Вы видите, что в человеке мы имеем нечто противоположное тому, что происходит в растении. Но в человеке мы имеем не просто противоположное, но также и носителя противоположностей. Так что вы можете сказать: с одной стороны, в человеке функционально имеется растительное, направленное укореняющимся вверх, а растущим вниз, и вокруг этого материальное, имеющее, в свою очередь, тенденцию снизу вверх. И то, что у растения происходит, в сущности, искусственно, извлечение из сферы верхнего и перенос в сферу нижнего, у человека происходит непрерывно. В этих процессах всегда действует совместно тенденция сверху вниз и снизу вверх. И в этой смене, собственно, и заключена больная и здоровая жизнь человека. Видите ли, невозможно понять сложные процессы в человеке, не учитывая, что вещи таковы, какими я их здесь представил, что, с одной стороны, есть носитель, действующий от земли вверх, и, с другой стороны, нечто внедряющееся в этот носитель и действующее сверху вниз.

11

Как в смене этих сил организована жизнь человека в здоровом и больном состоянии, можно понять с помощью важного факта, перед которым стоят, можно сказать, почти полуотчаявшись, а именно, что человеческий организм следует лечить по-разному, в зависимости от того, рассматриваются ли части, расположенные вверху, или они находятся внизу, под сердцем. Здесь человек должен рассматриваться на основе различных принципов. Это выражается, например, в загадочном для многих факте взаимоотношения краниотабеса и обычного рахита: для тех, кто рассматривает человека единообразно, эти две вещи так близко лежат друг к другу, тогда как они, поскольку их исходные пункты лежат в различных областях человека, полярно противоположны и должны рассматриваться на основе различных принципов. Это в значительной степени распространяется на лечебный процесс. Поэтому врачи, которые при рахите каким-либо образом достигают определенных успехов при помощи лечения фосфором, вероятно, при краниотабесе не достигнут ни малейшего успеха, но здесь требуется противоположное лечение, терапия с применением какого-нибудь углекислого кальция или чего-нибудь подобного. И это, я бы сказал, лишь выражение всеобщего факта, указания на который всегда несут некоторое неудобство, но это так. Дело обстоит таким образом, что там, где идет речь о лечении людей, где мы вступаем в медицинскую область, то для определенных случаев справедливым будет не то, что сказано, а прямо противоположное – и это, видите ли, фатально. Может оказаться, что кто-то для того или иного случая нашел верный путь к исцелению, и может случиться, что этот способ лечения, будучи применен в почти, на первый взгляд, таком же случае, не станет путем к исцелению, а даже приведет к совсем противоположным результатам. Поэтому в медицине всегда одной теорией можно отвергнуть другую, если не осознавать того, что только часть человека может быть вылечена одним методом, другую же часть человека следует лечить другим методом. Это то, что мы здесь должны рассмотреть.

12

Здесь важным является основательное изучение того, что в растении предстает нам как бы обособленно, а у человека представляет одну сторону его организации. Вчера я обратил ваше внимание на три свойственных внечеловеческой природе формирующих импульса, солевой формирующий импульс, меркуриальный формирующий импульс, и также формирующий импульс, заключающийся в том, что определенные тела, такие, как фосфор или сера, хранящие в себе силы импондерабельного, являются носителями импондерабельного.

13

Каково же, в свете сказанного сегодня, различие между этими тремя внутренними образующими импульсами внечеловеческой природы? Все, что в своем процессе является солевым, лучше сказать, в своем процессе ведет к солеобразованию, все это переводит внутренние процессы в область тяжести. И кто читал древние медицинские тексты, поступит правильно, если повсюду, где идет речь о солевом становлении субстанции, будет представлять себе: здесь, вследствие этого процесса, данная субстанция подвергается действию силы тяжести, тогда как в результате противоположного процесса, в силу действия светового процесса, импондерабельное лишает тяжесть силы. И всегда, рассматривая импондерабельное как представителя, как репрезентанта света, мы также и во внечеловеческой природе должны мыслить борьбу между светом и тяжестью, между тем, что стремится к внеземному и тем, что направляет земную субстанцию к центру. Мы имеем прежде всего противоположность тяжесть—свет и непрерывно колеблющееся, ищущее равновесия между тяжестью и светом, что находит свое выражение в меркуриальном. В меркуриальном содержится не что иное, как постоянный поиск состояния равновесия между светом и тяжестью.

14

Речь идет о том, чтобы противоположность между солевым, фосфорным и меркуриальным внести в деятельность всего Космоса, в тяжесть, в свет и противоположность между ними, то есть в поиск равновесия между обоими. И, видите ли, в эту полярность удивительным образом вставлена вся сердечная деятельность человека. В современном естественнонаучном воззрении ужасным является то, что помимо представления сердца в виде насосной системы, о несостоятельности которого я уже говорил, сегодня все представляют так, как если бы деятельность сердца исчерпывалась происходящим в границах кожи данного существа. Деятельность сердца сегодня представляют себе не иначе как ограниченной связью с тем, что пульсирует внутри тела. На самом деле это не так, но человек как существо, состоящее из органов, вчленен в весь мировой процесс, и человеческое сердце – это не только орган, который находится в его организме, но оно принадлежит всему мировому процессу. И то, что разыгрывается в растении, взаимодействие верхнесолнечного и нижнесолнечного, разыгрывается в человеке и находит свое выражение в сердцебиении. Сердцебиение – это не только выражение происходящего в человеке, но также выражение внечеловеческих соотношений. Если вы рассмотрите сердце человека, то в нем, в принципе, отражается, я бы сказал, весь мировой процесс. Человек индивидуализирован только как духовно-душевное существо. Он вчленен в весь мировой процесс, например, благодаря тому, что пульсация его сердца является выражением не только того, что происходит в человеке, но всей той борьбы, которая разыгрывается во всем Космосе между светом и тяжестью.

15

Для круга не знакомых с этими вещами людей я часто пытался наглядно представить это отношение человека к Космосу посредством следующих расчетов. Если вы примете, что человек делает в минуту приблизительно 18 вдохов и выдохов, то окажется, что в сутки, в течение 24 часов, он делает 25920 дыхательных циклов. Если вы возьмете за единицу измерения один день жизни человека и учтете, что в году содержится 365 дней, то, допустив, что продолжительность жизни человека равна 71 году – конечно, люди могут жить и дольше, но средняя продолжительность жизни такова – мы получим столько же дней в человеческой жизни, сколько дыхательных циклов содержится в сутках – 25915. И если вы возьмете полный круг обхода Солнцем Зодиака, то есть платонов год – это время, которое требуется Солнцу для того, чтобы его точка весеннего равноденствия, находящаяся, например, в Овне, снова туда же вернулась – то мы получим 25920 лет. Это удивительный числовой пример связи человека со всем мирозданием, ибо он представляет исчисленное в годах движение Солнца, платонов год, выраженным тем же числом, что и дни жизни человека. Это, видите ли, внешний наглядный пример, но он указывает на глубокие мировые связи. Нам нужно только иметь в виду – и мы должны подчеркивать это в антропософии – что когда человек засыпает, его Я и астральное тело выходят из физического и эфирного тел и при пробуждении снова возвращаются. Вам нужно только представить себе это как своего рода вдыхание и выдыхание духовно-душевного физическим телом, и тогда вы получите такие дыхательные циклы, в которых во вдохе и выдохе проходит вся жизнь отдельного человека, сопоставимая при этом с днем, и их число составит 25915 или 25920 – не правда ли, могут быть високосные годы, поэтому мы получаем разницу в 5 дней. И, в свою очередь, во Вселенной должно быть нечто, выраженное тем же числом, что связано с движением Солнца, кажущимся движением Солнца. Здесь в мировом движении имеется ритм, который в большом выражает то, что проявляется в отдельной человеческой жизни, что выражается числом дыхательных циклов в течение дня. Теперь вам уже больше не будет казаться удивительным, что, исходя из древнего атавистического мировоззрения, в прошлом говорили о днях и ночах Брахмы, о мировом вдохе и выдохе, поскольку находили, что этот мировой вдох и выдох имеет свой маленький микроскопический образ в повседневном жизненном процессе человека.

16

Через такие вещи, вовсе не через какие-либо симпатии или антипатии, но вещи, основанные на конкретном, и приходят к истинному почитанию древней мудрости. Я могу вас заверить, что я не был бы почитателем древней мудрости, если бы я в бесчисленных случаях не убеждался, что сегодня приходят к открытию таких вещей, которые были известны древней мудрости и которые исчезли из поля зрения людей вплоть до эпохи новых открытий. И когда человек, действительно стремящийся к познанию, с благоговением изучает древнюю мудрость, это исходит не из общего стремления к старине, но основывается на прозревании определенных и конкретных отношений.

17

Итак, если мы хотим найти световое, мы должны направить взгляд на все то, что в нашей планетарной системе сосредоточено в верхних планетах, в марсианском, юпитерианском, сатурническом. И так как все происходящее на Земле является в определенном смысле результатом существования внеземного, мы должны были бы в земном найти действие того, что происходит в Космосе. Это ведет к тому, чтобы искать причины конфигурации и агрегатных состояний земных субстанций не таким абстрактным, фантастическим образом, как это делает сегодня молекулярная физика или молекулярная и атомная химия. Эта атомная химия, которая, в сущности, всматривается в то, чего нельзя увидеть, во внутреннее телесной конституции, создает прекрасные гипотезы об атомах и молекулах и говорит затем – сегодня, быть может, меньше, но пару десятилетий назад с большой гордостью – об «астрономическом познании» происходящего внутри телесной структуры. Совсем недавно говорили об этом. Сегодня фотографируют эти вещи, как я говорил в позавчерашней публичной лекции; так же и в спиритических кругах фотографируют – духов. И поскольку естествоиспытатели сегодня не склонны верить в фотографии духов, то они должны другим, знающим эти вещи, позволить не верить в их фотографии атомов, ибо это то же самое, что и фотографии духов.

18