Теперь мы могли бы перейти к рассмотрению таких заболеваний, как, например, сенной насморк ^*_. Сенной насморк в гораздо большей степени зависит от времени года как такового, нежели от пыльцы, летающей по ветру. То, что делает человека способным заболеть сенным насморком, сенной лихорадкой, это прежде всего то, что его астральное тело неправильно выделяет, неправильно совершает деятельность, направленную, по большей части, против внешнего. Вследствие этого человек во всем своем водном человеке — именно весной, когда всё расцветает благодаря воде, — в этой общей жидкости растворяет особые вещества: вследствие этого весь его водный человек становится более чувствительным.

^* hinitis vasomotorica periodica (лат.) — одна из форм аллергического насморка, проявляется в виде приступов в определенное время года, в период цветения злаков; симптомы — щекотание в носу, чихание, отделение слизи и др., продолжительность 4-6 недель, лечение — инъекции настоев цветочной пыльцы за 10 недель до начала цветения злаков и др.

Рисунок 24

23

Видите ли, если упрощенно изобразить это, то всё выглядит вот так: если водного человека, нормального водного человека я изображаю таким образом, то когда наступает весна, я должен был бы водного человека, имеющего предрасположенность к сенной лихорадке, изображать так, как если из-за растворенного вещества его влага стала бы немного испаряться.

24

Водный человек у людей с предрасположенностью к сенной лихорадке всегда немного больше, чем следовало бы. То, что я растворяю внутри, заставляет влагу расширяться, гонит ее наружу. Благодаря этому человек вообще становится чувствительным по отношению ко всему, что проявляется весной, и особенно к той пыльце, иначе говоря, к тем зернышкам, что происходят из растений и вызывают резкое раздражение.

25

Если бы нос вообще отсутствовал — ведь несмотря на то, что его закрывают, пыльца растений всё равно попадает туда, — но если бы его вообще не было, то и тогда сенной насморк, сенная лихорадка раздражала бы вас иными путями. Эта растительная пыльца становится труднопереносимой, когда человек уже имеет сенной насморк. Она не предопределяет, причинно не обусловливает сенной насморк, но она является раздражителем.

26

Видите ли, наше средство от сенной лихорадки, сенного насморка непосредственно основано на том, что в человеческом теле на этого расширившегося водного человека оказывается стягивающее, вяжущее воздействие. Он становится немного замутненным, и то, что он растворил в себе, снова осаждается. Оно действует страшно просто, это наше лекарство. Оно основано исключительно на том, что всего водного человека снова стягивают к его нормальному формату. Из-за этого он вначале немного замутняется, и надо тогда смотреть, чтобы вслед за этим человек не задержал в теле то, что выделяется из воды. Поэтому хорошо, если после введения ³¹ нашего препарата от сенной лихорадки человек мог бы немного пропотеть или мог бы двигаться. Если же он сразу после инъекции попытается делать что-то такое, отчего у него не может произойти правильное потоотделение, или если сенная лихорадка наступает у него в то время, когда он особенно страдает от запора, то с инъекциями возникают некоторые трудности. Если, например, человек проходит курс препарата, то необходимо спросить у него, не страдает ли он в течение этого времени от запора — ибо если он страдает от запора, то скопление такого рода возникает у него в слишком большой степени из-за того, что водный человек стягивается (становится более вязким), и выделение происходит не сразу. Это нехорошо. Если кто-нибудь говорит, что у него запор, когда ему делают инъекции, то надо сразу же применить слабительное.

³¹ Поэтому хорошо, если после введения — имеется в виду инъекция.

27

Лечение состоит не только в том — это исключительно важно, господа, — что пациенту дают какое-либо средство, но и в том, что всю жизнь после этого устраивают так, дабы человеческое тело правильным образом установило отношение к тому, что оно приняло в себя. Это исключительно важно, иначе можно только усугубить болезнь. Если вы назначаете кому-то именно инъекции какого-либо препарата, являющегося очень хорошим, отличным средством, но затем не заботитесь о том, чтобы у пациента было нормальное пищеварение, чтобы удалялось все, что создается при этом, то вы сделаете его еще более больным, чем он был прежде.

28

Применяя хорошие препараты, важно, чтобы врач не только знал: при этой болезни надо использовать то или иное, но и чтобы он знал, как необходимо расспрашивать каждого конкретного больного. Великое врачебное искусство состоит в том, чтобы как только зайдет какой-либо больной, врач задавал ему правильные вопросы, чтобы до известной степени познакомиться с ним. Это исключительно важно. Примечательно, например, то, что встречаются такие врачи, которые, говоря о больных, спрашивают: «А сколько ему лет?», так как самого больного они об этом даже не спросили! Тем не менее, очень важно, чтобы пятидесятилетнего человека лечили — пусть даже тем же самым препаратом — совершенно иначе, нежели сорокалетнего. Нельзя действовать схематично, когда говорят: «От этой болезни хорошо то или иное средство». Есть большая разница, хотите ли вы помочь каким-то средством пациенту с постоянно возникающими поносами, или же вы хотите помочь тому, у кого постоянный запор. Такое средство необходимо испытать.

29

В этой области эксперименты на животных являются гораздо менее сомнительными, нежели в других случаях. Возьмите случай, когда в организме, имеющем у человека некоторые общие черты с организмом животных, какой-либо препарат влияет на запор и понос. В этом легко убедиться, если давать один препарат одновременно собаке и кошке. Собаки обычно страдают от запора, а кошки — от поноса. Наблюдая различия в действии, оказываемом препаратом на собаку или на кошку, можно прийти к достойной удивления науке. Эта наука основывается не на том, что человека дрессируют в университете, обучая с помощью инструментов выполнять то или иное; нет, она возникает благодаря тому, что у человека пробуждается смекалка, и человек знает, как проводить исследования.

30