Видите ли, в той мере, в какой до сих пор я все это излагал, — а я уже говорил, что хочу только бегло коснуться некоторых вещей для того, чтобы описать вам путь антропософии и ее первоисточника, посвятительной науки (в будущем же мы осветим все детали подробнее), — в такой мере это способен пережить каждый путем непосредственного опытного познания. И вы можете взглянуть на судьбу проникновенным взглядом. Само это своеобразное, внутренне-интимное «всплывание» в человеке другого человека указывает на прошлую карму. Если я ощущаю человека таким образом, что это захватывает меня внутренне, не только в уме и чувствах, но настолько внутренне, что захватывает мою волю, — значит, он кармически связан со мной в прошедшем. Каким-то тончайшим, интимнейшим чувством человек, следовательно, может ощутить, как он связан с другим человеком кармически.

47

Если же наступает то, что является для человека определенной ступенью познания, когда он проделывает описанное мною в книге «Как достигнуть познания высших миров?» или во второй части «Очерка тайноведения», рассматриваемые вопросы он переживает существенно иначе. То есть человек, проходя путь посвящения, переживает другого человека, с которым он оказался кармически связан, не только тем, что говорит себе: «Он воздействует на мою волю, он действует в моей воле», — но фактически переживает другого человека в себе как личность. И если посвященный стоит перед другим человеком, с которым он кармически связан, то этот другой человек так присутствует в нем со своей самостоятельной речью, своими самостоятельными воззрениями и откровениями, что говорит из его души, изнутри, как обычно обращался бы к нам человек, стоящий рядом. Так что для посвященного кармическое пересечение путей означает: другой человек не только затрагивает его волю, но действует в нем так сильно, как в обычных случаях действует стоящий рядом человек.

48

Вы видите: то, что обычно дает о себе знать в рамках обыкновенного сознания каким-то неопределенным образом, просто через волевые и эмоциональные проявления, при сознании более высокого порядка возвышается до совершенной конкретности. Вы скажете: да, но тогда посвященный тащит в своем внутреннем мире целую связку людей, с которыми он соединен кармически... Но ведь так оно на самом деле и есть. Достижение познания не в том, чтоб научиться говорить больше других, а по сути говорить то же самое, что они: наоборот, это по-настоящему обретение новых горизонтов мира.

49

Следовательно, если кто-то хочет поведать о том, как карма действует в людях, выстраивая их обоюдную судьбу, то подтверждение своих слов он должен уметь почерпнуть из знания о том, как другие люди говорят в человеке, как они действительно становятся частью собственного существа человека.

50

Если мы все это излагаем, то нет необходимости, чтобы для непосвященного эти вещи казались какими-то вестями оттуда; тот может сказать себе (что и сделает по здравому размышлению): конечно, живой речи кармически связанного со мной человека я в себе не слышу; но я чувствую его. Я чувствую его в моей воле и в том способе, каким моя воля захвачена им... И мы учимся понимать эту встряску, этот захват воли. Учимся понимать то, что, хотя и переживают в обычном сознании, но чего нельзя понять никаким другим способом, как только изучая науку посвящения, где эти переживания описываются в их истинном конкретном значении.

51

Но мне сегодня особенно важно сказать следующее: проявляющееся обычно в сознании довольно смутно то самое чувство кармической связанности с другими для посвященного действительно становится конкретным переживанием. И как все это можно описать в случае кармы, судьбы человека, так же можно описать соотношение обычного сознания и конкретного переживания для всего круга тем науки посвящения.

52

Человеку можно сообщить и иные вещи о том, как он кармически связан с другими людьми. Некоторые из вас, понаблюдав жизнь, наверняка будут знать: нам встречаются люди, которых мы никогда не видим во сне, — мы можем долго жить с ними рядом, но никогда не видеть их во сне. Но встречаем мы и других людей, и они не покидают наших снов. Стоит увидеть их хоть мельком, как они снятся той же ночью, снова и снова приходят в наши сновидения.

53

Сновидения — это то, что особенно сильно работает в нашем подсознании. Люди, о которых мы видим сны сразу после знакомства, это наверняка люди, связанные с нами кармически. Другие же, кого мы не можем увидеть во сне, производят лишь поверхностное впечатление на наши чувства. Мы встречаемся с ними в жизни, не будучи связанными с ними кармически.

54

То, что живет в глубинах нашей воли, есть как бы «сон наяву». И для посвященного этот сон наяву как раз и становится полностью сознательным. Поэтому он слышит, как тот, кто кармически связан с ним, говорит внутри него. При этом, конечно, посвященный не теряет головы; он не станет расхаживать вокруг и отвечать каждому, кто обратится к нему, изнутри, как это в принципе доступно посвященному. Но у него может входить в привычку совершенно реальным образом — даже когда он пространственно не находится рядом с людьми, связанными с ним кармически и говорящими из него, — действительно вести с ними как бы диалог, при этом вполне возможно, что возникают вещи, имеющие и вполне реальное значение. Эти вещи я еще опишу.

55

Так можно углубить сознание человека, взирая во вселенские дали, и так же можно его углубить, погружая духовный взор во внутренний мир человека. И чем больше погружается наш взор в самого человека, тем больше учимся мы понимать существующее в далях Космоса. Поэтому можно сказать так: я уже не смотрю в мир небесных светил просто таким образом, что вижу одни лишь сияющие диски или светящиеся шары, но все, что есть вовне, в Космосе, предстает предо мной как космически сотканная судьба... Таким образом, человеческие судьбы на Земле суть отражения сотканных космически судеб. И если мы твердо знаем, что в небесных телах субстанция сменяется так же, как сменяется субстанция в человеке, то мы в то же время понимаем, что просто говорить об абстрактных законах природы нет никакого смысла. Пусть эти законы хороши, но не для познания. Нельзя рассматривать законы природы как нечто такое, что сообщает нам познания. С этим дело обстоит так же, как со страховыми компаниями. Люди страхуют в них свою жизнь. Благодаря чему такие компании могут существовать? Благодаря тому, что вычисляют вероятную продолжительность жизни человека. Учитывая долю людей, которые из такого-то количества двадцатипятилетних достигают тридцатилетнего возраста и тому подобное, можно вычислить, сколько лет, по всей вероятности, проживет еще тридцатилетний человек, после чего его страхуют. И страхование дает доход. Закономерность страхования имеет силу. Но никому не приходит в голову отнести этот закон к своему внутреннему существу; в противном случае, человек должен сказать: меня застраховали на тридцать лет потому, что моя вероятная смерть наступит в пятьдесят пять. Ему приходится сказать себе: теперь, в пятьдесят пять лет, я что, должен умереть? Он никогда не сделает такого вывода, несмотря на то, что вычисления были совершенно правильны. Вывод же этот для реальной жизни значения не имеет.

56

Законы природы также только вычислены. Они пригодны для использования их в технической области. Они дают возможность делать машины, как законы страхования позволяют страховать людей; но они не вводят нас в суть вещей. В суть вещей ведет только действительное познание самих сущностей.

57

Законы небесных явлений, которые вычисляют астрономы, в человеческой жизни значат не больше, чем законы страхования. То, что исследует подлинная наука посвящения о сути того, что существует в виде Солнца и Луны, подобно тому, как если я встретил бы живым человека, который согласно страховому полису должен был десять лет назад умереть. Но в его существе была заложена дальнейшая жизнь.

58

Действительное свершение не имеет, собственно говоря, ничего общего с законами природы. Законы природы описывают процессы обмена энергией. Существа же нужно познавать посредством науки посвящения.

59

И, таким образом, я прочел вам три лекции, в которых я всего лишь хотел наметить, каким должен быть подход в антропософии. Теперь мы начнем описывать состав человека несколько иначе, чем это сделано в моей книге «Теософия», где я выстраивал с самого фундамента, собственно, антропософскую науку, антропософское познание. Рассматривайте эти три прочитанные мной лекции как своего рода пробное изложение, показывающее, насколько по-иному, чем обычное сознание, говорит сознание, проникающее в действительную суть вещей.

60