Теперь от растений мы перейдем к тому, о чем задавал свой вопрос господин Эрбсмель, к расам. Пер­воначально расы жили в разных местах Земли. В одном месте Земли образовывалась одна раса, в другом месте Земли — другая раса. Отчего это происходит? Мы мог­ли бы совершенно точно говорить о том, как на отдель­ные части Земли особенно сильное влияние оказывает одна планета, а на другие части — другая планета. На­правляясь, например, в Азию, мы обнаруживаем, что на азиатскую почву особенно сильно действует все, что струится на Землю вниз от Венеры, от вечерней звезды. Приходя на американскую почву, мы находим, что на американской почве особенно сильно действует все то, что струится вниз от Сатурна. Так, например, в Афри­ке мы находим особенно задействованным все то, что стремится вниз от Марса. Так мы обнаруживаем, что на каждый участок Земли оказывает особенно сильное воздействие та или иная планета. Это связано с тем, что планеты на небе занимают различные положения, соответствуя которым падает свет. Свет от Венеры, на­пример, падает совсем иначе, нежели свет от Меркурия. Это связано со структурами горных образований, фор­мациями камней. Так что различные расы в различных частях Земли зависят от того, что одна часть Земли осо­бенно сильно воспринимает влияния Венеры, другая часть — влияния Сатурна. В соответствии с этим расти­тельное начало в человеке обладает запахом.

17

Человек имеет в себе всю природу в целом. Он име­ет в себе камни, он имеет в себе растения, он имеет в себе животное начало и дополнительно к этому он имеет человеческое начало. Но растительное в челове­ке обладает запахом в соответствии с планетарными запахами точно так же, как и растительное само по себе. У тех минералов, которые еще имеют в себе мно­го от растительного начала, тоже есть запах. Следова­тельно, пахнет что-либо или нет, зависит от того, как оно воспринимает запахи мироздания.

18

Очень важно, чтобы вы тоже понимали такие ве­щи. Ведь сегодня говорят о том, что растения могут воспринимать точно так же, как человек, что они, как и человек, имеют душу. Это, конечно, вздор. Я одна­жды уже говорил об этом. Есть такие растения, у ко­торых предполагают наличие ощущения, например, венерина мухоловка. Если насекомое контактирует с венериной мухоловкой, то мухоловка закрывается, и насекомое оказывается пойманным. Точно так же мож­но было бы сказать и о мышеловке, что она имеет душу, потому что, если мышь контактирует с мышеловкой, та захлопывается и мышь ловится. Такие чисто внешние признаки непозволительно использовать в процессе познания: надо проникать в сущность вещи. И тогда можно сказать — зная в то же время, что запах расте­ния повторяет тот запах, который уже есть во внешнем мире, — можно сказать: растение является, в сущности, тонким обоняющим органом. Даже человеческий нос, господа, это тоже, собственно, некое грубое растение.

19

Он вырастает из человека подобно цветку, но становит­ся более грубым, неким грубым цветком, выросшим из человека. Он больше не воспринимает так тонко, как воспринимают растения в мировом пространстве. Эти образы весьма реалистичны. Именно так обстоит дело.

20

Так что мы можем сказать: вступая в раститель­ный мир, мы, в сущности, обнаруживаем, что Земля повсюду покрыта тонко чувствующими носами: это и есть растения. И наш замечательный нос тоже следует рассматривать как происходящий от растения. А не­которые цветы растений выглядят так же, как челове­ческие носы. Такие растения есть, их называют губо­цветными, но выглядят они подобно носу. Вы найдете их всюду, они растут на дорогах.

21

Таким образом приступают к истинному позна­нию мира. И только тогда, когда вещи исследуют по­добным образом, находят, как человек относится ко всему остальному миру. Видите ли, могут сказать так: этот бедный человек, он имеет нос, предназначенный для обоняния, но он уже больше не обоняет как следу­ет: он слишком огрубел. Видите ли, цветы растений могут обонять целый мир. Листья растений позволя­ют сравнивать их с языком человека. Они могут ощу­щать мир на вкус. Корни растений дают возможность сравнивать их с тем, что глядит, смотрит: это некий глаз, хотя и плохой глаз. А вот бедный человек. Он имеет в себе все, что имеют вовне существа природы, однако все это стало слабым и вялым.

22

Однако мы встречаем весьма замечательных лю­дей. Если бы мы могли обонять так же хорошо, как это осуществляется через растения, если бы вы так же хорошо ощущали вкус, как он ощущается посредством растений, вы не могли бы ориентироваться: ведь со всех сторон ощущался бы запах и вкус! Нам не нужно было бы съедать что-нибудь для того, чтобы ощутить вкус: со всех сторон к нам подступали бы вкусовые ощущения. У человека такого не бывает, он больше не обладает этим.

23

Зато он обладает своим рассудком. Возьмите животное, у которого разросся особенно сильный обоняющий мозг, мозг, ориентированный на обоняние, находящийся за носом (изображается на доске). У человека этот ориенти­рованный на обоняние мозг атрофирован. Его нос стал нечутким, грубым. Тут остался лишь маленький кусо­чек. Зато он имеет мозг, ориентированный на рассудок. Но точно так же, господа, дело обстоит и со вкусовым органом человека. Есть животные — у большинства жи­вотных имеется мощно развитый мозг, ориентирован­ный на вкусовые ощущения — есть животные, которые исключительно хорошо различают пищевые продук­ты. Знали бы вы, как наслаждается животное: мы об этом не имеем никакого понятия. Мы стали бы прыгать до потолка, если бы все то, что мы едим, давало нам столь полные вкусовые ощущения, какие вызываются у животного. Наше жалкое ощущение вкуса сахара не идет ни в какое сравнение с тем счастьем, которое ис­пытывает от сахара собака. Это происходит оттого, что у большинства животных существует мощно развитый вкусовой мозг. У человека же от этого сохраняется лишь небольшой рудимент. Но зато человек обладает способ­ностью образовывать идеи, создавать идеи с помощью трансформированного вкусового мозга^*. И человек, как видите, стал благороднейшим существом на Земле из-за того, что для чувственных ощущений у него в мозгу имеется в наличии лишь один кусочек, тогда как все остальное преобразовано для мышления и для чувства. Благодаря этому человек стал высшим су­ществом.

^* Мозга, ориенти­рованного на вкусовые ощущения — примеч. перев.

24

Итак, мы можем сказать: в человеческом мозгу вкус и обоняние претерпели мощную трансформацию: от мозга, ориентированного на вкусовые ощущения, и от мозга, ориентированного на обоняние, остался только кусочек. У животного это не так, напротив, это (указывается на рисунке) у него мощно разработано. Об этом можно узнать даже с помощью внешних форм. Если бы человек имел такой же мощно разработанный и ориентированный на обоняние мозг, как у собаки, то у него не было бы лба. Лоб сдвигается назад, так как за ним образуется мозг, ориентированный на обоняние. Но поскольку последний трансформируется, то лоб выпирает наверх. Поскольку собака простирает свой нос вперед, мозг отходит назад. Тот, кто сделает это предметом изучения, сможет сказать, какая животная форма обладает особенно хорошим ощущением запаха. Он должен только смотреть на то, насколько мозг отсту­пает назад и насколько мощно разработан нос: тогда он узнает, хорошее ли обоняние у данного животного.

25