Т. Говорит о детях, неспособных к арифметике.

Рудольф Штейнер. Если вы обнаружите особенно слабые способности к арифметике, то вы поступите хорошо, если сделаете следующее: у других детей будет, как правило, два урока физкультуры в неделю, то есть один урок эвритмии и один урок физкультуры. Этих детей, которые плохо считают, соберите вместе и присоедините им один урок эвритмии или физкультуры, или пол-урока. Вам не надо тем самым еще больше загружать себя; возьмите их вмес­те с другими тогда, когда делаются как раз такие упражнения. Нужно позаботиться о том, чтобы повыситъ способности таких детей именно благодаря физкультуре и эвритмии.

23

Сначала вы даете таким детям делать упражнения с палочками. Палочку они держат в руке: 1, 2, 3; назад 1, 2, 3, 4. То есть ребенок должен постоянно брать палочку вперед и назад. Он должен стараться каким-либо образом на счет 3 забрать палочку назад. Затем должна наступить очередь бега: 3 шага вперед, 5 шагов назад; 3 шага вперед, 4 шага назад; 5 шагов вперед, 3 шага назад и так далее. Попробуйте, занимаясь гимнастикой, а может быть, и эвритмией, включить в движения ребенка число так, чтобы он был вынужден, двигаясь сам, считать. Вы увидите, что это имеет успех. Я неоднократно делал это с учениками.

24

А теперь я спрашиваю вас: почему это имеет успех? После того, чему вы уже научились, вы можете сформировать представление об этом.

25

Т. Эвритмические движения должны, однако, быть хорошим средством для занятий по геометрии.

Рудольф Штеинер. Но занятий по геометрий я не имел в виду.   То, что я сказал, относилось к арифметике, потому что в основе арифметики лежит ведь намеренное движение самого себя, чувство движения. Когда его таким образом делают действенным, то оказывают воодушевляющее воздействие на эту способность.

26

Поднимают нечто из подсознательного, что у такого ребенка не хочет подниматься. Вообще, следовало бы путем двигательных упражнений возбуждать недостающие способности к арифметике, а также к геометрии. Для геометрии можно будет многое сделать путем остроумных эвритмических упражнений. А также путем упражнений с палочками.

27

Н. Когда возникают трудности в произношении, нужно принять во внимание связь языкового с музыкой.

Рудольф Штеинер. Большинство случаев плохого произношения покоится, пожалуй, на этом, на плохом слышании.

28

Н. На уроках географии сангвиничный ученик не будет достаточно хорошо успевать; у него расплывчатые представления. Я бы здесь высказался за   занятия рисованием, сюжеты с географической карты.

Рудольф Штейнер. Если бы занятия по географии были организованы вполне наглядно, если показывать в особенности стра­ны, распределение растительности в странах, распределение продуктов земледелия в странах с помощью графических изображений, то есть таким образом вполне наглядно организовывать занятия, то именно здесь будет заметно, что нелегко найти общую притупленность ученического материала (allgemeine Stumpfigkeit des Schulmaterials). Тем самым можно легко бороться с общей притупленностью. Если это оживить еще и тем, что пытаться именно на занятиях по географии сначала описать страну, затем нарисовать ее, дать ее нарисовать на доске, нарисовать в ней реки, горы, распределение растительности, лесов и лугов, а затем читать с учениками описания путешествий, то становится видно, что в большинстве случаев находится весьма мало учеников, неспособных к географии, и даже то, что географию можно использовать для того, чтобы побудить учеников к живописи и к тому, чтобы выщекотать (herauskitzeln) из них их другие способности. Будет прямо-таки заметно, если суметь сделать интересной географию как таковую, как в учениках пробуждаются другие способности.

29

Г. Я подумал о классах с первого по третий. В том случае если имеет место лень, я бы применил строгость и попытался бы разбудить честолюбие. Иногда нужно указать ребенку на то, что ему придется, пожалуй, повторить класс. Здесь нужно будить именно также усердие и честолюбие.

Рудольф Штейнер. Я бы не стал так уж сильно рекомендовать рассчитывать на честолюбие. Не следовало бы так сильно будить честолюбие. В первые годы обучения такие вещи, которые вы предлагаете, можно очень хорошо использовать, но все же без слишком сильного подчеркивания честолюбия, иначе позднее ведь снова придется преодолевать с помощью воспитания это честолюбие, которое было привито с помощью воспитания. Однако нужно будет учиты­вать – это я должен повторять снова и снова – диету и питание. Может быть, друзья, которые сейчас будут еще обсуждать эти вещи, обратят внимание на то, что есть все-таки много детей, которые в своей более поздней жизни не имеют склонности к тому, чтобы по-настоящему воспринимать и понимать объекты природы. Учителя может привести в отчаяние то, что некоторые воспитанники никогда не могут понять, что среди минералов является малахитом или урановой смолкой или даже изумрудом; то есть которые во­обще не имеют склонности к тому, чтобы воспринмать объекты природы и снова узнавать их. Это бывает также, когда речь идет о растениях и даже о животных. Я прошу это также учесть.

30

А. Я подумала, что среди самых маленьких по арифметике нужно оставить группы. Наиболее охотно я делаю все наглядно на пальцах, на кусочках бумаги, на шариках или на пуговицах. Можно также ввести так называемое выделительное преподавание; дети, не зная этого, разделены на две группы, способных и слабых. Затем особо берутся за слабых, чтобы способные из-за них не отставали.

Рудольф Штейнер. Ньютон, Гельмгольц, Юлиус Роберт Майер всегда сидели бы в таком случае среди слабых.

31

А. Это же не повредит.

Рудольф Штейнер. Конечно, это не повредит. Даже Шиллер сидел бы среди слабых. Согласно свидетельству о пригодности к учебе Роберта Хамерлинга, он, сравнительно, везде имел хорошие оценки, – только не по немецкому сочинению. Тут у него была оценка, собственно говоря, ниже нормальной.

32

Теперь госпожа Ф. скажет нам – как можно помочь, используя эвритмию, это мы уже слышали, – но как, она полагает, можно было бы помочь эвритмии, если дети оказываются упрямыми. Эвритмии должны были бы обучаться и упрямые дети.

33

Ф. Я думаю, что меланхоличные дети будут проявлять мало интереса к ритмическим упражнениям, упражнениям с палочками, отбиванию такта, то есть ко всем упражнениям, которые требуют предстать в естественности своего существа. Они более охотно смотрят вовнутрь себя, и они легко утомляются при их физических качествах. Может быть, можно было бы, когда другие делают упражнения с палочками, заставить этих детей петь под аккомпанемент или заставить их, отбивая такт, произносить стихи. Таким образом они втягиваются в ритм без физического усилия. Однако возможно также, что дети являются нерасположенными к таким упражнениям, потому что они имеют тенденцию никогда полностью не помещать (hineinzustellen) себя в эти вещи, а удерживать в себе часть своего существа. Здесь нужно было бы заставить их произносить звуки, потому что они, собственно говоря, требуют всего человека. В то же время они объективны.

34

Учитель не имеет права испытывать внутреннее чувство, что ребенок чего-то не может. Нужно думать, что вся совершенная эвритмия заключена в ребенке. Собственная уверенность распространилась бы и на ребенка.

35

Рудольф Штейнер. Все эти меры очень хороши. Можно было бы еще порекомендовать вызывать у детей, которые не хотят заниматься эвритмией, особую радость к занятиям эвритмией благодаря тому, что их не только заставляют смотреть извне на эвритмизацию у других, но и благодаря тому, что пытаются также сделать различные снимки позиций, фотографии. Их нужно было бы упростить так, чтобы дети получали наглядные картинки эвритмических форм и движения, которые делает сам человек. Такие наглядные картинки эвритмического, они запоминаются и будут оказывать стимулирующее воздействие на эвритмические способности. Поэтому я попросил госпожу В. сделать такие наглядные картинки, под чем я подразумеваю не просто передачу эвритмических позиций, а их перевод в простые схематические формы движения, которые оказывают худо­жественное воздействие. Их можно было бы использовать для того, чтобы показать детям красоту линии. Тогда вы признаете – что является психологически чрезвычайно интересным фактом, – что ребенок может ощутить красоту линии, которую он сам производит в эвритмии, не становясь тщеславным и кокетливым. В то время как обычно он, обращая внимание на то, что делает он сам, легко становится тщеславным, этого можно избежать именно при занятиях эвритмией. Поэтому и в эвритмии следует искать параллелизм с со­зерцанием эвритмической линии, которое может быть использовано для повышения чувства собственного достоинства, без того, чтобы пробуждать тщеславие и кокетство.

36