Затем мы приходим к полудревним мистериям, к мистериям, о которых, по меньшей мере, есть некоторые исторические сведения, в то время как о древних мистериях больше не содержится никаких исторических сведений. Они могут быть исследованы лишь посредством оккультной науки. В полудревних мистериях боги отступили от людей и более не спускались в мистерии непосредственно своим собственным существом, но вместо этого посылали вниз свои силы. Это было время, когда благодаря пресуществлению, превращению вещества, таинство освящения человека должно было излучать божественное сияние, сияние, которое всегда должно излучаться при совершении таинства освящения человека.

23

Пресуществление не происходило так, как раньше, когда, исходя из астрологического знания, следовали космическим процессам и брали то, что как субстанции и силы должно было вливаться в процесс пресуществления. Тайну этого пресуществления искали теперь иным образом. Находили внутреннюю сущность того, что еще в древней алхимии называлось ферментом. Ферментом является то, что достигло определенной зрелости и, оставшись неизменным относительно своего субстанционального бытия, прошло через различные стадии, в которых вызвало превращение других субстанций. Приведем тривиальное сравнение: вспомним, как пекут хлеб. Это происходит по тому же самому принципу. Сохраняют небольшую часть старого теста и добавляют ее как фермент в новое тесто. Представим себе, как во времена полудревних мистерий древнейшая субстанциональная сущность, сохранившаяся во времени посредством превращения других субстанций, хранилась в священных сосудах, которые сами были в мистериях чем-то древним, священным, чем-то достойным почитания.

24

Из священных сосудов брались субстанции в качестве ферментов, с помощью которых в древней, еще сакральной алхимии осуществлялось превращение вещества. В те времена знали, что священнослужитель, который был посвященным, осуществляет трансформацию, превращение вещества благодаря силам, сохраненным в субстанциях. Священнослужитель знал, что субстанции излучают солнечное сияние в священных кристаллических сосудах. Эти силы искали и употребляли в качестве органа познания. Именно благодаря этому органу познания воспринималось апокалиптическое теми, кто проводили службу.

25

В полудревних мистериях имело место следующее явление: священнослужитель проходил через испытание в то мгновение, когда он представал перед святым местом, и древние ферменты начинали превращать субстанции в священных кристаллических сосудах таким образом, что он мог видеть, как субстанции излучали солнечное сияние в кристаллическом сосуде. Сосуд, в котором находилось маленькое солнце (kleine Sonne), был дароносицей (Monstranz). Это была освященная гостия (Sanctissimum), которая сегодня может быть только сымитирована. В то мгновение, когда священник видел солнечное сияние освященной гостии, он внутренне становился священником (см. рис. 1 на цветной вкладке).

26

Всякий, кто сегодня входит в церковь, в католическую церковь, видит в ней освященную гостию, которая является лишь символом того, чем она была когда-то. Но тогда было так, что лишь тот действительно становился священником, кто видел освященную гостию, созерцая в сохраненных субстанциях солнечное сияние. В этот миг его познанию становилось доступным апокалиптическое.

27

Затем появились мистерии, отблеском которых является месса нового времени. Из полуновых мистерий довольно сложным образом развились католическая месса, армянская месса и другие мессы. Несмотря на то, что эти мессы выступают на внешнем плане, они все еще полностью несут в себе принцип инициации. В этих полуновых мистериях вместо богов, присутствовавших в древних мистериях, и вместо сил, посылаемых богами в полудревних мистериях, выступило то, что человек может воспринимать, когда в нем внутренне пробуждается слово, магическое слово, слово, в котором звучит внутренняя сущность, слово, которое знаменует собой глубочайшее познание внутреннего существа звука. Ибо во времена полуновых мистерий человеческий язык существовал наряду с тем культовым языком, остатки которого еще сохранились в отдельных религиозных исповеданиях, с тем культовым языком, в котором все основывается на ритме, на внутреннем понимании звука и на понимании того, как звук из уст священника проникает в сердца людей. Магическое слово, которое есть культовое слово, высказанное в святом месте, знаменует собой первый путь наверх к богам, вернее, к божественным силам.

28