Что же касается человеческой головы, то здесь не только теряется вся ее внутренняя организация и тяжесть, но проис­ходит и нечто другое благодаря особой организации человече­ского процесса дыхания, благодаря статическим отношениям, складывающимся между вдохом и выдохом. Побуждение к выдоху, возникающее на кульминационной точке вдоха, не­которым образом иссякает в тот момент, когда наступает очередь вдоха, и побуждение к вдоху, следующее за выдохом, происходит подобным же образом. Они ведут себя подобно тяжести и подъемной силе. Самым неправдоподобным являет­ся здесь то, что при ходьбе картина присущих нашей голове статических связей остается неизменной. Наша голова, наш мозг пребывают в покое. И если мозг благодаря подъемной силе мозговой жидкости не становится тяжелым, то в процессе ходьбы так же дело обстоит и с его собственными внутренними связями, внутренними связями самого мозга. И это происхо­дит не только при нашей ходьбе, но странным образом и в случае движения, которое мы совершаем вместе с Землей. В нем мы участвуем всем своим телом за исключением мозга. Для мозга оно постоянно нейтрализуется. Стало быть, в слу­чае, когда мозг весит 1500 граммов, от его веса всегда реально остается только 20 граммов. Кроме того, если мы совершаем головой столь же быстрое движение, как и всем остальным телом, то на самом деле она остается в покое. Конечно, представить себе, что нечто, находящееся для внешнего на­блюдателя в движении, на самом деле покоится, труднее, чем то, что нечто подвластное тяжести, собственно, не является тяжелым. Но тем не менее это так.

7

Относительно внутренней организации человека голова, таким образом, пребывает в постоянном покое. Все силы взаимно уравновешены, лишь по направлению вниз действует незначительная сила тяжести, выступающая в отношении 20 к 1500, и по направлению вперед существует небольшая сила поступательного движения. Но в целом все движение уравно­вешивается. Следовательно, можно сказать, что человеческая голова, взятая в своем отношении ко всему остальному организму — в плане своего внутреннего переживания, — похожа на человека, спокойно и неподвижно сидящего в автомобиле; автомобиль движется, и человек также движется вместе с ним. Переживания человеческой головы таковы, какими они были бы, если бы она не была тяжелой. Она нейтрализует свою способность к движению, когда движется человек и когда вместе с человеком движется и Земля.

8

Таким образом, человеческая голова как орган есть нечто совершенно особое, поскольку она отстраняет, изолирует себя от всего происходящего на Земле. Лишь в незначительной степени участвует Земля в головной деятельности человека. Человеческая голова есть как бы подражание Космосу. Факти­чески то, чем является человеческая голова, — это некое подражание Космосу, это действительное отражение Космоса, и по своей сути она совершенно не связана с силами Земли. Итак, внутреннее строение мозга, его форма основаны на подражании силам Космоса, и мы сможем понять их, исходя не из чего-либо земного, но исходя из Космоса. Действие Земли в том, что она — я скажу грубо, но вы поймете меня — прорыва­ет по направлению вниз космическое образование и вкладыва­ет в человека все то, что тянется к Земле.

9

Вы это легко увидите, рассматривая скелет. Если удалить череп, являющийся отображением Космоса, то все оставшееся будет являться космическим в лучшем случае лишь наполови­ну, как, например, схема расположения ребер, находящаяся по влиянием также и земных сил. В трубчатых же костях ног и рук вы можете видеть уже чисто земные образования. Взгля­ните на позвонки, на бугристые позвонки спинного хребта, на которых сидят ребра. Вы поймете, что они возникли из равно­весия между космическим и земным. И теперь взглянув на голову, в черепном своде вы обнаружите форму, в которой Космос лишил земное возможности самому образовывать фор­мы; форма черепного свода является отображением Космоса. Отсюда следует необходимость изучения человеческих форм.

10

Только изучив человеческие формы и к тому же зная, что голова со всеми своими мягкими и текучими образованиями находится в покое, обеспечивая человеку возможность иметь внутренние переживания, то есть подражает в этом отношении Космосу, вы признаетесь себе, что, собственно, вся анато­мия и физиология в том виде, в каком они сегодня существуют, суть нечто такое, об истинности чего говорить и не приходится, поскольку здесь отсутствует понимание того, что речь идет о вещах, находящихся под влиянием Космоса.

11

Я сказал, что исходящие и действующие из периферии силы проникают в человеческую голову как бы со всех сторон. Но существует огромное различие между тем, задерживаются ли эти силы Луной, Солнцем или Сатурном. Благодаря нали­чию определенных звезд эти периферические силы модифици­руются, и, следовательно, вовсе не безразлично из какого места и в каком направлении они действуют. Их воздействие существенно преобразуется той областью, где мы обнаружива­ем то или иное звездное образование. Сегодня это понимается на дилетантском уровне, между тем как в очень отдаленные времена это воззрение, являясь интуитивной мудростью, ле­жало в основе древней астрономии. Сегодня на основе имею­щихся фактов никто уже не может составить представления о том, каковы же веши в действительности. Сказанное мною очень важно для понимания того, каким же, собственно, является строение человека. Ибо в том, что человек в области своей головы полностью подчинен Космосу, в то время как благодаря трубчатым костям ног он подпадает действию сугу­бо земных сил, находит свое выражение (вплоть до субстанци­онального уровня) нечто, лежащее в основе образующих сил. Вы, конечно, знаете, что в костном составе человека есть нечто, выступающее как углекислая известь. Но там содер­жится также и фосфорнокислая известь, и обе они имеют огромное значение в процессе образования костей. Благодаря углекислой извести кости обладают свойством подчиняться Земле. Если бы костная субстанция не была пропитана угле­кислой известью, то Земля не могла бы воздействовать на нее. Углекислая известь образует для Земли материальную, веще­ственную точку приложения с тем, чтобы в согласии с ее образующими силами формировать кости. Фосфорнокислая известь при формировании костей образует точку приложения сил для Космоса. Таким образом, если вы возьмете трубчатую кость, к примеру, бедренную кость, то она не смогла бы достичь своей длины, если бы этому не способствовала угле­кислая известь. И она не имела бы шейки бедра, если бы этому, с другой стороны, не содействовала фосфорнокислая известь. При этом ничего не меняет тот приводимый анатомами в качестве возражения факт, что количество фосфорнокислой и углекислой извести в трубчатой части кости и в шейке бедра примерно одинаково. Но, во-первых, при более точном иссле­довании это не совсем верно — оно все же различно, — а во-вторых, в подобных случаях необходимо учитывать еще и то, что весь человеческий организм основан на наличии в нем созидательных и разрушительных процессов. То есть процес­сов, в результате которых нечто создается, и процессов, по­средством которых выводится то, что не было использовано при созидательных процессах. Огромное различие между эти­ми созидательными и разрушительными силами вы можете проследить на самих веществах. Возьмем, к примеру, фтор. Обычный анатом сказал бы: фтор играет определенную роль при образовании зубов, но он имеется также и в моче. Таким образом, фтор имеется и здесь, и там. Но дело не в этом. При построении зубов фтор играет позитивную роль; зубы не могут быть построены без фтора. В моче находится уже отработан­ный фтор, его необходимо вывести из организма. Главное здесь — уметь различать, находится ли нечто в этом месте потому, что оно попало сюда как продукт выделения, или же потому, что оно абсолютно необходимо в процессе созидания. Это действительно так. Если, к примеру, какая-то кость обра­зована в основном силами Космоса, то это значит, что здесь принимает участие фосфорнокислая известь. В какой-либо другой кости фосфорнокислая известь присутствует как про­дукт выделения. И наоборот: в трубчатых костях углекислая известь является строительным материалом, и она же, как продукт выделения, подлежит удалению из костей, образован­ных Космосом. Нужно сказать, что вопрос вовсе не в том, в каком месте находится то или иное вещество, а в том, какой путь оно проделывает и какую роль играет в том или ином месте организма.

12

Однажды я попытался все это наглядно представить нашим друзьям, сказав им: допустим, я, выходя на прогулку в девять часов утра, замечаю на скамейке двух людей, спокойно сидя­щих рядом. После обеда, в три часа я вновь прохожу тем же местом. Эти же люди вновь спокойно сидят друг возле друга. Констатируя эти факты, я, собственно, ни к чему прийти не могу. Ведь все это могло происходить и так: один из них запасся бутербродом и потому с девяти до трех часов оставался на том же месте, другой же ушел, проделал какой-то путь и вернулся к трем часам пополудни. Первый человек хорошо отдохнул, второй же сильно устал. Внутренняя конституция этих людей совершенно различна. Здесь важен не сам факт присутствия того или иного человека, а то, что он совершил: важно знать, каким был его жизненный путь, чтобы достичь этого места. И, в сущности говоря, для понимания человека совершенно необязательно знать, какое конкретное вещество находится в том или ином его органе. Человека можно понять, только зная, какую роль оно там выполняет, участвует ли оно в созидании, или же является продуктом выделения. Невоз­можно выбрать лечебное средство, основываясь только на качестве какого-либо вещества, необходимого человеческому организму. Для этого нужно хорошо представлять себе весь упомянутый процесс. Только таким образом можно прийти к пониманию того, что в действительности распределение ве­ществ в Космосе совершенно не таково, каким его обычно видят.

13