Может быть, вам покажется, что, следуя описанным мною принципам воспитания, мы рискуем отдалить учеников от практической жизни, увести их в области чисто духовные и чуждые реальности. Это опасение может явиться в результате знакомства с теми предварительными разъяснениями, которые я нашел нужным положить в основу своего курса. Но это только видимость. Ибо в действительности искусство воспитания, опирающееся на эти предварительные положения, преследует самые практические цели. Те факты духовного мира, из которых мы исходим, должны прежде всего ответить на вопрос: какими средствами достигается наилучшее развитие физического организма ребенка, подростка?

1

Положение, что духовная наука должна прежде всего заниматься физическим развитием организма, представляется на первый взгляд вопиющим противоречием. Тем не менее характер дальнейшего изложения моей темы больше даст для устранения этого противоречия, чем любые отвлеченные рассуждения. Вообще надо заметить, что тот, кто в наше время касается вопросов педагогики, оказывается в странном положении: говоря о необходимости серьезных реформ в области педагогики, вы признаете тем самым, что недовольны тем воспитанием и образованием, которое вы сами получили. И тем не менее в результате этого плохого воспитания, этого образования, дающего столько поводов для критики (ибо иначе почему нужны реформы?), вы как раз и стали сами педагогом. Вот первое противоречие. Второе заключается в том, что, выступая по вопросам педагогических реформ, испытываешь чувство неловкости от сознания, что по отношению к аудитории критика существующей педагогики равносильна утверждению “все вы плохо воспитаны”! И тем не менее именно к тем, кто плохо воспитан, обращен призыв реформировать воспитание. Таким образом, с самого начала предполагается, что и оратор, и слушатели точно знают, каким должно быть хорошее воспитание, несмотря на тот факт, что сами они получили плохое.

2

Это противоречие — одно из тех, которые ставит сама жизнь, и разрешать его приходится, практически начиная с того исходного положения, в котором мы фактически находимся. Ибо, видя картину, вы можете прекрасно понять, что она хороша, хотя вы сами ни в малейшей степени не способны писать как живописец. Когда же дело касается педагогики, не ограничиваются размышлениями; слишком часто сразу же берутся руководить воспитанием на основе тех или иных теоретических положений. Мы же считаем, что в области педагогики теоретических знаний недостаточно — необходимо овладеть методом подхода к ребенку, приобрести в этом искусстве большой навык, большой практический опыт. Некоторая предварительная ориентировка, предварительные знания, разумеется, необходимы; этой цели и должны послужить уже изложенные основные положения, которыми мы будем и в дальнейшем руководствоваться.

3

В своем развитии человек в течение жизни проходит ряд последовательных периодов. Мы видели также, что человеческое существо по своей природе тройственно: его мысль находит свое физическое выражение в нервной системе, включая органы чувств; его эмоциональная жизнь сплетена с ритмикой организма, главным образом с аппаратом дыхания и кровообращения, а воля связана с моторной системой и пищеварением — со всем обменом веществ. Развитие этих трех психофизических систем неоднородно. В каждый период жизни каждая из них развивается по-своему. В первый период — от рождения до смены зубов — существо ребенка целиком погружено в чувственное восприятие мира; во всем его развитии этого периода главенствует нервно-сенсорная система — голова. Ее жизнь, ее функции как бы пропитывают все жизненные процессы организма; впечатления внешнего мира владеют всем существом ребенка, живут в нем — наподобие того, как позднее световые впечатления владеют жизнью глаза. Иначе говоря, у взрослого световые — зрительные — впечатления удерживаются глазом, другие же члены тела, в данном случае нервно-мозговая система, получают их только в виде образов и представлений. У ребенка же, образно говоря, дело обстоит так, будто все ткани, сами мельчайшие кровяные тельца, осветляются, пронизываются зрительно-световым потоком.

4

Весь организм ребенка еще находится под действием тех эфирных сил, которые в более позднем возрасте мы удерживаем на периферии тела — в органах чувств, в то время как в нашем внутреннем существе все более развивается жизнь иного порядка. Ребенок, таким образом, гораздо чувствительнее к внешним впечатлениям, чем взрослый.

5

Рассмотрим это более конкретно. Возьмем лицо, занятое уходом за совсем маленьким ребенком, пусть даже грудного возраста. Это лицо имеет свою собственную внутреннюю жизнь: допустим, что в это время у него много забот и огорчений. То, что это лицо переживает внутренне, может оставить лишь очень слабые следы в его собственном организме; когда вы печальны, это как-то сказывается в ваших телесных ощущениях, и, если печаль становится постоянным, привычным состоянием, происходят изменения и чисто физического свойства: может появиться сухость языка, горечь во рту, иногда даже затрудняется дыхание и так далее. Для взрослого эти физические явления не имеют существенного значения. Ребенок же, который растет в атмосфере этого лица, испытывает гораздо более глубокое влияние. Ребенок — подражатель, он бессознательно воспроизводит все, что видит и слышит: выражение лица, манеру говорить, вплоть до чувства печали и угнетенности. Ибо между ребенком и взрослым происходит взаимный обмен — тонкий и невесомый. Если мы находимся во власти печали, столь сильной, что дело доходит до физически видимых симптомов, ребенок инстинктивно подражает тому, что он замечает внешними чувствами. Ребенку свойственна способность к своего рода внутренней психической мимике. Благодаря этому он, в свою очередь, начинает ощущать то же, что ощущает и взрослый: сухость языка, горький вкус, но не просто во рту, а как бы разлитыми во всем теле. У него замечаются те же физические явления, что и у взрослого: бледность кожи, угнетенный вид и тому подобное. Разумеется, ребенок не воспроизводит в себе то душевное состояние печали, которое испытывает взрослый. Но если во всем его организме напечатлеваются физические последствия, вызываемые душевным состоянием печали, то его жизненные процессы начинают протекать под знаком этого состояния до такой степени, что сами органы его растущего тела складываются под воздействием того, что он таким путем в себя впитывает. Ибо дух всегда действен там, где организм находится в процессе созидания. И таким путем ребенок в дальнейшей жизни окажется предрасположенным к печальным чувствам и настроениям. Еще позднее обнаружится и особая склонность замечать в мире прежде всего горе и страдание. Таковы те тонкие психологические связи, которые необходимо знать для правильного, здорового воспитания детей.

6

Описанное происходит в ребенке в возрасте до смены зубов. Он находится во власти влияний, исходящих от окружающих его взрослых. И внутренний конфликт, который в это время имеет место, еще нельзя заметить иначе как с помощью духовной науки, духовного видения. Это конфликт между чертами, полученными путем наследственности, и теми, которые насаждаются воздействием внешней среды. Мы рождаемся со склонностями атавистического порядка. Кто имел случай наблюдать новорожденных, может это заметить. Наука располагает очень точными данными на этот счет. Но чем дальше ребенок входит в жизнь, тем больше ему приходится приспособляться к условиям внешней среды. Ему приходится постепенно и во всевозрастающей мере трансформировать унаследованные черты, чтобы не замкнуться в них, но чтобы его органы чувств, его душа, его дух широко открывались навстречу тому, что им несет окружающий мир. Иначе он станет только эгоистом, замкнутым в себе, чуждым всему, кроме унаследованного им прошлого. Мы же должны воспитывать людей, восприимчивых ко всему, что происходит в мире, людей, которые, встречая на своем пути нечто новое, готовы всякий раз заново, без предвзятых правил, определить свое отношение к этому новому своим собственным чувством, своим суждением. Мы должны приучать ребенка не замыкаться в себе, мы должны воспитать в нем склонность идти навстречу миру с полной открытостью духа, с готовностью действовать каждый раз сообразно обстоятельствам.

7