Другой предложенный мне вопрос звучит следую­щим образом: когда мы имеем дело с астмой, которая возникает в результате судорог и у которой в симпто­мокомплексе имеется приток крови книзу и отток крови вверху, как можно подобрать лечение к такой астме? С чем, собственно, мы имеем дело при такой астме? Мы имеем дело с тем, что чувственно-нервный процесс проскальзывает вниз в процесс дыхания. Это не что иное, как чрезмерное действие в процессе ды­хания, и именно такое чрезмерное действие, которое вызывает проникновение чувственного процесса. Ему мы должны противопоставить полярно противопо­ложное действие. Вы должны зайти с другой стороны. То есть тому, что уже по самой своей природе идет извне вовнутрь, вы должны противопоставить силу, имеющую другую направленность, и вы вызываете ее, когда через кожу вводите кислотный процесс, то есть когда вы прибегаете к ваннам с угольной или другой кислотой. И это окажет исключительно благотворное влияние на больного астмой, имеющей подобную на­правленность. В связи с этим следует применить еще кое-что, и вы придете к решению, если примете во вни­мание и кое-что другое из того, что я вам говорил.

22

Был задан вопрос: как обстоит дело с тем, что (и в вопросе это подчеркивается) в клиниках вызвало такое изумление и такую радость — а именно с молочными инъекциями при бленнорее? Ну, что это в большинст­ве случаев связано с лактацией, вы можете заключить из того, о чем мы говорили по этому поводу в эти дни.

23

Вам нужно лишь представить то, что мы уже говорили о лактации: что там также происходит процесс чув­ственного восприятия, но он проникает глубже, чем обычно. Что там возникают всякого рода аномалии — это я уже обсуждал, и теперь, само собой разумеется, в выделенном продукте сохраняются направляющие силы. В сущности, в этом процессе продолжается то, что разыгрывается внутри человеческого организма. И если вы произведете инъекцию, то, само собой понят­но, вы сможете противодействовать процессу, основан­ному примерно на тех же вещах. Иными словами, здесь эмпирическая случайность фактически подействовала исключительно остроумным способом; ведь суть дела обнаружилась только благодаря случайности, а именно в результате проб. Вообще это исключительно важ­но — наблюдать эти процессы-метаморфозы. Если че­ловек не может наблюдать того, как метаморфизирует процесс, он, в сущности, не способен вынести правиль­ного суждения даже о самых простых вещах.

24

Здесь возник вопрос: на чем, собственно, основа­ны простудные явления, то есть всевозможные вещи, собранные в достаточно размытом понятии просту­ды? Но и здесь дело обстоит так, что чувственная деятельность (хотя и иным образом, чем в вышеприве­денном случае), сдвигается вниз, в деятельность дыха­тельную. Выделения, происходящие при этом — это всего лишь реакция. Это что-то такое, что происходит в организме в таком месте, которое противостоит по­верхности, что-то что постоянно происходит во внут­реннем пространстве организма благодаря взаимодей­ствию нервно-чувственной и обменной деятельности. Это постоянно происходит во внутреннем пространст­ве. И вновь вы не будете опять удивлены тому, что эти вещи лечатся весьма простыми средствами — укуты­ваниями и т. п., когда своего рода нервно-чувственная деятельность вносится туда, где ей в обычном случае не место. Всякое укутывание и т. д. — это внесение в организм нервно-чувственной деятельности, которая наполовину осознана и в обычном случае отсутствует. Вот меня спрашивают: какое отношение имеет мускульная сила к силе костей? — по поводу вопросов, связанных с гомеопатией, я хотел бы надеяться, что мои объяснения в целом приведут к ответам на постав­ленные вопросы. Но теперь мне задают разные другие вопросы, которым я тоже должен уделить немного внимания. Отношение между мускульной силой и силой костей таково, что это отношение можно охарак­теризовать, сказав: в мускульной силе в полном движе­нии содержатся те воздействия, которые в костной силе приходят в состояние покоя и умирания, ибо кости (но не генетически, а идеально) — это и есть преобразован­ные мускулы; не генетически, но идеально совершенно преобразованные мускулы. Искать генетической связи между костями и мускулами, и даже хрящами и костя­ми — это, в сущности, бессмыслица, и многие люди с полным правом указывают на те трудности, которые воз­никают, когда мы пытаемся найти тут какую-нибудь ге­нетическую связь. К примеру, Бунге указывал на трудно­сти, которые возникают, когда мы пытаемся увидеть эту взаимосвязь, но он, естественно, не показал, откуда про­исходит эта взаимосвязь и это затруднение. Оно проис­ходит из метаморфозы. Но вспомните: в то время, когда вся мускульная система еще не перешла в органически видимое состояние (см. рисунок 23, крас­ное) — и в целом то же самое, но в ослабленном виде, происходит и в хрящевой системе — там, где мускуль­ная и хрящевая система еще не дифференцировались (светлое), — если в этом недифференцированном со­стоянии при дифференциации эти процессы одновре­менно будут захвачены процессом поляризации, вам будет исключительно трудно констатировать метамор­фозу. Внешнюю генетическую метаморфозу вы можете констатировать лишь в том случае, если он такова, что при переходе из одного в другое при дифференциации в целом еще не действует поляризация, если направление еще сохраняется. Если же в дифференциацию вторгает­ся еще и поляризация, то, естественно, возникает совер­шенно другая конструкция, ни в малейшей степени не похожая на первую.

рис 23

25

Ответы на некоторые вопросы будут получены во время занятия, которое начнется сразу же следом за лекцией. Но один вопрос — и я бы попросил вас рассматривать его как такой, что ведет в область, где начинается большая путаница, где вообще-то запре­щено прибегать к аналогиям; таковым является во­прос о том, как можно сконструировать что-то вроде вкусового спектра от сладкого через горькое, кислое, вяжущее к соленому, можно ли сконструировать такой вкусовой спектр, а затем, может быть, и спектр запа­хов. В отношении этих вещей дело фактически обсто­ит таким образом, что в случае со вкусом и запахом мы имеем что-то слишком мало объективированное, что­бы это было как-то особенно пригодно к тому, чтобы находить аналогии. В практическом применении по­добные вещи имеют очень небольшое значение, ибо, переходя из области глаза и уха в область вкуса и запа­ха, мы оказываемся в совершенно другой области из-за того, что при глазном восприятии мы ведь имеем дело, собственно говоря, с тем, что полностью откры­вает себя посредством эфирного элемента; но в случае с запахом и вкусом мы имеем дело с процессами, очень энергично вовлеченными в вещественные процессы, в вещественные действия, в действие обмена веществ. То есть, приходя к этой чувственной деятельности, мы можем придерживаться самого энергичного, что затем выражает себя в обмене веществ.

26