Вы видите, что человек должен научиться трем видам деятельности: ходьбе, речи, мышлению.

8

Нормально развивающийся ребенок в первую очередь учится ходить, затем говорить и только потом мыслить. Неправильно было бы полагать, что человек сначала думает и затем говорит; нет, сначала он посредством подражания обучается речи. Он подражает тем словам, которые слышит и исключительно с помощью слов учится мышлению. Только посредством речи человек научается мыслить. По этой причине человечество в целом научилось мыслить столь поздно. Говорить могли уже древнейшие народы, но мыслить люди научились значительно позднее. Посредством речи они научились мыслить.

9

Представьте себе, чем была бы вся человеческая жизнь, если бы человек еще ребенком не научался бы этим трем вещам: ходьбе, речи и мышлению! Вам будет понятно и то, что для этих трех (видов деятельности), ходьбы, речи и мышления человеку необходимо его тело. В случае ходьбы это и так ясно. Все строение тела показывает вам, что для ходьбы человеку его тело необходимо. Вы не можете представить себе, как бы это он ходил без тела. Итак, для ходьбы человеку нужно тело. Для речи - я ведь уже описывал вам, каким образом осуществляется речь - человеку необходима его гортань, его язык и все тому подобное. Следовательно, для речи ему тоже необходимо его тело. Для мышления человеку тоже нужно его тело. Для мышления ему необходимы его головной мозг и его нервная система. Вы легко можете убедиться в этом; если человек не может нормальным образом мыслить, то при исследовании его головного мозга обнаруживается, что он превратился в кашицу. Человек не может мыслить, так как его головной мозг размягчился, стал кашицеобразным. Итак, для того, чему он учится на Земле, человеку необходимо его тело.

10

Нам, однако, надо внести ясность; что, собственно, происходит, когда мы, например, ходим, когда мы вообще как-то двигаемся. Когда мы двигаемся, в нас всегда что-то погибает. Если я стою здесь и пройду сюда, а затем исследую мое тело, то обнаружу в нем после ходьбы больше продуктов горения, больше золы, чем было перед ходьбой, ибо в процессе ходьбы вещества внутри меня сгорают. Я вообще не могу двигаться, даже сохранять равновесие, взаимодействуя с силой тяжести, если я не сожгу чего-то во мне. Итак, ради обеспечения таких жизненных потребностей, как ходьба, владение своим телом посредством правильных движений, я должен поддерживать в себе горение. Но если бы я проявлял непрерывную активность, сопровождающуюся таким горением, (окислительным процессом) во мне, я бы довольно скоро погиб от этого. Мне приходится постоянно восстанавливать то, что я сжег.

11

Однако, внешний мир этого не делает для меня. Внешний мир не восстанавливает во мне то, что я сжег. Вам достаточно лишь взглянуть на то, что происходит с трупом человека. Он полностью предоставлен в распоряжение внешнего мира. Этот внешний мир сжигает его. Внешний мир сжигает тело. Вы скажете: но ведь не всех умерших сжигают, некоторых хоронят. Однако, разложение в могиле представляет собой лишь замедленный процесс сгорания. Это тот же самый процесс. При кремации тело человека сгорает быстро. Тело, лежащее в могиле, сгорает медленно. Это всегда нормальное горение, такое, как я вам это объяснял недавно на примере пламени; только в одном случае оно происходит быстро, а в другом - тело медленно тлеет, сгорает в могиле.

12

Когда мы в качестве трупа попадаем в Землю, мы сгораем. Когда мы ходим, когда мы движемся, мы тоже сгораем. Только труп мы не можем больше сделать живым, потому что мы не можем осуществить в нем процесс, восстанавливающий сгоревшее. Мы могли бы в любое время оживить труп, если бы сделали процесс горения обратимым. Но пока мы живы, мы можем сделать этот процесс горения обратимым. Нам удается обычным образом сделать горение обратимым. Почему? Если бы мы имели только такое тело, которое мы кладем в могилу, мы не могли бы повернуть вспять это горение. Но кроме того тела, которое мы положим в могилу, у нас есть еще эфирное тело. Это тонкое тело. Так что, желая правильным образом нарисовать человека, мы должны сначала обозначить здесь его физическое тело, а затем его эфирное тело. Благодаря тому, что мы имеем эфирное тело, мы можем вновь исправлять ущерб, нанесенный процессом горения, сопровождающим наши движения.

13