К общности, к единству вы проникаете лишь в духовном понимании, достигая того, что по всей Земле является разным единством. Это разное единое по всей Земле, вот что эмансипирует Землю от индивидуализма. Но точно также, как верно то, что, достаточно углубившись в человеческую природу, с развитием человека могут подняться до некоторой объективной высоты, так что находят как духовное воззрение то, что каждая нация находит в другой, точно также надо сказать, что и нужды человеческого потребления по всему миру не будут затронуты отдельным национализмом. Человеческие потребности интернациональны. Они только полярно противостоят тому, чем является интернациональное духа. Интернациональное духа должно дать понимание, должно мочь пронизать в любви это понимание другой национальности, должно распространить любовь вплоть до интернациональности в прежде изложенном смысле. Эгоизм, однако, также интернационален. Он сможет создать мост к мировому производству, только если это мировое производство происходит из общего духовного понимания, из общего духовного воззрения на единство. Из народного эгоизма никогда не сможет возникнуть понимание общего потребления, которое основано на общем эгоизме.

32

Только из общего духовного воззрения может развиться то, что приходит не из эгоизма, а из любви, как я объяснил, и что поэтому может овладеть производством. Из-за чего возникло требование мирового хозяйства? Из-за того, что вследствие усложнения человеческих жизненных отношений по всему цивилизованному миру нужды потребления людей стали все более и более однообразными.

33

Все больше и больше оказывается, что по всему цивилизованному миру люди нуждаются в одном и том же. Как из этих однообразных условий сможет вырасти однородный производственный принцип, который сможет действовать для мирового хозяйства по всему цивилизованному миру? Благодаря тому, что поднимутся к духовной жизни, как здесь имеется в виду, к действительному духовному воззрению, которое достаточно могущественно, чтобы для общего мирового потребления создать общее мировое производство. Но тогда можно произвести и уравнивание, при котором единство духа подействует на единство потребления, тогда будет создано уравнивание в циркуляции, в посредничестве между производством и потреблением. Так нужно заглядывать во внутреннее человека, желая познать, как по всей цивилизованной Земле из множества организмов действительно возникает единый организм. Никаким иным образом нельзя построить этот единый организм, в котором будут условия, чтобы действительно согласно социальным требованиям по всей Земле была создана такая органическая взаимосвязь между производством и потреблением, чтобы кусочек хлеба или уголь, который мне нужен для отдельного хозяйства или для отдельного человека, действительно соответствовал социальным требованиям, которые сегодня предъявляют свои права в подсознании человечества.

34

Я очень хорошо знаю, что когда вещи перемещают в такую сферу, многие говорят: да, но это идеализм, это поднимается в идеальные высоты! — Но исключительно в них находишь то, что составляет движущий мотор для внешней множественности. И к.р. на том основании, что люди не искали моторов, которые смогут быть найдены только таким образом, мы по всему миру зашли в социальные и политические состояния современности. Социальный вопрос сможет встать на здоровую почву не прежде, чем скажут: те, кто занимаются тем, чтобы действительно создать движущие силы для отдельного социального организма и для социального организма мира, они к.р. настоящие практики, тогда как те, кто называют себя практиками, знают свою настоящую область лишь рудиментарно и потому абстрактно. Один из тех, кто давно серьезно относился к этому, говоря об известной области человеческой жизни, заметил, что т. наз. идеалисты к.р. не являются теми, кто не знал бы, как относятся идеалы к действительной жизни. Он ощущал, как это бессмысленно, когда приходит т. наз. практик и говорит идеалисту: да, твои идеалы прекрасны, но практика требует совсем другого! — Единственно правильным положением вещей является то, что практика к.р. требует этих идеалов, что они становятся действительной практикой. И осуществлению этих идеалов мешает то, что эти мнимые практики оказываются теми, кто не может их осуществить, потому что они слишком любят удобства или имеют другой интерес в том, чтобы не осуществлять их. И тот же самый человек, который это сказал, сказал также: что идеалы неприменимы в жизни непосредственно, это мы знаем также хорошо, как и другие. Но только мы знаем, что жизнь всегда должна будет преобразовываться согласно этим идеалам. А те, кто не могут убедиться в этом, показывают лишь, что формирующаяся жизнь не может больше рассчитывать на их содействие, и, следовательно, им можно пожелать, чтобы они своевременно получали дождь и солнечный свет, а если возможно, то и хорошее пищеварение.

35

Вот пример, которым можно охарактеризовать отношение часто обвиняемого в ереси идеализма к действительной жизненной практике: что вам нужно, если вы хотите построить мост? — задача, которой овладевает инженерное искусство полностью по нематериальным идеям: сначала весь мост должен быть идеальным, и к.р. тогда, когда он идеально рассчитан, он может стать действительно практичным мостом; так то, что должно сформироваться из идеализма, из внутреннего практического смысла — должно быть практической идеей. И нужно иметь инстинкт, чувство того, как такую объективную закономерность можно внести в действительную жизненную практику. Тогда не будут больше спрашивать, как внести эти вещи в жизненную практику? — Тогда будут знать: когда есть достаточное число людей, которые понимают эти вещи, тогда благодаря этим людям и их действиям дело станет непосредственно практическим.

36

Сегодня часто слышно: да, эти идеи часто прекрасны, и даже представленные осуществленными они были бы прекрасными, но люди еще не созрели для этого. Люди в своей массе еще не созрели для этого. Что же, собственно, значит, что люди в своей массе еще не созрели? Кто знает отношение идей к действительности, кто прозревает практическую жизнь в отношении ее действительного характера, тот знает, что в настоящее время есть достаточно людей, которые, если только они достаточно глубоко входят в свое внутреннее, могут проявлять полное понимание того, в чем здесь дело. Что удерживает от этого, это большей частью лишь малодушие. Не хватает энергии действительно проникнуть к тому, к чему можно было бы проникнуть, если только развить в себе полное самосознание. В чем мы прежде всего нуждаемся, это нечто такое, что, в сущности, мог бы исправить у себя каждый отдельный человек, если только он достаточно взирает на действительность. Но в то время, как с одной стороны люди впадают в материализм, даже получают удовольствие от материализма, с другой стороны они влюблены в абстрактность, во всевозможные абстрактные и интеллектуальные положения, и совершенно не хотят вникать в действительность.

37