Такие представления, вероятно, могут прояснить, что жизнь, которую мы проживаем в духовном мире между смертью и новым рождением, полностью отличается от той, через которую мы проходим здесь между рождением и смертью. Поэтому также, даже картины, взятые с земной жизни, какими бы духовными они ни были, недостаточны для характеристики реальной духовной жизни человека, а можно лишь медленно и постепенно привести к пониманию того, что является реальностью в духовном мире. Я приведу примеры этого.

23

Предположим, человек покидает здесь своё земное тело и со своей душевно-духовной жизнью переходит в душевно-духовный мир. И предположим, для кого-то, кто в интимном смысле обрёл инициационное знание, здесь возможно дальнейшее наблюдение за душами после смерти. Для того, чтобы человек здесь вступил в связь с человеком по ту сторону, необходимо множество приготовлений, для этого необходима определённая карма. Тут речь идёт о том, чтобы обрести некую возможность взаимного понимания с умершим. При этом я говорю о чрезвычайно сложных духовных переживаниях, поскольку в общем легче духовно описать мир, нежели, хотя бы в какой-то степени, подойти к умершему. Люди легкомысленно полагают, что подойти к умершему не трудно; но подойти к умершему гораздо сложнее, чем обрести общие спиритуальные знания.

24

Теперь я хотел бы указать на некоторые особенности общения с умершими. Ведь, прежде всего, общение с умершим возможно только тогда, когда человек может ввести себя в его воспоминания физического мира. У мертвых ещё есть отголосок человеческого языка, даже того особого языка, на котором они в основном говорили здесь, на Земле. Но их отношение к языку меняется. Так, например, общаясь с умершим, замечаешь, что тот очень скоро больше совершенно не понимает существительных. Существительные - это слова, с которыми живые могут обращаться к мертвым, но которые мертвые, если можно так выразиться, просто не слышат. Напротив, для всех глаголов, то есть, слов действия, умерший сохраняет понимание ещё относительно долго.

25

Как правило, достигнуть понимания с умершим можно только в том случае, если вы умеете правильно задавать ему вопросы. Иногда с этими вопросами надо обходиться так: однажды в полном покое сконцентрироваться на умершем, жить с ним в чём-то, что очень конкретно - поскольку после смерти образы в его душе находятся больше в виде абстрактных представлений, - то есть, надо сосредоточиться на чём-то, что является реальным, конкретным переживанием, которое ему нравилось здесь, в жизни, тогда можно постепенно приблизиться к умершему.

26

Как правило, ответ получают не сразу. Часто приходится ждать несколько дней, пропустив свой вопрос через сон. Но вы никогда не получите от умершего ответа, если зададите им вопрос с существительными. Все, что связано с существительными, нужно стараться облечь в форму глаголов. Такая подготовка абсолютно необходима. Лучше всего умершие понимают глаголы, выраженные очень наглядно. Например, умерший никогда не поймёт слова «стол»; но если удастся живо представить себе что-то из той деятельности, которая осуществляется при создании стола, то есть, из процесса его становления, тогда можно постепенно сделать это для умершего понятным, так что он сможет понять вопрос и дать ответ, которые всегда имеет вербальную форму, а часто даже не вербальную форму, а в той форме, которую мы назвали бы здесь, на Земле, междометиями, эмоциональными словами.

27

А именно, умерший говорит сочетанием букв и звуков. И чем дольше он остается в духовном мире после смерти, тем больше он начинает говорить на языке, которым овладевают только тогда, когда для земного языка приобретается понимание различения, когда больше не держатся за абстрактное значение слов, а когда проникают в чувственное содержание звуков.

28

Это, ведь, так, как я говорил также и на лекциях по воспитанию: «В «А» мы чувствуем что-то вроде изумления. Это изумление мы, как бы, принимаем в нашу душу, когда говорим не просто «А», а «Ах» («Ach»). Это означает: «А» = я изумлён, и это изумление входит в меня: «х» («ch»). А если я теперь впереди подставлю ещё и «м» («m») и скажу: «делай» («mach»), - тогда я буду следовать за тем, что делает меня изумлённым, как если бы пошагово добавилось «m» - и я полностью в нем! В таких сочетаниях звуков часто приходят ответы умерших. Они не говорят по-английски, они не говорят по-немецки или по-русски, они говорят так, что это могут понять только душа и сердце, если душа и сердце связаны с ушами.

29

Я вам уже говорил: Сердце гораздо величественнее, чем Солнце. Для земного видения сердце находится где-то внутри, и если его анатомическим образом вырезать, не представляет собой приятное зрелище. На самом деле, сердце находится во всём человеке, пронизывает все прочие органы, располагается также и в ухе. Нам необходимо всё больше и больше привыкать к этому сердечному языку умерших, если мне позволительно их так называть.

30

Это привыкание будет происходить, если мы будем постепенно отбрасывать существительные и переходить на глаголы. Деятельность, становление, - это умершие понимают ещё довольно долго после смерти. Но затем он понимает язык, который не является, собственно, действительным языком. То, что мы тогда воспринимаем от умерших, необходимо вначале перевести обратно на земной язык.

31

Так человек вырастает из своего тела и постепенно врастает в духовный мир, когда вся его душевная жизнь становится другой. И когда подойдёт время, когда человек должен будет спуститься на Землю, он должен будет снова изменить всю свою душевную жизнь, поскольку тогда приближается момент, когда он предстанет перед огромной задачей, когда он сам должен будет собрать вначале астральную форму, а затем эфирную форму всего будущего, стоящего на Земле человека.

32