Так что же выступает вместе с половой зрелостью? Выступает то, что могло быть получено нами из рассмотрений предыдущих дней. Мы видели, что уже с эмансипированным до известной степени духовно-душевным, которое имеется после смены зубов, человек работает ещё внутренне. Он врабатывается через систему дыхания и кровообращения вплоть до оснований мускулов. Он полностью выходит на свою человеческую периферию и с половой зрелостью прорывается во внешний мир. И лишь тогда он полностью стоит внутри внешнего мира.

10

Но поэтому мы вынуждены относиться к юношам и девушкам, прошедшим через возраст половой зрелости совершенно иначе, чем мы могли относиться раньше к мальчикам и девочкам. Ибо по существу весь процесс, который разыгрывается с освобождающимися духовно-душевными силами перед половой зрелостью, ещё совершенно не имеет никакого отношения к полу. Он есть нечто нюансированное, но к полу он, в действительности, ещё никакого отношения не имеет. То же, что имеет отношение к полу, развивается лишь тогда, когда человек совершил свой прорыв в мир, т.е. когда он вступил во взаимосвязь с миром.

11

Но тогда для душевно-телесного - опять-таки выступает нечто подобное тому, что имело место при смене зубов. При смене зубов освободились те силы, которые идут на мышление, чувствование, воление, что развивается больше в сторону воспоминания. Освобождаются, в известной мере - силы воспоминания. Теперь, при половой зрелости, к свободной душевной деятельности приходит нечто, что прежде пребывало в ритме дыхания, что стремилось внести оттуда ритм в систему мускулов, даже в костную систему. Это ритмическое теперь - освобождается, и это освобождается как восприимчивость юноши или девушки к идеальным образам, к фантазии. Настоящая фантазия, в сущности, может быть рождена в человеке лишь с половой зрелостью, ибо настоящая фантазия может быть рождена лишь тогда, когда из пространства и времени рождается свободное астральное тело, которое так же, как и сны, может беспорядочно, согласно внутренним точкам зрения, группировать прошлое, настоящее и будущее.

12

Что же всё-таки является причиной того, что человек, в известной мере - на окольных путях костной системы прорывается в мир? Причиной этого является то, что прежде пребывало в его внутреннем, что он внёс в своё внутреннее из своей преэкзистентной жизни. С половой зрелостью он в известной мере становится выброшенным из душевно-духовного мира. Можно сказать без преувеличений, что это - чистая истина: человек с половой зрелостью выбрасывается из духовно-душевной жизни мира и ввергается во внешний мир, который он может воспринимать лишь своим физическим телом, своим эфирным телом. И если это совершенно неясно входит в сознание, то тем большую, тем более интенсивную роль это играет в подсознании. В подсознании это играет ту роль, что теперь человек, как говорят, подсознательно или полусознательно сравнивает мир, в который он вступает, с тем миром, который он ранее имел в себе. Он воспринимал его ранее в себе не в полном сознании, но - он нашёл в себе возможность сотрудничать с ним. Внутреннее человека - даёт возможность сотрудничать с высшим миром, свободно сотрудничать с духовно-душевным. Внешний мир этого не даёт. Здесь имеются всевозможные препятствия, здесь имеются желания эти препятствия преодолеть. Здесь - вся сумятица, которая случается в сношениях между миром и человеком между четырнадцатым-пятнадцатым годами жизни и началом его двадцатых годов.

13

Этот мятеж, это смятение должно иметь место, и надо на протяжении всего предшествующего воспитания всматриваться в эту сумятицу, которая должна возникать необходимым образом. Люди, настроенные, вероятно, преувеличенно элегически, могут верить, что это - хорошо, если они избавят человека от этого смятения. Но именно поэтому они станут его злейшим врагом. Нельзя избавлять человека от этого смятения, от этого мятежа. Нужно прежде так ориентировать всё воспитание, чтобы оно пришло теперь на помощь внутренней работе духовно-душевного в человеке.

14

И, начиная с половой зрелости, нужно уяснить себе, что человек являет нам новое существо, которое возникает из его отношения к миру, что ощущение авторитета уже больше не играет никакой роли, что человек, прежде всего, когда ему что-либо преподносят - требует основания этого. Мы должны теперь приучить себя к тому, чтобы противиться подрастающему юноше или девушке - только при наличии к этому оснований. Мы должны, например, приучиться к тому, чтобы, когда юноша или девушка, которые ввели высший мир в мир и теперь возмущаются, что этот мир - не таков, каким он должен быть, что - всё должно быть иначе, если они становится мятежными, бунтуют - нужно постараться, не впадая при этом в филистерство, пояснить, что то, что имеет здесь место - произошло, ведь, в конце концов - из прошедшего, из исторического. Нужно играть искушённого человека, который полностью понимает, как произошло то, что имеет здесь место. Но авторитетом здесь уже - ничего не исправить. Нужно быть искушённым в вещах, чтобы быть в состоянии привести для них полноценные основания. Именно в этом возрасте некоторые выступают против необоснованного человеком мира содержания, противятся порядкам в мире, которые ощущаются неразумными, которые ощущаются так, что человек говорит себе: - то, чем я жил до сих пор, пока я не вошёл в этот мир, собственно - бессмысленно, ибо всё это ведёт меня в мир, который, ведь, неразумен; - и если здесь не находят встречи с людьми, которые могли бы хоть в какой-то степени обосновать разумность мира, то внутренняя буря становится слишком сильной и юноша или девушка - теряет внутреннюю опору. Ибо это освобождающееся астральное тело, оно именно - не от мира сего. Человек - выброшен из своего мира, и он лишь тогда хочет включиться в этот мир, когда этот мир может обосновать свою реальность.

15

Вы поймете то, что я говорю - основательно неверно, если Вы думаете, что я описываю это для полного сознания человека. Нет, я описываю это не для полного сознания, но я описываю это именно как разыгрывающееся в дневном бодрственном состоянии - в подсознательном, выплескивающееся в чувствованиях, выплескивающееся в приглушённых волевых импульсах, изживающееся в развенчанных идеалах, в обманутых желаниях, изживающееся, вероятно, в известном отупении относительно того, что представляется в неразумном внешнем мире.

16

Ибо, если в этом возрасте ещё необходимо воспитываться - каждый, кто хочет чему-то учиться, должен ведь также воспитываться, и это должно преподноситься обучающемуся в соответствующей воспитательной форме, ведь за время начинающихся двадцатых годов нужно подготовиться к дальнейшей жизни. Для этого нужно подготовить почву. Ибо то, что мы переживаем с пятнадцатого по двадцать первый - двадцать второй год (этот период, естественно, не вполне ограничен, особенно в наше хаотичное время, в большинстве случаев это продолжается значительно позднее), то, что мы здесь переживаем - должно вести к тому, что мы, вооружённые всем тем, что стало для нас чётко очерченным в жизни, всем тем, что мы сами в жизни чётко очертили, в двадцатые годы - снова поднимаемся в мир, из которого мы были выброшены с наступлением половой зрелости. Нужно снова подняться; нужно снова найти связь, ибо без этой связи жизни не будет. Эту связь нужно искать самостоятельно. Если эта связь навязывается авторитетом, то она для человека в жизни - ничего не стоит.

17

Поэтому мы должны вплоть до половой зрелости благодаря признанному ребёнком авторитету продвинуть ребёнка так далеко, чтобы после наступления половой зрелости нам не надо было больше применять свой авторитет. Но мы должны также себя самого, как учителя и воспитателя, привести в такое положение, чтобы мы всегда могли обосновать то, что мы хотим преподать ребёнку.

18

Это показывает, прежде всего - с более духовно-душевной точки зрения ту совершенно грандиозную метаморфозу, которая разыгрывается с половой зрелостью для подрастающего человека.

19