Приведу пример. Почти все вы можете вспомнить, что сре­ди моих мистерий-драм^* есть образ Штрадера. Этот образ Штрадера, как и почти все образы мистерий, взяты мною из жизни. Была одна личность^**, которая прожила свою жизнь почти в точности так, как Штрадер, изображенный в моих мис­териях. Я питал большой интерес к этой личности во время ее физического земного существования. И вот в 1912 году она умерла. Тогда меня заинтересовали ее переживания после смер­ти. Все то, что эта личность (которая в конце концов стала теологом-рационалистом) пережила здесь, на Земле, явилось ей с гораздо большей интенсивностью при посмертном пережива­нии воздействия ее книг, ее теологического рационализма и так далее. После того как я некоторое время вживался в то, что она пережила после смерти, я уже не мог продолжить жизнь Штрадера в моих мистериях-драмах: он там умирает. Ибо у меня больше не было интереса к его земной жизни: он был погашен превосходящим интересом к тому, что он пере­живал после смерти.

* Ср.: «Четыре Мистерии-Драмы» (1910-1913) (ПСС, т.14).

^** Бывший монах ордена Капуцинов, позднее профессор философии Ги­деон Спикер (1840—1912). Ср.«Эзотерические рассмотрения..., том IV (ПСС, т. 238).

10

А вот еще одно маленькое сопутствующее событие. Неко­торые друзья очень сильно заинтересовались литературным наследием того человека, который был прообразом Штрадера; они постарались добыть его труды и хотели доставить их мне. Я не имел никакого интереса к этому. Я должен был проигно­рировать все это по той простой причине, что мой интерес к умершему был гораздо сильнее и заглушал все остальное. Я хочу этим лишь указать на то, что человек в своей посмертной жизни в обратном направлении переживает все гораздо силь­нее, гораздо интенсивнее, чем он переживает это в жизни на Земле. По отношению к этому посмертному переживанию зем­ная жизнь почти подобна сновидению. Но это именно негатив­ное переживание — переживание последствий в другом чело­веке того, что мы сделали или же упустили сделать. Поэтому посмертное переживание не следует представлять себе лишь как нечто ужасное. Но человек тогда обнаружит, какие из его поступков, мыслей, ощущений были праведными, а какие непра­ведными.

11

Вы можете догадаться, что тогда образуется первый зача­ток будущей кармы. Ибо когда человек видит то, что подсту­пает к нему во время между смертью и новым рождением, то он судит иначе, чем мы на Земле. Я, может быть, уже упоминал о случае с одной дамой, с которой я был знаком много лет тому назад. Однажды она прислушивалась к разговору, кото­рый велся в ее присутствии о повторных земных жизнях. Она сказала, что не хотела бы иметь дальнейшие земные жизни. И она очень активно протестовала против возможности заново воплощаться. Тогда я сказал ей следующее: да, вы вправе здесь, на Земле, иметь такое суждение, но не в нем дело, — в жизни между смертью и новым рождением приходят к иному сужде­нию. Она, казалось, сперва это поняла, но потом, уехав, написала открытку: она, мол, все же не может принять повторных зем­ных жизней!

12

Человек, имеющий интенсивное посмертное переживание, принимает решение, которое, пожалуй, выражается таким обра­зом: «Вследствие тех или иных причин ты стал несовершен­ным, неполноценным человеком; ты должен это исправить!» Так возникает кармический замысел. А замыслы в духовном мире, в жизни между смертью и новым рождением суть реаль­ности. Подобно тому как здесь реальностью оказывается то, что вы обожжетесь, если сунете палец в огонь, в духовном мире, когда вы формируете там определенный замысел, — это есть реальность, которая осуществляется. А вы уверенно фор­мируете определенный замысел!

13

Однако все это человек переживает в лунной сфере. Затем через ближайшие сферы Меркурия и Венеры он постепенно достигает солнечной сферы. Сфера Меркурия и сфера Венеры составляют для него переход к вступлению в солнечную сфе­ру. Однако прийти туда невозможно, пока душа хочет прота­щить с собой весь тот груз зла, который лег на нее в лунной сфере. Таково устройство Космоса: при выходе души из лун­ной сферы зло должно быть оставлено позади. Там оно ожи­дает нас до тех пор, пока мы опять не станем возвращаться через лунную сферу к новому воплощению на Земле. Но вместе со злом мы оставляем там более или менее значительную часть самих себя, ибо человек ведь образует единство со свои­ми деяниями. Когда я здесь на Земле совершил что-нибудь злое, то вследствие этого я стал менее полноценным; и при прохождении через лунную сферу я утрачиваю описанным образом некую часть самого себя, — я оставляю позади часть самого себя. Человек, который был бы законченным злодеем (каких вовсе не бывает), который никогда не сделал ничего доброго, должен был бы целиком остаться в лунной сфере. Но такого не бывает: люди продвигаются дальше.

14

Затем более или менее совершенный или несовершенный человек вступает в сферу Меркурия. Также и в сфере Мерку­рия он во время между смертью и новым рождением пережи­вает нечто особенное — нечто такое, что подготавливает его к существованию в сфере Солнца. Видите ли, здесь в физичес­кой земной жизни люди так или иначе болеют. А в сферу Солнца требуется вступить совершенно здоровым душой и духом. Поэтому в сфере Меркурия освобождаются от всего того, что душа несет в себе от своих болезней. Поэтому дело обстоит так, что действительной медицине можно научиться, только ясновидчески созерцая то, как умершие освобождаются в сфере Меркурия от болезней. Отсюда можно почерпнуть знание о том, что именно надо делать людям на Земле, чтобы избавиться от болезней. Поэтому в те времена, когда суще­ствовали мистерии и инстинктивное ясновидение, медицина все­гда рассматривалась как нечто такое, о чем давалось — через мистерии — откровение из сферы Меркурия. Посмотрите, чем является для нынешних людей Бог? Бог, мол, есть Существо, которое никогда нельзя узреть на Земле. Не так это бывало для людей древних времен, обладавших инстинктивным ясно­видением. Существовали мистерии Меркурия (вы можете про­читать об этом в моем «Тайноведении»), самым первым, глав­ным жрецом в мистериях Меркурия был сам Меркурий. Это осуществлялось посредством того, что рождался некий чело­век, дух которого посредством сверхчеловеческого процесса высвобождался из тела, чтобы иным образом искать себе воп­лощения. Оставалось его тело; это тело использовал бог Мер­курий, чтобы воплощаться на Земле, то есть являться в мистериях. В древних мистериях наставниками были боги. Это от­носится ко всем богам Греции: все они бывали на Земле. И этот бог Меркурий наставлял людей в отношении медицины. Гиппократ еще сохранял позднюю традицию этой медицины.

15

Потом человек приходит в сферу Венеры. В сфере Венеры человек вполне воспринимает то, насколько он несовершенен, но это восприятие своего несовершенства в сфере Венеры как раз подготавливает человека к существованию в сфере Солн­ца, где ему предстоит находиться больше всего. Через нее проходят дважды; сейчас будет речь о первом переживании в этой сфере. В этом солнечном существовании, которое длится дольше всего, умерший впервые встречается с теми душами, с которыми он имеет какую-либо кармическую общность и ко­торые теперь присутствуют в духовном мире, являясь умерши­ми, как и он сам; там он оказывается также вместе с существа­ми высших иерархий — с Ангелами, Архангелами, Архаями, Духами Формы, Духами Движения и т. д. Что же происходит тогда? Человек, осознав насколько он несовершенен, работает теперь вместе с существами высших иерархий над моделью и прообразом своего следующего земного существования; при этом в первую половину солнечного существования он выра­батывает преимущественно прообраз своей будущей физичес­кой телесности, а во вторую половину — преимущественно прообраз своего будущего морального земного существова­ния. Эта работа умершего во время его солнечного существо­вания на деле вовсе не однообразна, как это может показаться при упоминании о ней: она чрезвычайно богаче, гораздо вели­чественнее и могущественнее, чем все то, что человек пережи­вает на Земле. Здесь, на Земле, человек переживает то, что заключено непосредственно внутри его кожи, а не то, что его окружает. Во время же солнечного существования дело об­стоит как раз наоборот: тогда человек переживает все, что есть в Космосе. Если здесь мы говорим: это мой желудок, то тогда мы говорим: это моя Венера. Если здесь мы говорим: это мое сердце, то тогда мы говорим: это мое Солнце. Суще­ства Вселенной становятся нашими органами. Мы сами стано­вимся как Вселенная; и человек, который здесь, на Земле, за­полнен лишь земными субстанциями Земли, становится тогда внешним миром. И этот внутренний мир человека поистине грандиозен, и более всеобъемлющ, чем Космос вне человека здесь, на Земле. Все то, что человек таит в себе, на Земле пребывает вне его сознания, но оно гораздо значительнее все­го того, что человек видит на Земле. И все, что сокрыто в человеке, это не осознается человеком на Земле. Но все это гораздо грандиознее того, что человек видит на Земле. То, что он здесь, на Земле, таит в себе, — открывается ему во время солнечного существования. И исходя из того, что тогда есть его мир, человек вырабатывает свой физический и моральный облик для ближайшего земного существования. При этом ве­дется работа также и для кармы. После такой работы в пер­вые десятилетия после смерти затем ведется работа над осу­ществлением этой кармы. Можно сказать: последняя шлифов­ка осуществляется при втором прохождении через лунную сферу, когда, возвращаясь, мы опять находим наше зло; а затем к тому, что есть наш замысел, — к тому, что выработано нами в прообразе, — мы добавляем силу ввергнуть себя в данную карму в новой земной жизни.

16

Чтобы точнее рассмотреть, как, собственно, вырабатывается карма, мы должны принять во внимание следующее. Небесные светила — что они такое? Ученые физики говорят о звездах как о пылающих газовых шарах и тому подобное. Но все это не так. Представьте только, что вы вдруг оказались на Венере. Оттуда Земля виделась бы приблизительно такой, какой отсю­да видна Венера; и вы оттуда описывали бы Землю так, как теперь отсюда описываете Венеру, — то есть не замечая, что Земля есть арена действия людей и что на ней присутствует множество человеческих душ. Точно так же там, где сияет какое-либо небесное светило, есть души. Души есть на Луне — души великих первоучителей, которые уже отчасти смешались с душами Ангелов. На Меркурии живут души Архангелов; мы живем вместе с ними, когда проходим сферу Архангелов. Бог Меркурий — архангельское существо. Затем на Венере обита­ют Архаи, на Солнце же — Духи Формы, Духи Движения, Духи Мудрости. Совместно с ними мы формируем свою кар­му. Сияние небесных светил надо рассматривать лишь как внешний знак той или иной колонии духов, обитающих в Космосе. Мы должны знать, что в том направлении, в котором мы видим какое-либо небесное светило, находится некая колония духов.

17

После того как человек прошел через солнечное существо­вание, он приходит в сферу Марса, в сферу Юпитера, в сферу Сатурна. Человек ведь уже начал работать над своей кармой в сфере Солнца. Однако, чтобы его карма была подготовлена таким образом, что она могла бы реализоваться на Земле после того, как он, возвращаясь через лунную сферу, найдет свое зло, человек нуждается в духах, которые живут в этих планетных сферах, — в духах Марса, в духах Юпитера, в духах Сатурна. Когда речь идет о том, чтобы выработать по-настоящему ха­рактерные человеческие судьбы, то последняя часть выработ­ки этих кармических закономерностей происходит как раз в сфере Марса, в сфере Юпитера, в сфере Сатурна. Конечно, карма человека может быть еще доработана, когда он, возвра­щаясь на Землю, опять проходит через сферу Венеры, через сферу Меркурия. Во время между смертью и новым рождени­ем человек работает над своей кармой вместе с существами нашей планетной системы. И чрезвычайно интересно просле­дить, как таким образом вырабатывается карма.

18

Сегодня пришло время (как я однажды уже сказал вам), когда о некоторых духовных фактах нужно говорить откры­то, свободно, ничего не утаивая. Рождественское Собрание со­стоялось для того, чтобы ввести эту струю эзотерики, которая в настоящее время должна пронизывать все Антропософское общество. Поэтому я на последней лекции уже начал объясне­ние всевозможных кармических закономерностей. Не следует думать, что грубо вторгаешься в человеческую жизнь, когда говоришь о кармических закономерностях в отношении осо­бенно интересных человеческих явлений. Благодаря этому мир впервые становится прозрачным для взора, исполненным све­та и вместе с тем не обедняется, но делается богаче, величе­ственнее.

19