И все же можно сказать: когда мы, душевно-духовно обострив взор, обращаем его вовне, в Космос, мы приходим к восприятию эфирного и, кроме того, получаем впечатление: именно эфирному мы обязаны тем, что стремимся прочь с Земли — земная тяжесть связывает нас с Землей, но благодаря эфирным силам нас тянет прочь от нее. В этом нашем стремлении прочь деятельно, собственно, эфирное начало. Стоит лишь обратить внимание на следующее: человеческий мозг весит приблизительно 1500 граммов. Масса в 1500 граммов, надави она на тонкие кровеносные сосуды, располагающиеся под мозгом, раздавила бы их совершенно. Если бы мозг в живом человеке действительно весил 1500 граммов, никаких кровеносных сосудов под мозгом у нас не могло бы быть. Но внутри живого человека мозг весит самое большее 20 граммов. Он становится легче, невообразимо легче, по той причине, что плавает в мозговой жидкости, — разница в весе равняется весу вытесненной воды: стало быть, мозг, собственно говоря, действует так, что как бы порывается удалиться прочь от человека, — и в этом его устремлении деятельны эфирные силы. Так что можно сказать: на примере мозга особенно наглядно видно, что происходит в этой сфере.

7

Ваш мозг плавает в мозговой жидкости. При этом его вес уменьшается с 1500 граммов всего до двадцати. Итак, если мозг весит примерно 20 граммов, то доля его участия в нашей физической телесности исключительно мала. В этом случае у эфирных сил появляются невообразимые возможности тянуть вверх. Вес тянет вниз, но он компенсируется. В мозговой жидкости развивается преимущественно совокупность эфирных сил, поднимающих нас от земного. Если бы мы должны были нести наше физическое тело и при этом оно весило бы столько, сколько весит, нам пришлось бы волочить его, как тяжелый мешок. Но каждое кровяное тельце плавает в жидкости и поэтому теряет в весе.

8

Это очень древнее открытие — что в жидкости вещи теряют в весе. Вы ведь знаете, что в древности это открытие было приписано Архимеду. Однажды он купался в ванне и обнаружил, что нога, если ее высунешь из воды, намного тяжелее, чем когда она — в воде. Тогда он закричал: «Эврика! Нашел!» Он понял: тело, погруженное в жидкость, будет весить настолько меньше, сколько весит вытесненная им вода. Представьте себе Архимеда в ванне; вот физическая нога его (рисует), и вот эта же нога, но состоящая из воды. Физическая нога станет легче на столько, сколько весит вот эта водяная нога. На столько она станет легче. И таким же образом мозг, погруженный в мозговую жидкость, весит на столько меньше, сколько весит вытесненная им мозговая жидкость. В физике это называется силой выталкивания. Итак, в этом устремлении вверх в человеке посредством жидкого действуют эфирные силы, тогда как астральное начало активизируется посредством дыхания, посредством воздухообразной стихии, поступающей в человеческий организм. Поскольку воздухообразное внутри человека в невообразимо тонком, разреженном состоянии достигает головы, этим распределением воздуха по направлениям заняты в человеке астральные силы.

9

Так, в веществе, в «твердом», в земной стихии, можно, действительно, видеть физическое; в жидком, особенно проявленном в человеке, — эфирное; а в воздушном — астральное.

10

В том-то и трагедия материализма, что он ничего не знает о материи, о том, как она на самом деле действует в различных сферах бытия. Примечательно, что материализм так мало знает как раз о материи. Он совершенно ничего не знает о ее действии, потому что об этом мы кое-что узнаем, только если принимаем во внимание духовность, действующую в материи в виде разного рода сил.

11

И вот: если мы, продвигаясь в медитации, приходим к имагинативному познанию, о котором я уже вам говорил, то во всех проявлениях водной стихии находим одновременно и эфирные силы. И перед лицом действительного познания совершенным ребячеством было бы думать, что во всех проявлениях водной стихии Земли — возьмем ли мы море, воду в реке, встающие туманы, падающие капли, образующиеся облака — присутствует лишь то, что физика и химия знают о воде: это совершенно наивно по сравнению с действительным познанием. Ибо во всем существующем в огромной водной капле земной планеты, во всем том, что беспрестанно поднимается в виде испарений, из чего образуются облака, что ложится в виде туманов или выпадает в дожде, во всем, что кроме этого совершается на Земле водой, — а ведь сколь многообразна роль воды в формировании земных образований, — во всем этом действуют эфирные течения, эфирная активность, открывающаяся нам, когда мы укрепим мышление указанным мной способом: в образах. За кулисами этой водной активности повсюду существует активность имагинации, мировой имагинации, и, проникая в эту мировую имагинацию как бы с обратной стороны, повсюду звучит астральная гармония мировых сфер.

12

Но внутри человека все соотношения проявляются совсем не так, как вне его. Если мы смотрим на внечеловеческий мир, обострив взор тем способом, который я вам описал, мы обнаруживаем мир, построенный, во-первых, из физической стихии, мир, непосредственно связанный с Землей; затем — из эфирного, наполняющего собой Космос; и потом — из астрального, по сути проникающего в него. Так что мы действительно имеем не просто некую общую абстрактную астральную активность, но в мир вступают существа — существа, душевно-духовные по своей природе, как человек в своем теле несет душевно-духовное начало. Вот что видит человек.

13

Если же мы теперь снова обратим взор на человека, то обнаружим и в человеке соответствующее внешнему эфиру — его эфирное тело. Но это эфирное тело выглядит не так, что вы могли бы сказать: вот — физический человек, а это — эфирное тело (рисует). Разумеется, так нарисовать можно, но это лишь застывшее сечение. Вы никогда не видите просто эфирное тело настоящего момента, но, рассматривая эфирное тело человека, — то сечение, которое можно зарисовать, вы увидите его примыкающим к тому, что ему предшествует. Вы всегда видите все эфирное тело целиком, до самого момента рождения. Временное — это нечто единое. Когда перед вами двадцатилетний человек, вы не можете видеть просто эфирное тело двадцатилетнего человека, но вы видите все, что произошло в его эфирном теле, вплоть до момента его рождения и даже раньше того. Тут время воистину становится пространством. Когда вы смотрите внутрь аллеи, то деревья благодаря перспективе сдвигаются все ближе друг к другу, то есть в пространстве вы видите всю аллею целиком; так же, созерцая эфирное тело, каково оно сегодня, вы ретроспективно созерцаете все это образование, которое есть образование временное. Эфирное тело — это временной организм. Физическое тело — организм пространственный. Ведь физическое тело в данный момент — вполне законченное образование. Эфирное же тело всегда существует как целое — на всем протяжении прошедшей жизни во время нынешнего нашего воплощения. Эфирное тело есть что-то единое. Поэтому вы могли бы, собственно говоря, зарисовать или написать красками эфирное тело лишь в том случае, если бы вы могли изображать сменяющие друг друга образы: только пришлось бы работать с невероятной быстротой. Зарисованное или изображенное в виде мгновенной формы есть всего лишь некое сечение, некий разрез, который относится к целому эфирного тела, как разрез ствола дерева относится к целому дереву. Так и в том случае, если вы изображаете эфирное тело в виде схемы — это только разрез его, ибо эфирное тело целиком — есть некое временное становление. И обозревая это становление во времени, мы выходим за пределы момента рождения, более того — момента зачатия, и приходим к тому моменту, где видим, как человек снизошел из своего предземного бытия в нынешнюю земную жизнь, и как он проделал, так сказать, последнее, что он совершил до того, как был зачат родительской парой, — как он притянул к себе из всеобщего мирового эфира субстанциальность и образовал из нее свое эфирное тело.

14

Так что, коль скоро вы говорите об эфирном теле, вы не можете говорить иначе, как обозревая всю временную жизнь человека, даже выходя за пределы момента рождения. А то, что обычно считают эфирным телом данного момента времени, — только абстракция; конкретным является становление во времени.

15