Другим душевным настроем является то, что имеет общепознавательное зна­чение. Этот настрой связан с жестом I — самоутверждение. I — всегда самоут­верждение. Но если самоутверждение заключается не в звуке, а выходит за пределы звучания и становится отчетливым душевным выражением, тогда его можно выразить тем, что принимают положение, при котором правая нога со­гнута в колене. Вы стоите на левой ноге с протянутыми вперед обеими руками, но так, чтобы кисти рук несколько оттягивались назад. Вот это жест резкого само­утверждения. Фр. В., проделайте этот жест, жест мании величия, в конце предло­жения, которое я скажу: «Разве я не китайский император?!» Вот это настоящий жест. Мы, таким образом, вносим жизнь в изображаемое нами, а существенное и значительное состоит в том, чтобы жизнь была внесена в эти вещи.

13

Я хочу сегодня дать вам такие полные выражения жесты с тем, чтобы вы в последующие дни могли еще многое узреть из этого.

14

Надо еще указать жест, при котором вы принимаете возможно широкую позу и делаете при этом движение алчности (ненасытности) (см. рис.) когда хотят все большего и большего, то есть жест, выражающий сильное желание.

15

Возьмем для примера следующее предложение, а в конце его сделайте этот жест желания большего: «Ты дал мне, дал мне все, о чем я просил». Но не надо выдвигать наружу кисти рук, иначе выходит, что вы отклоняете. Вы хотите большего, и жест, выражающий желание большего, должен направляться внутрь, к себе, а стоять вы должны широко, сильно упираясь обеими ногами.

16

Не требуется, чтобы пользующийся этим жестом ненасытности был сам нена­сытным. Им пользуются, когда возникает что-либо, вызывающее ощущение нена­сытности, неудовлетворенности, желания большего. Ну, а теперь закончите этим жестом фразу, которую я скажу, так, чтобы между ними не было паузы, чтобы этот жест следовал непосредственно за жестом текста: «Разве должен весь дом захлебнуться? » — и так должно идти далее! В этом выражается ненасытное.

17

Теперь мы подходим к вещам, которые должны ввести нас еще глубже внутрь человека. Тут у нас есть такой жест, который выражает сердечность, то есть то душевное состояние, которое связано с сердечностью (задушевностью), проникно­венностью чувствования (Innigkeit des Fuehlens). Эта сердечность чувствования нахо­дит выражение в том, что мы опираемся на переднюю часть стопы, пятку несколько поднимаем от пола (но не высоко, потому что, если это будет слишком высоко, уже не будет сердечности, так что пятку надо поднять слегка), делаем оставаясь стоять, а затем мягко сделаем движение обеих рук вперед так, чтобы, при этом, большой палец касался указательного. В этом выражается сердечность, задушевность чувст­вования, и тогда получается следующий жест. Представьте себе, что здесь, на руках, у вас лежит грудной ребенок и что вы хотите развить в себе, так сказать, сердечное настроение, обращенное к ангелу-хранителю этого ребенка. Тогда вы будете дер­жать ребенка так, и у вас получится жест задушевности. Возьмем для примера какую-нибудь особенно торжественную строфу, и вы в конце сделаете этот жест. Попробуйте эвритмизировать: «Пусть отягченные скорбью придут ко мне». И тепер делайте этот жест. Ну, это вышло лирически. Попробуйте убрать лирику и сделать, так сказать, более монументальный жест. Тогда после жеста сердечности вы можете еще в конце поставить восклицательный знак. Теперь это вышло проник­новенно. Сделайте восклицательный знак! Вот так, при соответствующем темпе, можно все это выразить весьма монументально.

18

Сродным сердечности (задушевности), но, вместе с тем, и совершенно от­личным от него является приветливое отношение к кому-нибудь, любезность, душевное настроение любезности. Это можно было бы выразить, слегка при­поднимая пятку, затем легко поднимая вверх округлую левую руку так, чтобы жест, который мы делали раньше, направлялся вверх, а другой жест (другой рукой) вправо вниз. Тогда это будет жест любезности; делая так, вы должны, конечно, испытывать чувство, что это жест любезности. Всё дело в том, чтобы рука держалась легко, а в движении над собой содержалась любезность. Подумайте только, сколь любезны дети, когда их просят показать, какие они большие, - тогда они становятся особенно любезными.

19

Когда мы выполняем эвритмически предложение «Я благодарю твою улыбку за радостный момент…» - позвольте предложению перейти в жест любезности. Я знал одного венского композитора, ставшего позднее всемирно известным. Он был с радостью приглашён в гости, и хозяйка дома приложила все усилия, чтобы в составлении меню проявить особое искусство. А он понимал в этом толк, и потом, уходя, привычно сказал: «Какую прекрасную симфонию мы вкусили сегодня!» - это был комплимент, который он всегда говорил хозяйке дома. Это происходило постоянно, стереотипно, но он был великим человеком. Воспроизведите это предложение и позвольте ему перелиться в жест любезности. Г-жа Зенфт, сделайте его нам пожалуйста. Видите, вы сразу вошли в него; отсюда видно, что его действительно можно почувствовать. Но тот, кто это сказал, не мог бы так легко, как вы, сделать данный эвритмический жест, потому что это был Брамс.

20