Вы должны быть способны с предельной серьезностью вос­принимать вещи, подобные тем, о которых я говорил вчера, — о космическом понимании человека, о понимании человека с космической точки зрения, — и тогда вы ощутите в себе правильный настрой для решения тех задач, которые предла­гаются вам сегодня вашей кармой. Ведь дело обстоит так: рассмотрим в общих чертах медицину, какой она была при дворе Гарун аль-Рашида. С одной стороны, в ней, несомненно, жило доброе начало Гиппократова способа мышления. Те, кому был читан первый курс для врачей*****, который я проводил здесь в свое время, обнаружат, возможно, что там я как бы вхожу в противоречие с самим собой, утверждая, что Гиппок­рат был последним, кто лечил, основываясь на древней мистериальной медицине. Но при пересадке Гиппократовой меди­цины в Азию она вливается в мощный поток монгольского врачевания, идущего с северо-востока Азии. В нее стало про­никать много такого, против чего в Европе должна была возмутиться не только мысль, но и сама внутренняя организация человека, поскольку она никак не соответствовала меди­цинскому мышлению, испытавшему на себе монголо-татар­ское влияние. Эта внутренняя организация могла раскрыться лишь изначальному, космическому способу мышления о чело­веке.

***** ...кому был читан первый курс для врачей... — см. «Духовная наука и медицина» (20 лекций, Дорнах, 1920), Библ. 312.

6

Вспомните теперь о том, что можно найти в моем «Очерке тайноведения» относительно истории развития. Там говорит­ся, что поток этого развития проходит через стадии Сатурна, Солнца, Луны, а затем следует развитие Земли. Человек, собственно говоря, проходит через все эти стадии, и из того, что говорилось в эти дни, вы могли заключить, что человек несет в себе, во-первых, поток наследственности, действую­щий в модели, и, во-вторых, индивидуальный поток, идущий из прежних земных жизней. То, что действует в наследствен­ности, восходит к гораздо более ранним временам, но оно ариманизировалось, отстало в развитии, иссохло. Таково то, что содержится в наследственности. В сущности, с этим только и имеет сегодня дело официальная медицина, нигде не прини­мая в расчет ту другую сторону, которая вырабатывается во второй период жизни человека, то есть между сменой зубов и половым созреванием, в ту эпоху жизни человека, которая даже и статистически может быть расценена как наиболее здоровая, поскольку человек менее всего бывает подвержен заболеваниям; предрасположенность к заболеваниям в это время «выключена». Можно сказать и так: сегодняшняя меди­цина менее всего желает быть связанной со здоровьем, но охотно копается в болезни. Это сказано категорично, но это так. Для того же, чтобы найти связь со здоровьем, необходимо действительно довести осознание целостного Космоса, дейст­вующего в человеке, до той ясности, когда и сам человек будет видеться Космосом. Для этого необходимо знание частностей, которые смогли бы на самом деле стать посредниками в восп­риятии космического развития в человеке. В человеке и вправду присутствует еще древнее сатурническое развитие, древнее солнечное развитие, древнее лунное развитие. И лишь тогда, когда эти предварительные ступени развития будут присоеди­нены к понятию земного развития, можно будет понять, что, собственно, являет собой земной человек. Но сегодня мы имеем так много наук, а вот науки о Сатурне, о Солнце и Луне не имеем, поскольку мы совершенно не в состоянии вызвать в памяти в связи со всеобщей жизнью природы ничего похожего на то, что жило в инстинктивной мудрости древних. И поэтому подойти к тому, что интенсивнейшим образом переживалось в эпоху Гиппократа, мы уже не можем, ибо все это превратилось во фразы. Им следует вновь вернуть жизнь.

7

Так, например, с древних времен доносится до вас чрезвы­чайно важное изречение, но вы не обращаете на него никакого внимания, вы не замечаете, сколь удивительным образом оно может направить медицину. Вот оно: «Божественные силы мироздания упорядочили жизнь мерой, числом и весом». Так сказано в Библии, но кто сегодня обращает внимание на подобные вещи? Эти слова воспринимают всего лишь как общее место, как то, что был, дескать, такой старый зодчий, который устроил этот мир мерой, числом и весом. Для врача же суть дела состоит в том, чтобы действительно отыскать меру, число и вес в человеке.

8

Взгляните на существо Сатурна: человек несет в себе сатурническое развитие, но, естественно, мы его не найдем в данном сегодня, фактическом человеке, ибо в нем все ступени разви­тия выступают в синтезе, они связаны так, что каждая из ступеней по отдельности исчезает в соединении, в гармоний. Но заболевание вызывает обратно то или иное явление в присущей ему особой форме. Это именно тот случай, когда то, что я сообщаю в «Тайноведении», должно пониматься не одним только рассудком, но восприниматься тем способом, который там же и описан: во всем этом изложении надо почувствовать, с какой мощью во время сатурнического разви­тия действовало космическое тепло. При изучении сатурниче­ского развития следует постоянно возвращаться к тепловому элементу, постоянно восходить к элементу тепла. Сатурн продолжает действовать в человеке, и то, что было описано как развитие Сатурна, действует в человеке, не обнаруживая себя, пока он несет в себе эти вещи в их взаимной гармонии. Но когда человек болен, Сатурн начинает действовать. Тогда то, что в ином случае гармонично сочеталось, теперь разделя­ется, и сатурнический элемент начинает действовать сам по себе, — он обнаруживает себя в жаре. Мы лишь тогда будем иметь науку о температуре, когда сделаем ее космической, когда мы сможем открыть для себя, как действует древний Сатурн в человеке. Таким образом, следует понять на основа­нии фактов, что в феномене жара космическое начало дейст­вует посредством сил Сатурна, которые мы при духовном исследовании находим впитанными Землей. Когда мы повсе­местно, — и особенно в силах свинца, — находим распределен­ные по поверхности Земли сатурнические силы, мы обретаем внутреннее понимание жара, и в этом нам следует видеть то начало, посредством которого божественно-духовный миропо­рядок устроил мир сообразно мере. В мере температуры выра­жается та же мера, что живет в миропорядке, когда в него входит тепло как таковое, та мера, которая была поглощена другими началами и в них образовала гармонию. Но прежде всего мы должны видеть эту меру в феномене повышенной температуры. Поэтому нам надо позволить интенсивно воз­действовать на себя следующему изречению:

9

Почувствуй в мере телесного жара
Духовный дар Сатурна.

Ведь это дух человека являет себя в том жаре, который обычно погружен в другие элементы. В жаре дух человека, обособляясь, заявляет свои права. Древнейшая составная часть человеческой природы в жаре выступает на поверхность бытия.

10

Теперь смотрите: после сатурнического развития идет раз­витие солнечное. Здесь, с одной стороны, простой элемент тепла уплотняется в воздух, с другой — разрежается в свет. Свет и воздух действуют друг в друге, они принадлежат друг другу. В дыхании мы воспринимаем ритм воздуха, мы воспри­нимаем свет, но в оккультном понимании свет — это не то, что просто действует в глазу; свет — это общее обозначение для всего, что действует через Солнце. Человеческий глаз — лишь наиболее достойный представитель того, что действует через Солнце. В средние века то, что действовало в свете, обознача­лось как духовная тинктура. И вот мы приходим к солнечному Развитию, и это развитие мы находим и в сегодняшнем человеке, хотя мы не сразу можем ощутить, что это начало дейст­вует на Земле также и в настоящее время. Но мы ощущаем его как отголосок солнечного воздействия, если, правильно на­строив свои чувства, держим руку на пульсе. В числе ударов пульса выражается в нас древнее солнечное развитие. И поэ­тому второе изречение выглядит так:

Почувствуй в числе ударов пульса
Душевную силу Солнца.

11

Это совсем небезразлично, мои дорогие друзья, движемся ли мы действительно в этом направлении или нет. Такие вещи можно или принимать всерьез, или не принимать их вовсе. Очень важно здесь следующее: действительно ли, считывая показания термометра, вы проводите перед своей душой — это можно усвоить только благодаря внутренней практике — картину эволюции в сатурническую эпоху. Здесь вам явится целый мир, ибо все подчинено тепловым течениям: это духов­ный дар, особенность которого в том, что через тепло в каждую вещь втекает любовь. И если вы в этом настрое религиозной самоотдачи различите, как через это сатурническое начало с помощью тепла в мир втекает любовь, различите в этой любви жертву благодарения, приносимую Мировому Творцу, даро­вавшему Любовь и Тепло, — если, измеряя температуру, вы в этом настроении будете воспринимать происходящее, к вам придет интуиция того, что вам в данном случае следует делать.

12

И проверять пульс нужно не по-ремесленному, не кустар­но, как это часто делается, но через пульс нужно суметь погрузиться в то, что как мировой ритм исходит от солнечного начала. Чувствуя пульсацию, нужно суметь ощутить, что человек пребывает в чем-то светлом, ясном, пронизывающем мир, распространяющем вокруг себя свет и воздух. И это вновь требует всего человека, напряжения всей его воли к целению. Воля к целению не может быть пробуждена внутренним при­казом, но лишь жертвенностью души в мире.

13