Я поясню вам это ещё несколько наглядным образом. Предположим, вы видите что-то во внешнем мире, скажем, какую-то машину. У вас есть образ этой машины. В том смысле, как это описывает Гёте, возникает остаточный образ, который некоторое время ещё остаётся, а затем исчезает. Вы получаете мысль о машине, которая сохраняется дольше, но которая бы также исчезла. Но эта машина, кроме этого, посылает ещё нечто в ваш целостный организм. Правда это нечто является гораздо менее красивым, чем если бы его посылало, например, растение. Итак, она посылает в вас нечто. А теперь, скажем, через месяц, взгляните внутрь себя. Воспоминание возникает в вас посредством того, что тогда вошло в вас, без вашего осознания этого, одновременно с тем, что возбудило мысли. Не мысль бродит где-то там внизу, а это был бессознательный духовный процесс. Он позднее и наблюдается. Воспоминание - это наблюдение, более позднее наблюдение духовного процесса, который протекал параллельно физическому восприятию. - Видите, мы, люди живём, собственно, в этом мире так: Тут протекающий поток нашего бытия; мы находимся в море духовного мира. И теперь мы продолжаем жить между смертью и нашим новым рождением в этом духовном мире внутри нашего бытия. Только есть время, когда мы выходим из этого духовного мира с нашей головой. То есть, мы продолжаем двигаться, но на какое-то время мы выходим, как рыба, которая на мгновение выпрыгивает из воды. Это земная жизнь. Затем мы снова ныряем обратно. Затем снова приходит земная жизнь. То есть, мы выныриваем из этого моря духовного бытия не целым нашим духовным существом, а только головой. Остальной частью мы всегда остаёмся внутри духовного мира. Только нашим обычным сознанием мы не знаем, что происходит. Таким образом, что касается духовного восприятия, дело обстоит так, что мы можем сказать: Человек живёт в период между смертью и новым рождением в духовном мире. Затем он заглядывает своей головой в своё физическое, но своей основной частью он всегда остаётся в духовном мире, также и в период между рождением и смертью. И это для нас хорошо, что мы остаёмся плавать в нём, поскольку иначе у нас бы не было воспоминаний. Это делает возможным для нас то, что даёт нам духовный мир. Воспоминание - это уже духовный процесс, полностью принадлежащий объективному миру, а не просто, скажем, субъективному. Обычное сознание отдаётся при этом заблуждению. Оно не считает, что с воспоминанием связан реальный процесс. Но обычное сознание заблуждается так же, как некто, имеющий перед собой какой-нибудь замок на горе. Сейчас он видит его совершенно ясно, сейчас он верит в его реальность. Затем он отдаляется от него. Замок всё более и более приобретает вид перспективы, и поэтому он говорит себе: теперь у меня остался только образ, это больше не реальность. Так со временем мы отдаляется от реальности. Замок не изменяется, относительно своей реальности в пространстве, когда изменяется наш образ. Точно так же не изменяется, относительно своей реальности, и то, что соответствует нашему образу воспоминаний. Оно остаётся, так же, как остаётся замок. Мы заблуждаемся, поскольку не можем правильно оценить свою временную перспективу. Так же и многие другие вещи, связанные с человеком, надо просто правильно поставить. То, что мы имеем как протекающее во времени сознание, является ни чем иным, как перспективным взглядом на прошлое. Прошлое не исчезает, оно остаётся. Просто наши образы перемещаются во временную перспективу.

5

Но, как раз, это отношение к тому в нас, что является духовными процессами, собственно, также и в период между рождением и смертью, для человека в ходе земной жизни существенно изменилось. Если мы рассмотрим человека, то он, ведь, состоит из физического и эфирного тел. Но это было бы только той частью человека, которая ночью лежит в постели, когда он спит. Днём в эти физическое и эфирное тела входит ещё астральное тело и Я. Я тех людей, которые жили до Мистерии Голгофы, - и этими людьми были мы сами в прошлых инкарнациях, - было сумеречным ко времени Мистерии Голгофы. Тогда люди пробуждались по-другому, нежели те, кто жил после Мистерии Голгофы. Астральное тело всегда полностью входит в эфирное тело. Но раньше Я также входило в эфирное тело очень далеко. Сегодня это не так. Сегодня Я входит только в головную часть эфирного тела. Так что у древних людей Я входило полностью, и, следовательно, также и в нижние части эфирного тела. Сегодня оно не входит вниз, а только в голову. Благодаря этому, мы можем интеллектуально мыслить. Если бы мы погружались ниже, то в этот момент мы получали бы внутренне инстинктивные образы. И у современных людей Я также существенно вне физического тела. Так, что, как раз, его интеллектуальное существо обусловлено тем, что он со своим Я больше не погружается во всё своё эфирное тело. Если бы это произошло, он имел бы инстинктивное ясновидение. Но, поскольку он не погружается во всё своё эфирное тело, а только в его головную часть, у него нет инстинктивного ясновидения, и он получает ясное сознательное видение, ясное сознательное восприятие внешнего мира, но только головное восприятие внешнего мира, каким наше восприятие и является. Древний человек ещё видел всем своим существом. Современный человек видит только головой. И в период между рождением и смертью голова, как уже было сказано, является самой физически устроенной. Поэтому человеку интеллектуального времени дано лишь то, что он может воспринимать, посредством своей физической головы, и ещё то, что он может воспринимать через эфирное тело головы: мысли, которые он может делать. Уже процесс воспоминания, который происходит внизу, ускользает от сознания. И это современный человек, как я уже показал, интерпретирует совершенно неверно.

6

Поэтому древний человек видел вокруг себя не просто физический мир, но и духовных существ за ним. Физический мир был для него не особо понятен, он выглядел для них гораздо более расплывчатым, чем для современных людей. Но зато за вещами, которые окружали его в физическом мире, он повсюду видел божественно-духовных существ низкого рода, но также и более высокого. Это детское, наивное представление, когда полагают, что описание древними людьми своих природных божеств, является чем-то сочинённым. Они ничего не сочиняли. Было бы наивным, как раз, то, если бы мы от кого-то слышали, что он видел в бодрствующем состоянии то-то и то-то, а мы сказали бы: ты это просто сочинил. -  Древние люди вещи не сочиняли, а видели их сплетёнными с чувственным видением, которое из-за этого и было намного менее отчётливыми. Таким образом, это была совершенно другая картина мира, которую имел древний человек. При пробуждении он глубже погружался в своё эфирное тело и, благодаря этому, имел другую картину мира. Он был внутри себя, и, благодаря этому, ему показывались божественно-духовные существа со своими судьбами.

7