по миру не как сквозь лабиринт пугающих своей непонятностью отношений, но зная, что и как происходит в его ближайшем окружении. Мы ведь видим, что городские дети не имеют ни малейшего представления о том, чем ячмень отличается от пшеницы. Мы также видим, что дети, живущие в непосредственной близости от мыловаренной фабрики, совершенно не подозревают, как производится мыло; и дело здесь лишь в том, что никто не заботится о том, чтобы они знакомились с тем, что сегодня окружает человечество, с тем, благодаря чему оно находится на современной стадии развития культуры и цивилизации.

6

Вдумайтесь, как много людей сегодня ездят в трамвае, не имея даже самого поверхностного представления о его устройстве. Разумеется, то, что я сейчас имею в виду, не следует доводить до крайности, но по существу это так: мы постоянно пользуемся достижениями цивилизации, не имея ни малейшего представления о том, что в них действует. Нервозность нашего поколения в немалой степени объясняется именно этим. Оттого, что мы окружены тем, что непрозрачно для нас, чего мы не понимаем, мы сами становимся запутанными, запутанными в нашем подсознании. Разумеется, человек не может знать всех, частностей нынешней сложной жизни, но с детьми, которые достигли двенадцати лет и у которых формируются соответствующие способности, необходимо стремиться к тому, чтобы охватить типическое, наиважнейшее в практической жизни; и это укрепит ту силу самостоятельного суждения, которая вступает в свои права вместе с наступлением половой зрелости. Сегодня для людей больше не должно быть тайной все то, что выходит за рамки их профессиональной деятельности. То, как ведется бухгалтерский учет, является тайной для человека, если он сам не бухгалтер; для людей, не преподающих в школе, тайну составляет профессия учителя, и так далее. Такую социальную раздробленность необходимо преодолеть. Мы должны учиться понимать друг друга. Способности детей, относящиеся к практической жизни, мы не должны оставлять втуне. Вместо того чтобы включать в школьную программу некоторые весьма забавные темы для сочинений, вместо всевозможных описаний, — я не знаю, какие здесь, в республиканской Швейцарии, даются темы для сочинений, то есть я имею об этом представление по школьным программам, но я не хочу в это вдаваться, — вместо всего того, что, к примеру, в прежних монархических государствах писалось ко дне рождения императора» и тому подобном, вместо этого следовало бы писать сочинения, в которых раскрывалась бы деловая, торговая и индустриальная жизнь. Все это вовсе не обязано быть основанным на идеализме и духовном образе мыслей. Ведь воспитание духовного образа мыслей не нуждается в постоянном подчеркивании идеализма и высоких идеалов, оно совершается благодаря тому, что человеку дают возможность действовать исходя из духовного, чтобы то, что хочет проявиться в нем как духовное, из года в год действительно реализовывалось. Так широкая перспектива согласуется с частностями.

7