Может быть, у кого-то из вас есть еще вопросы на социальную тему?

25

Вопрос в отношении операции по удалению аппендикса: Утверждают, что здоровью человека не повредит удаление органа при операции, если орган будет просто удален. Обращает на себя внимание то, что сегодня органы при операции часто просто удаляют. Речь идет о важности внутренних органов. Автор вопроса хотел бы узнать, как обстоит дело в том случае, если орган удален.

26

Доктор Штайнер: На этот вопрос я смогу ответить вам после того, как мы обсудим кое-что иное. Я охотно сделаю это.

27

Следующий вопрос: В последних лекциях говорилось о действии планет на человека; можно было бы услышать еще кое-что на эту тему?

28

Доктор Штайнер: Ко всему этому мы подойдем потом. Сегодня я начну отвечать на эти вопросы, и будет видно, как далеко мы зайдем. Но сначала я хочу рассказать вам одну историю, которая может привлечь ваше внимание к тем сведениям, к тем познаниям, которыми мы займемся в дальнейшем. Это произошло в начале девяностых годов прошлого столетия — с тех пор прошло примерно тридцать лет, или, может быть, тридцать один год. Тогда североамериканское Торгово-транспортное общество организовало конгресс, и на этот конгресс среди прочих был приглашен один крупный финансист, этого человека звали Уильям Уиндом ³. Это был по-настоящему умный человек, в духе собравшихся там людей, — так что каждый из находившихся там считал его крупнейшим специалистом. Ожидали, что он на этом Торгово-транспортном конгрессе произнесет речь. И он ее произнес. В начале своей речи он сказал: в сфере торгово-транспортных отношений нам совершенно необходимо провести реформу, поскольку в этих торгово-транспортных отношениях, в том их виде, в котором они у нас сейчас существуют, имеется нечто нездоровое. Тут он перешел к объяснению, что такое деньги, что означают деньги, — это, конечно, было лишь краткое разъяснение на тему, что означают деньги. Он сказал: да, господа, я только что излагал вам некоторые положения национальной экономики. Но без этого нельзя увидеть, что система в целом не работает. Деньги прокручиваются через транспортные сети и переходят из рук в руки, но при этом оздоровление национальной экономики не достигается. Ибо сделать национальную экономику более здоровой могут только моральные понятия, которыми обладают люди. Мы не сможем продвинуться дальше, если не сумеем связать транспортную систему и циркуляцию денег с моральными понятиями. Вот что он сказал. Он продолжал так: если сфера транспорта и хозяйственная жизнь пронизаны аморальными понятиями, то это подобно тому, как если бы в сосудах человека циркулировал яд, отравляющий кровь. Все то, что в виде денег обращается в транспортной системе и в экономике в целом, без сопутствия моральных понятий, но при сопутствии понятий аморальных, подобно яду, идущему по сосудам и вызывающему заболевание у человека в качестве своего рода воздаяния. Экономический организм заболевает, поскольку яд, то есть аморальные понятия, струится по его сосудам.

³ Уильям Уиндом (1827-1891) — североамериканский государственный деятель. В 1881—1882 и 1888—1891 гг. был министром финансов. По данному изложению см. В.Х. Томпсон «Мозг и человек», перевод на нем. М. Кюн. Дюссельдорф, Лейпциг, с. 211—212.

29

Люди, слушавшие речь Уиндома заметили, что он стал серым, когда использовал этот образ кровеносных сосудов для экономической жизни. И кроме того, слушатели были удивлены тем, что человек, который раньше говорил только об экономике и о финансах — с этого он и начал — вдруг применил этот, в общем, довольно удачный образ, да еще подробно детализировал его. Он описывал, как все это пронизывает кровь. Это неожиданное обращение к описанию моральных понятий было отклонением от темы. Когда же он произносил фразу: «В экономической жизни происходит то, что сосуды транспортной экономики наполнены ядом», он вдруг упал. Его поразил апоплексический удар. И он умер.

30

Видите ли, тут перед нами один из тех природных экспериментов, о которых я вам часто уже говорил и на примере которых можно многому научиться; тут можно как бы пощупать руками, что произошло. Человек, конечно, умер не от речи, ведь он не был при этом слишком взволнован. Само собой разумеется, что удар все равно настиг бы этого человека в тот момент, даже если бы он был занят чем-то другим. Причины заключались в нем самом. Следовательно, я ни в коем случае не утверждаю, что он получил удар потому, что произносил эту речь. Ни в коем случае этого не могло быть. Возможно, это произошло из-за волнения, испытанного им часом раньше. Это могло произойти. Но в любом случае предпосылки давно уже были в нем самом. Они были заложены в нем. Где-нибудь еще его тоже мог бы поразить этот удар. Однако имело место нечто иное; он внезапно отклонился от своей темы, хотя и вполне логичным образом, и описал свое собственное состояние, описал то, что происходило в нем самом в тот момент, уклонившись при этом от заданной темы. Итак, представьте себе: человек стоит перед своими слушателями и произносит ответственную речь на специфическую экономическую тему. Вдруг он отклоняется от темы, и в тот момент, когда он становится серым, описывает то, что происходит в нем самом!

31

Только он при этом считает, что речь его посвящена экономике. То, что он тут описал, было его собственным состоянием перед смертью; этим и было вызвано такое отклонение. То, что он построил свою речь именно так, было следствием его состояния. На таких примерах можно многому научиться. Такие вещи происходят повседневно, хотя и не столь разительным образом.

32

Теперь допустим, что человек просто потерял нить. Мне не однажды приходилось наблюдать, как выступавшие теряли нить своей речи. И если перед этим они гордо предстояли, то в момент «потери» они обычно делали движение, шарили внизу — они перед выступлением клали перед собой свой цилиндр, а в нем была речь! Они тут же снова находили нить. Именно так это бывало. Я видел, однако, некоего мэра, который застревал после первых десяти слов; тогда он просто брал свой головной убор и бодро продолжал читать речь дальше! Конечно, читать он все-таки умел. Если же он по ходу чтения хотел добавить что-то от себя, то тут уж совсем ничего не получалось, получалась одна чепуха.

33

Так что же произошло с Уильямом Уиндомом? Апоплексический удар «сидел» в нем, он был в нем, не так ли? По отношению к общему состоянию человека не является слишком большой разницей, получает ли он удар и испытывает состояние, предшествующее удару, или, как вышеописанный мэр, остается в полном уме, хотя и попадая в положение, в котором другой мог бы получить удар. Ведь мэр все же в состоянии читать. А тот, другой, которого в этом положении сразу же поражает удар, тоже еще может читать. Но только где он читает? Он читает в своем собственном теле. Он считывает то, что происходит в его собственном теле.

34

Отсюда вы можете видеть, насколько правильно то, что достигается благодаря антропософской духовной науке; что мы всегда, когда мы говорим, считываем нечто из своего собственного тела. Конечно, мы говорим в соответствии с нашим внешним опытом. Но к этому мы примешиваем и то, что мы прочитываем в нас самих. Это не всегда столь трагично, как в том случае, если нас сразу же вслед за этим поражает удар. Но, тем не менее, то, что мы произносим, мы считываем в наших собственных происходящих внутри тела процессах. Каждый раз, даже если вы произносите пять слов, это считывается, считывается из ваших собственных телесных процессов. Если вы записали что-нибудь пять дней тому назад, а сегодня достали свою записную книжку и прочли, то такое прочтение носит внешний характер. Если же вы записали что-то в своей памяти, то это записано в вас посредством того письма, которое содержится внутри, — мы будем теперь мало помалу знакомиться с этим, — вы считываете это изнутри. Это то же самое: считываете ли вы что-нибудь из книги или считываете изнутри; различны только направления, по которым вы направляете свой взор. Фактически — неважно, записали ли вы в ваш блокнот, скажем: «5 иголок, 7 булавок» — или же вы записали это в своем мозгу. Если вы записали это в книгу, то вы можете прочесть это на той странице, на которой вы записывали. Но если в вас, благодаря тому, что вы пять дней тому назад произвели запись в своей мозговой коробке, одна клетка, которая вызывает пятерку, приходит в связь с другой клеткой, а эта последняя, с той — которая вызывает семерку, она же, в свою очередь, приходит в связь с другой клеткой, соответствующей булавке, то так в вас вследствие вашего переживания возникает целое сплетение. И бессознательно, не осознавая этого, вы вглядываетесь в это сплетение, которое в вас возникло, и прочитываете его. Вот, следовательно, куда приводит вас такой сенсационный пример, как случай с этим господином Уильямом Уиндомом.

35