Итак, видите ли, когда мы думаем о физическом теле человека таким образом, как я его только что описал, естественно спросить себя: в каком, собственно говоря, отношении находится физическое тело человека к земному окружению? Оно, вне всякого сомнения, определенным образом связано с ним — но как?

32

Возьмем труп, — а это верное отражение физического человека даже и при жизни, — и здесь мы увидим в виде четких форм печень, селезенку, почки, сердце, легкие, кости, мышцы, нервные волокна. Все это можно нарисовать, все имеет отчетливый контур, благодаря чему все это похоже на твердое, на то, что существует в твердых формах. Но с этими оконтуренными образованиями в человеческом организме дело обстоит так. Нет, собственно, ничего обманчивее сегодняшних руководств по анатомии и физиологии. Нет, потому что у людей складывается такой взгляд: это печень, здесь сердце, и так далее — они видят все это в четких контурах и думают, что четкие очертания — это нечто существенное. Человеческий организм представляют себе в общем-то в виде совокупности твердых тел. Но он совершенно не таков — в лучшем случае на 10 процентов, остальные 90 процентов состава человеческого организма не твердые, они — жидкие или даже газообразные. При жизни человек на 90 процентов представляет собой водяной столп. Так что можно сказать: разумеется, своим физическим телом человек принадлежит твердой стихии — земле, тому, что древние мыслители и называли «земля»; но далее начинается то, что в человеке является жидким. И во внешней науке к разумному воззрению на человека придут не ранее, чем снова будут отличать самого по себе человека твердой стихии от человека текучей стихии, — эти внутренние приливы и отливы, где все походит на миниатюрный океан.

33

Однако земной мир по-настоящему влияет на человека только в отношении того, что является в нем «твердым». Ибо и в окружающей природе вы можете увидеть, что там, где начинается жидкая стихия, тотчас выступает внутренняя формообразующая сила, проявляющая в своем действии сугубую целостность.

34

Возьмите жидкий элемент нашей Земли, всю ее воду: ведь это одна громадная капля. Если дать воде свободно формироваться, она становится каплеобразной — жидкое всюду превращается в каплю.

35

Все, что является «землей», твердым, как мы это теперь называем, выступает в фиксированных формах, которые мы и видим как твердые формы. Жидкое же всегда стремится стать каплеобразным, принять форму шара.

36

Отчего же это происходит? Изучая каплю, крошечную или величиной с земной шар, — вы увидите, что всякая капля есть отражение всей Вселенной. Само собой разумеется, что по нынешним расхожим понятиям это не так, однако это верно хотя бы на первый взгляд, — и в ближайшее время мы увидим, что такое понимание оправдано, — на первый взгляд, вышеуказанное справедливо: ибо вся Вселенная выглядит для нас как полый шар.

37

Всякая капля, мала она или велика, выглядит для нас отображением самой Вселенной. Возьмете ли вы дождевую каплю или представите себе все воды Земли — в их внешнем облике вы увидите образ Вселенной. Как только мы вступаем в область жидкого, мы уже не можем объяснить его на основе земных сил. Если вы вникнете в бесчисленные попытки объяснить шарообразную форму земных вод силами самой Земли, вы увидите, сколь тщетны все эти старания. На основе силы земного притяжения и тому подобного шарообразная форма земных вод необъяснима. Ее нужно объяснять не земным притяжением, а давлением извне. Тогда мы сразу приходим к тому, что даже и во внешней природе нам очевидно: для объяснения жидкого элемента мы должны выйти за пределы земного мира. А отсюда вы придете к пониманию того, как обстоит дело с человеком.

38

Пока вы остаетесь в рамках того, что в человеке является «твердым», вы можете ограничиваться земным миром — если хотите понять человеческий облик. Но в тот момент, когда вы обращаетесь к жидкому элементу, вы нуждаетесь в этом «втором» человеке, который действует в жидкой стихии и к которому вы приходите благодаря укрепленному мышлению.

39

Итак, мы снова пришли к земному. Мы находим в человеке «твердое». Его мы объясняем при помощи наших обычных мыслей. Но жидкое в человеке мы не можем понять в отношении его формы, если не мыслим действующего в жидкой стихии «второго» человека, которого в укрепленном мышлении мы ощущаем в нас самих — как эфирное тело человека.

40

Значит, можно сказать: физический человек действует в «твердом», эфирный человек действует в «жидком». Эфирный человек, кроме того, конечно, всегда представляет собой нечто самостоятельное, но посредник, через которого он действует, — жидкость.

41

А теперь вопрос в том, чтобы продвинуться дальше. Подумайте, мы дошли фактически до внутреннего переживания указанного укрепленного мышления, то есть до переживания эфирного человека, вышеописанного «второго» человека, а это предполагает, что мы развиваем энергичную внутреннюю активность.

42

И как вы знаете, если приложить некоторое усилие, можно не только привести мышление в движение, но можно запретить себе мысли. Можно перестать думать. Об этом заботится наш физический организм. Когда мы устаем и засыпаем, то перестаем думать. Но снова произвольно погасить то, что мы вложили в себя, напрягая все свои силы, — укрепленное мышление, возникшее в результате медитирования, — уже гораздо труднее. Обычную бессильную мысль погасить сравнительно легко. Но в гораздо большей степени мы внутренне-душевно привязаны к этому укрепленному мышлению, которое развили в себе. Тут нужно применить более мощную силу, чтобы суметь преодолеть суггестивное влияние этого укрепленного мышления. Но тогда наступает и нечто особенное.

43

Когда вы пользуетесь обычным мышлением, то ведь поводом для него служит окружающий мир или воспоминание о нем. Если вы погружаетесь в мысли, внешний мир для вас все же присутствует. Вы засыпаете, и тогда он все еще существует. Но как раз этот мир видимого вы покинули, поднявшись до укрепленного мышления. Вы поставили себя в связь с внеземным пространственным окружением. Теперь вы наблюдаете отношение к вам мира звезд, как прежде наблюдали природные объекты из вашего окружения в отношении к себе. Со всем этим вы уже поставили себя в некоторую связь. Теперь вы можете это подавить. Но при подавлении всего этого внешний мир тоже перестанет существовать, ибо все свое внимание вы направляли на укрепленное сознание. И поэтому внешнего мира нет. Вы пришли к тому, что можно назвать пустотным сознанием. Сознание обычное имеет дело с пустотой сознания только во время сна — но тогда это состояние бессознательности.

44

Однако вот чего именно мы сейчас достигли: оставаясь в полноте сознания, не иметь внешних чувственных впечатлений, и при этом не спать, а всецело бодрствовать. Но мы не остаемся просто бодрствующими. Теперь, когда пустотное сознание мы раскрываем чему-то со всех сторон неопределенному, — в сознание проникает собственно духовный мир. Мы говорим: тут он приходит. Тогда как прежде мы взирали лишь на внеземное физическое окружение, являющееся, в сущности, окружением эфирным, тогда как прежде мы видели область пространства, — теперь, словно из неопределенных далей, сквозь эту космическую область проникает со всех сторон нечто новое: собственно духовный мир. Духовное проникает с окраин Вселенной только, если мы проходим описанный мной путь.

45

И здесь к прежней метаморфозе сознания прибавляется нечто третье. Теперь мы говорим себе (см. рис.): ты несешь в себе свое физическое тело (внутренний круг) и свое эфирное тело (синий), которое ты постигаешь в укрепленном мышлении, ты несешь в себе и другое — заметьте, я говорю здесь о мире видимостей. В ближайшие дни мы увидим, насколько все это обоснованно. Когда здесь говорится об эфирном: оно приходит из мира пространственного, а то, что находится здесь, далее, вовне (красный), проникает сюда из неопределенного. Мы утрачиваем всякое сознание того, что это приходит из пространственной области: оно проникает в нас как «третий» человек. Оно притекает сквозь эфир Вселенной, проникая в нас как «третий» человек. И мы начинаем с полным правом говорить об этом, опираясь на собственный опыт: «первый» человек в нас — физический человек, «второй» — эфирный человек, «третий» — астральный человек. Пусть вас не смущает терминология, вы знаете, это не должно быть камнем преткновения: мы несем в себе «третьего», астрального человека. Он приходит из духовного, а не просто из эфирного мира. Мы вправе говорить об астральном теле, об астральном человеке.

46