Здесь на Земле мы окружены минералами, растениями, живот­ными и людьми; мы шествуем между смертью и новым рожде­нием вместе с другими человеческими душами, как это было описано, но имеем дело вовсе не с минералами, растениями, жи­вотными, а с Ангелами, Архангелами, Архаями и совместно с ними образуем нашу карму. И в течение всего этого времени мы страстно вглядываемся вниз в здешний земной мир, как в нечто такое, куда направлены все наши душевные силы, устрем­ления, — подобно тому, как здесь на Земле между рождением и смертью мы со светлой тоской устремляем свой взор ввысь к небесному, и дело обстоит так, что мы, поднимаясь в лунную сферу, в сферу Меркурия, в сферу Венеры, врастаем в области иерархий Ангелов, Архангелов, Архаев. В них мы имеем судей в отношении нашего добра и зла, а также в отношении нашей греховности. Там мы имеем судей, выносящих приговор, оказы­ваемся подвластны космическому суду. В солнечной сфере, мы приходим к Духам Формы, Духам Движения, Духам Мудрости, которые суть не просто судьи, но те, кто вырабатывает нашу карму.

7

Эти существа — Духи Формы, Духи Движения, Духи Муд­рости — обитатели преимущественно Солнца, но вместе с тем они, естественно, обитатели Вселенной в целом. По своей сущности они принадлежат к духовным мирам. Но требуются «по­средники» между духовными мирами и мирами физически-чув­ственными, и эти «посредники» суть Престолы, Херувимы и Серафимы. Они обладают высшим рангом в духовном Космо­се потому, что являются самыми могущественными не только духовно, то есть в духовном переживании, а также потому, что это духовное, которое они переживают в духовном мире, они затем осуществляют в мире физическом. Когда мы находимся между смертью и новым рождением, как это было мною описа­но, и страстно вглядываемся вниз на Землю, тогда (если мы сознаем это наше вглядывание в земной мир) мы ясновидчески лицезреем, собственно, то замечательное, что переживают между собой Серафимы, Херувимы, Престолы. Итак, взирая вниз, мы видим глубоко потрясающие нас результаты деяний, которые совершаются между Серафимами, Херувимами, Пре­столами. Мы постепенно научаемся понимать эти деяния — деяния, которые разыгрываются между Серафимами и Сера­фимами, Херувимами и Херувимами, Престолами и Престолами, и опять-таки между Престолами и Серафимами, Престолами и Херувимами и т. д. Они свершают там нечто, что можно на­звать «справедливым изглаживанием», от чего возникает чув­ство, что это касается нас (если мы постепенно учимся пони­мать это). Что же это такое? Это есть образ: что получается в мировом свершении из того, чем мы были в минувшей земной жизни в отношении добра и зла. Добро должно иметь добрые последствия, а зло — злые. Серафимы, Херувимы, Престолы во взаимодействии между собой формируют последствия того, что мы посеяли на Земле. То, что мы учинили как злые поступ­ки, имеет злые последствия в космическом бытии. Мы лицез­реем Серафимов, Херувимов, Престолов в том свершении, ко­торое явится последствием наших злых поступков. И мы по­степенно учимся познавать, что в ходе мирового развития происходящее между Серафимами, Херувимами, Престолами, есть небесное изживание нашей кармы прежде, чем мы сможем из­жить ее на Земле. Испытываемое нами потрясение усиливает­ся еще потому, что мы сами говорим со всей силой, которую можем иметь в той духовной жизни, какую мы проводим между смертью и новым рождением: «То, что Серафимы, Херувимы, Престолы переживают в своем божественном бытии, — это претерпит свое изглаживание, когда мы испытаем это от самих себя в ближайшей жизни на Земле».

8

Наша карма сперва сверхземным образом переживается Серафимами, Херувимами, Престолами. Да, эти Боги в их ду­ховности суть прежде всего творцы земного мира. Они долж­ны сперва пережить все это сами в сфере духовного; затем это осуществляется, здесь, внизу в сфере физически-чувственного. Также и то, что мы переживаем как нашу карму — это сперва переживают в своем божественном бытии Серафимы, Херуви­мы, Престолы, и тем самым создается сумма сил, которая фор­мирует нашу карму. Так переживаем мы существование в пла­нетарных сферах; так переживаем мы сперва суд над нами, творимый Архаями, Архангелами, Ангелами. Но тут вмешива­ются Серафимы, Херувимы, Престолы, чтобы предварительно пережить в себе нашу карму. И как мы переживаем в себе самих то, в чем мы стали виновны перед миром вследствие наших прежних поступков, так переживаем мы в прообразе, создаваемом Богами, то, что должно свершаться посредством нашей жизни. Это является сложным переживанием, но оно именно такое, что в основе земной жизни полностью лежит сверхземная жизнь. И тогда, если мы таким образом получаем предчувствия о том, как богата содержанием эта жизнь между смертью и новым рождением, и если мы ее сопереживание со­единим с содержанием земной жизни — вот тогда мы впервые получаем реальное представление о том, что, собственно, проис­ходит в мире через человека, с человеком, в человеке. Тогда, конечно, наше человеческое самопознание углубляется правиль­ным образом, проодушевляется и одухотворяется. И когда то, что происходит в ходе земной человеческой жизни, рассматри­вается так, что это прозревают на фоне предварительно проис­ходившего в духовном мире, — только тогда наблюдают эту жизнь в ее истине.

9

Вот, мы видим, как здесь на Земле выступают люди. Родив­шись, они становятся детьми; они подрастают; они выступают, вкушая ту или иную жизненную судьбу, творя, работая, неся в себе те или иные способности. Из этих способностей, из их действий людей, из мыслей, ощущений, слагается таким образом историческая жизнь людей в ходе времени. Однако все люди, которые так вступают в земную жизнь, протекающую между рождением и смертью, проделали более ранние земные жизни, в которых они иным образом переживали земное существова­ние, иным образом с ним обращались, его формировали. Во всех следующих земных жизнях действуют последствия про­шлых земных жизней. Но понять всю их взаимосвязь мы смо­жем только тогда, когда направим взор на жизненные эпохи между смертью и новым рождением.

10

Тогда мы приходим также к верному пониманию историчес­кой жизни. Ибо тогда все предстает для нас сразу так, что мы говорим себе: «То, что в той или иной земной эпохе проявляет­ся благодаря людям — это происходит из некой, более ранней земной эпохи. Но как же то, что происходит в более раннюю земную эпоху, переходит в позднейшую?» — Историки это сначала описывали так, что просто отмечали факты, следую­щие в истории друг за другом. Но тогда вовсе не могли ус­мотреть, каким образом более позднее происходит из более раннего. Потом пришли некоторые, сказавшие, что в истории действуют идеи, осуществляются идеи. Однако тот, кто реаль­но мыслит, никак не может себе представить, чтобы идеи осу­ществлялись. Потом пришли другие и как представители мате­риалистической истории сказали, что идеи — это болтовня. Осуществляют себе только эгоистические взаимоотношения, и из них проистекает все. Пришло механистическое, материалис­тическое понимание истории.

11

Все это является, собственно, брызгами над поверхностью. В действительности же то, что было совершено в более ранние исторические эпохи, переносится в позднейшие самими людьми. Люди, которые сейчас сидят здесь, — все они, ведь, жили в более ранние исторические эпохи. То, что теперь делаете вы сами, — это есть следствие того, что вы сделали в прошлых жизнях. Так обстоит со всем великим и малым, происходящим в ходе исто­рии. Посредством самих человеческих душ более раннее пере­носится в более позднее. Благодаря пониманию этого углубля­ется представление о человеческой жизни: человек может так­же рассматриваться как носитель исторического развития. Но так его рассматривать становится возможным лишь когда добираешься до того, что между смертью и новым рождением совер­шается в небесных сферах существами высших иерархий со­вместно с человеком.

12