Давайте еще раз оглянемся на то, что я представил вчера, как оно было парализовано развивающейся интеллектуализацией человеческой культуры. Мы хотим вернуться к более древним атавистическим принципам инициации, хотим увидеть, как те люди, которые жили ещё с этими принципами инициации, как посвященные, противостояли христианству, и, исходя из своих взглядов сформировали то, что позже стало содержанием догм, и как таковое, особенно после 8-го и 9-го столетия, как было сказано, уже больше не могло быть понятым.

1

Нам нужно, ведь, только вспомнить о том, что до Мистерии Голгофы, по сути, ещё отсутствовал импульс собственно человеческого принципа Я. Человек, хотя всегда и был предрасположен к тому, чтобы иметь в себе этот Я-принцип, он был также создан для того, чтобы формировать своё внешнее и внутреннее существо из этого Я-принципа, но только медленно и постепенно он пришёл к исполнению, а именно, к сознанию того, чем в нём является сущностью Я и силой Я. Поэтому можно сказать: хотя и во времена Мистерии Голгофы человеческое существо состояло, разумеется, из физического тела, эфирного тела, астрального тела и Я, но сознание человека не содержало в себе это существо Я. Я-существо было более или менее бессознательно. По сути, в те древние времена на Земле находились люди, которые не жили в полном осознании своего Я. Но действие Я в человеческом существе возможно, собственно, только тогда, когда человеческое существо больше не развивает своё физическое тело полностью, я бы сказал, в полной свежести. Те люди, которые ещё не осознали своё Я, развили свое физическое тело с большей свежестью, чем те, кто достиг полного сознания Я. И это вхождение в полное сознание Я, хотя происходило и не мгновенно, происходило в продолжении времени до и после Мистерии Голгофы, но оно является всё же отчётливо воспринимаемым для духовно-научного рассмотрения истории. И мы должны сказать: То из своего физического тела, а также из своего эфирного и астрального тела, что человек, собственно, может поддерживать в полной свежести, может поддерживаться в таком виде только в том случае, если в человеческое существо втекает нечто из божественно-духовной природы. Пока люди при отсутствии Я-сознания обладали атавистическим ясновидением, в них из космоса вливалось это божественно-духовное. Человек никогда не смог бы стать свободным существом, если бы, благодаря тому, что это божественно-духовное перестало вливаться в него в том смысле, как раньше, в него не вошло Я. Люди стали свободными существами только, благодаря тому, что они также стали сильными в сознании своего Я. Но это было возможно, только если люди постепенно развились бы в направлении того, чем являются абстрактные мысли. Но абстрактные мысли — это, собственно, трупы духовного мира. Я в этих лекциях уже обращал ваше внимание: как после нашей земной смерти от нашего физического остаётся труп ²³, так же остаётся труп и от того духовно-душевного существа, которым мы являемся в духовном мире, перед тем, как мы спускаемся в физический мир. Так обстоит дело, однако, только с того времени, с которого человек сознательно оснащён своим Я. И этот труп представляют собой эти мысли, абстрактные мысли. Когда мы становимся в состоянии воспринимать в себе абстрактные мысли, мы воспринимаем труп нашего духовно-душевного существа, каким он был перед спуском в земной мир. Но условием того, что мы воспринимаем труп нашего духовно-душевного существа, является то, что в наше физическое тело входит нечто от умирающего, парализующего принципа.

²³ См. лекцию от 8 июля 1922 года в «Человеческие вопросы и мировые ответы», Библ. № 213.

2

Да, развитие человека таково, что его природа изменилась в ходе своего земного развития. Старые тела были иными, нежели теперешние. Старые тела были такими, что человек, хотя и не был в них свободным, но он двигался в своем теле в свежей, собственной природе, осуществляемой посредством собственной физически-эфирно-астральной деятельности. Так, что можно сказать: мы живем в рамках цивилизованного мира уже в тот период развития человечества, когда тело начинает распадаться. И именно через это распадающееся тело, которое является основой интеллектуальных, то есть, абстрактных мыслей, мы обретаем нашу свободу. Посредством этого разлагающегося тела, человек достиг всего, чем он сегодня как интеллектуально окрашенный ученый так горд.

3

Если мы обдумаем это, то мы должны будем себе сказать: Перед Мистерий Голгофы в самих людях на Земле, таким образом, ещё не жило полное сознание Я. Но были люди, которые уже развили к тому времени это полное Я-сознание, которые развили его посредством мистериальных действий. То есть, тогда были инициированные, или посвящённые. Мы уже обговаривали различные вещи том, что происходило в древних мистериальных храмах²⁴ с теми, кто проходил через посвящение и достигал этого полного сознания Я, в то время, как обычная человеческая природа ещё не имела сознательного Я. Только древние инициированные могли подняться к этому полному сознанию Я, благодаря тому, что посредством священный действий мистерий в них входило то, что во всех древних культурах и цивилизациях воспринималось как вечный Отец космоса. И мист древних мистерий, инициированный, достигнув определённой точки своей инициации, имел это переживание: Отец живёт во мне.

²⁴ см. лекции от 25, 30 июня и 1 июля 1922 года в «Человеческие и мировые ответы», Библ. № 213.

4

Если бы мы представили такого посвященного в рамках древнееврейской культуры, мы должны были бы сказать: Этот посвященный характеризовал то, что произошло с ним самим через посвящение следующим образом. Он говорил: Для обычных людей характерно то, что Отец, хоть и содержит их, но не входит в сознание и не разжигает сознание Я. Отец даёт простому человеку только дух дыхания; он вдыхает в него этот дух, и это живая душа. Но инициированный ощущал, что помимо того, что через это дыхание вошло как живая душа, в человека вошло особое духовное, живой отцовский принцип космоса. И затем, после того, как в этого древнего посвященного еврейского мира вошёл этот принцип божественного Отца, и человек осознал это, тогда этот человек с полным правом мог сказать, что означает в нём «Я»:  Я есть тот, кто есть Я. И так смотрели также на такого человека, который жил среди древних народов и, благодаря тому, что в нём жил божественный отцовский принцип, по праву мог сказать «Я», - во всём древнем мире, собственно, непроизносимое имя Бога, Бога Отца, - и потому на него самого смотрели как на заместителя Отца на Земле. И потому таких инициированных в народе звали Отцами. «Отцы», звали они их, так как те представляли принцип Отца перед другими людьми. И о них говорили, что в них в мистериях вселился божественный Отец. Поэтому мистерии рассматривались как нечто такое, в чём внутри земного развивается то, что иначе разыгрывается лишь снаружи во всём космосе. В местах мистерий, и, в свою очередь, посредством мистериальных мест в человеке, строилось жилище для принципа божественного Отца. Сам человек стал этим жилищем божественного принципа Отца.

5

Так, через мистерии человек ощущал движение Бога-Отца в земном мире, и он смотрел в космос, в большой мир, и называл его, насколько он воспринимал его пронизанным принципом божественного Отца, Макрокосмом, большим миром. И затем он смотрел на места мистерий, в которых для этого Бога-Отца строилось жилище, в котором инициировались те, кто сам стал жилищем этого Бога-Отца, и то, чем были мистерии, то, чем становился сам человек, посредством мистерий, он называл Микрокосмом. Это то, что сохранилось до Гёте; поскольку, когда Гёте стал членом ложи²⁵, он усвоил словоупотребление «большой и малый мир», при этом понимая под большим миром Макрокосм, а под малым миром - ложу, которая была для него отображением большого мира.

²⁵ В 1780 году Гёте вступил в Ложу «Амалия» в Веймаре. См. Готтхольд Деиле «Гёте как масон» (Gotthold Deile «Goethe aks Freimaurer»), Берлин, 1908.

6