Ссылаясь на путь, который душа проделывает для достижения использования духовных органов, он моё воззрение излагает следующим образом: «Обучение к высшему состоянию сознания начинается — по крайней мере для человека современности — тем, что со всей силой погружаешь себя в некое представление как в некий чисто душевный факт. Лучше всего подходит символическое представление, примерно представление чёрного креста (символ уничтоженных низших страстей и порывов), место пересечения (Schneidestelle) которого окружено семью красными розами (символ очищенных страстей и порывов)» ³⁴. Не говоря о том, что такое утверждение, вырванное из контекста, должно производить на читателя странное впечатление, между тем как оно едва ли сделает это в том месте рассмотрений, где оно находится в моей книге, я вынужден сказать: если бы я читал то, что Макс Дессуар говорит в вышеприведённом предложении, как мнение некоего человека, то я посчитал бы вещи бессмысленными или, самое меньшее, нелепо выраженными. Ибо я не смог бы найти никакой связи между значениями двойного символа, между «уничтоженными низшими страстями и порывами» и «очищенными страстями и порывами». Значит, я должен был прямо представить себе: человеку следует уничтожить свои низшие порывы и страсти, и на том месте, на котором было произведено уничтожение, появились, как выстреленные из ничто, очищенные порывы и страсти. Но почему «очищенные», когда ещё ничего не могло быть «очищено», а на месте уничтожения возникло нечто новое. Моё мышление никоим образом не справляется с таким предложением. Но всё же я читаю предложение в моей книге. Здесь написано: «Представьте себе чёрный крест. Он является символом уничтоженного низменного порывов и страстей; и там, где перекрещиваются брусы креста, представьте себе расположенными на кресте семь красных, излучающих роз» ³⁵. Видно: я не говорю, что крест якобы является символом «уничтоженных низших страстей и порывов», но «уничтоженного низменного порывов и страстей». То есть низшие порывы и страсти не «уничтожаются», но «преобразуются», так что их низшее сбрасывается, и они сами выступают как очищенные. Так Макс Дессуар сначала подготовляет себе то, что он хочет критиковать. Затем он может это выдавать за «детский способ представления». Это определённо педантично, когда таким образом — по-школьному — упражняешься в корректировке дословного текста. Но не я автор этой школьной корректуры. То, что она неизбежно делает, суть Дессуаровы искажения, которые могут быть получены только благодаря такой школьной посредственности. Ибо они равны — созданные, пожалуй, бессознательно или благодаря поверхностности — фальсификациям моего дословного текста. И критика Дессуара возможна только в отношении этого фальсифицированного текста.

³⁴  См. с. 255 книги Дессуара.

³⁵  См. мой «Очерк тайноведения» [GA 13, 1968, с. 311].

17

Другой случай дессуаровой «передачи» является следующим. Я говорю— снова в неком контексте, который представляет вопрос совсем иначе, чем когда его вырывают дессуаровым способом из этого контекста — об определённых более ранних состояниях развития, которые прошла Земля, прежде чем она стала планетой, пригодной для жизни людей в их современной форме развития. Я описываю посредством имагинативных представлений, какими были первые из этих стадий развития. Мне необходимо сделать наглядными эти состояния вследствие того, что я говорю о существах духовного рода, которые были связаны с тогдашней планетарной первоначальной формой Земли. Помимо того, что Дессуар заставляет меня утверждать, что благодаря этим духовного рода существам на планетарной первоначальной форме Земли «развились» «процессы питания и процессы выделения», он далее говорит: «Об этих состояниях ясновидящий ещё и сегодня узнаёт посредством сверхчувственного, подобного обонянию восприятия, ибо эти состояния в действительности всегда присутствуют» ³⁶. В моей книге можно прочитать, что подразумеваемые духовного рода существа вступают во взаимодействие с имеющимися во внутреннем планетарной первоначальной формы «силами вкуса, колышущимися вверх и вниз. Благодаря этому их эфирное или жизненное тело приходит к такой деятельности, что её можно обозначить как некий род обмена веществ» ³⁷. Затем я говорю, что эти существа приносят жизнь во внутреннее планетарной первоначальной формы. «Это происходит благодаря процессам питания и процессам выделения» ³⁸. Само собой разумеется, что в отношении такого описания со стороны современной науки возможно самое резкое непризнание. Только точно так же должно быть само собой разумеющимся, чтобы критик не делал это так, как Макс Дессуар. Он говорит, возбуждаемый верой, что он воспроизводит моё изложение, что процессы питания и процессы выделения развиваются благодаря подразумеваемым существам. Так, как этот вопрос изложен у меня, между указанием, что выступают существа, и тем, что возникают процессы питания и процессы выделения, находится вставка, которая показывает, что возникает некое взаимодействие и что благодаря этому взаимодействию в эфирном или жизненном теле этих существ возникает некая деятельность, которая со своей стороны теперь снова ведёт к процессам питания и процессам выделения планетарной первоначальной формы. То, что Дессуар совершает с моим изложением, можно сравнить со следующим. Некто говорит: мужчина входит в комнату, в которой находятся ребёнок и его отец. Ребёнок ведёт себя по отношению к вошедшему так, что отец вынужден его наказать. Это положение искажает другой, утверждая: из-за вступления чужого мужчины развивается наказание ребёнка. Смог ли бы теперь кто-нибудь из этого утверждения узнать, что в действительности хотел сказать первый? Дессуар же заставляет меня ещё сказать, что ясновидящий узнаёт об определённых состояниях, которые выступают в планетарной первоначальной форме, благодаря «восприятию, подобному обонянию» ³⁹. Но у меня можно прочитать, что в соответствующих состояниях проявляются волевые (willensartige) силы, которые проявляются «для ясновидческой способности восприятия через воздействия», которые «можно сравнить с » ⁴⁰. Итак, у меня нельзя найти ничего от утверждения, что принятое в соображение духовное восприятие является чем-то «подобным обонянию», но отчётливо выступает, что это восприятие является подобным не обонянию, но то, что воспринимается, может сравниться с «запахами». Как в антропософском смысле следует понимать такое сравнение, достаточно показано в другом месте этого сочинения. Однако Дессуар через искажение моего дословного текста приобретает возможность пристроить следующее — вероятно кажущееся ему остроумным — замечание: «Меня удивляет, что при этом и не соединяются».

³⁶ См. с. 258 книги Дессуара.

³⁷  См. мой «Очерк тайноведения» [GA 13,1968, с. 166 и след].

³⁸  Там же.

³⁹  См. с. 258 книги Дессуара.

⁴⁰  См. мой «Очерк тайноведения» [GA 13, 1968, с. 168].

18

Я мог бы теперь более подробно привести и другие подобные примеры «передачи» Дессуаром моих изложений, например, как он заставляет объяснять «затекание» ноги «через отделение эфирного тела от физического тела», между тем как этим я объясняю не объективный факт так называемого затекания, но говорю, что субъективное «своеобразное чувство, которое ощущается», проистекает «от отделения эфирного тела» ⁴¹. Только тогда, когда берёшь моё изложение дословно, так, как я его дал, можешь создать себе мнение по поводу того, какое значение присуще моему утверждению, и как оно отнюдь не исключает объективного факта, который может устанавливать естествознание, так же мало его может исключить тот, кто представляет антропологическое мнение. Но Дессуар хочет уверить своего читателя в этом последнем. Однако я откажусь от того, чтобы дальше утомлять читателя подобного рода корректурами. Приведённые лишь должны были показать, до какой степени поверхностно Макс Дессуар читает то, о чём он берётся судить.

⁴¹  См. мой «Очерк тайноведения» [GA 13, 1968, с. 96].

19

Но я хочу показать, к чему может привести душевное настроение, которое судит, исходя из такой поверхностности. В моём сочинении «Духовное водительство человека и человечества»⁴²  я попытался изложить, как силы жизни представления, которые вступают в сознание ребёнка не сразу при рождении, но только в более позднем возрасте, уже являются активными до этого осознаваемого возрождения и как эти силы в их неосознаваемой деятельности, например при продолжении образования нервной системы и другого, действуют способом, исполненным мудрости, по сравнению с которым более позднее осознанное действие предстаёт с меньшей степенью мудрости. По причинам, изложение которых завело бы здесь слишком далеко, я прихожу к мнению, что осознаваемая жизнь представлений, правда, продолжает развивать дальше мудрость, которая деятельна в более раннем детстве в формировании органического тела, но что эта осознаваемая жизнь представлений относится к тому неосознаваемому действию мудрости так, как, например, строение некоего инструмента, являющегося делом рук осознаваемой человеческой мудрости, к удивительному строению человеческого головного мозга ⁴³. Читатель вышеупомянутого сочинения, пожалуй, мог бы из него же увидеть, что такое утверждение я высказываю не как результат некой «фантазии», но что оно является завершением некоего предшествовавшего пути исследования в духе антропософии; пусть даже я не могу, что и естественно, излагать в каждом своём сочинении подробности этого пути. В этом отношении я ведь однажды уже указал, что мои сочинения принимаются как части одного целого, которые взаимно поддерживают и несут друг друга. Однако теперь для меня дело не в том, чтобы излагать основание этого моего утверждения по поводу неосознаваемой и осознаваемой мудрости, но несколько в другом, в том, что позволяет себе Дессуар, следующим образом выхолащивая для своих читателей относящиеся к этому высказывания моей книги: «Лучше всего, говорится, связь с высшими мирами восходила (ist zurueckreicht) при отсутствии воспоминания в три первые года жизни. Особенно человек, который сам учит мудрости — так заявляет господин Рудольф Штейнер, — скажет себе: «Когда я был ребёнком, я работал над собой благодаря силам, которые воздействовали внутрь из духовного мира, и то, что я могу давать теперь как своё лучшее, тоже должно воздействовать сюда из высших миров; я не могу это рассматривать принадлежащим моему обычному сознанию» ⁴⁴. Пожалуй, можно спросить: Какое представление может утвердиться в читателе книги Дессуара, перед глазами которого предстанут эти предложения? Едва ли иное, нежели то, что в том сочинении, давшем предпосылку для этих предложений, я говорю о некоем отношении духовного мира с познающим человеком и себя самого привожу для этого в качестве примера. Само собой разумеется, нетрудно сделать посмешищем человека, которого можешь упрекать в такой безвкусице. Но как действительно обстоит дело? В моём сочинении стоит: «Представьте, что человек нашёл учеников, некоторых людей, которые признали себя его сторонниками. Такой легко обнаружит через подлинное самопознание, что именно факт, что он нашёл приверженцев, даёт ему чувство: то, что он должен говорить, зависит не от него. Скорее всего происходит так, что духовные силы из высших миров хотят сообщать приверженцам и находят в учителе подходящий инструмент, чтобы открыться. Такому человеку станет близкой мысль: Когда я был ребёнком, я работал в себе благодаря силам, которые воздействуют из духовного мира, и то, что теперь я могу давать как своё лучшее, тоже должно воздействовать из высших миров; я не могу рассматривать это как принадлежащее моему обычному сознанию. Да, такой человек может сказать: нечто демоническое, нечто подобное демону— но слово принято в смысле доброй духовной власти — воздействует через меня из духовного мира на этого приверженца. — Нечто такое ощущал Сократ... Многие пытались объяснить этого ⁴⁵ Сократа. Но объяснить его можно, если только отдашься мыслям о том, что Сократ мог ощущать нечто такое, как проистекающее из вышеприведённого рассмотрения» ⁴⁶. Видно, что у меня речь идёт о понимании демона Сократа с точки зрения антропософии. Об этом демоне Сократа существует много пониманий. Можно объективно обращаться как к другим, так и к моему пониманию. Но что делает Макс Дессуар? Когда я говорю о Сократе, он поворачивает дело так, как будто я говорю о себе самом, и образует предложение: «так заявляет господин Рудольф Штейнер» и последние два слова даже делает вразрядку. С чем здесь имеешь дело? Однако, не с чем иным, как с объективной ложью. Я предоставляю каждому справедливо мыслящему самому себе образовать суждение о критике, который пользуется таким средством.

⁴²  «Духовное водительство человека и человечества». Духовно-научные итоги развития человечества, данные Рудольфом Штейнером (1911) [GA 15].

⁴³  См. моё сочинение «Духовное водительство» [GA 15, 1963, с. 20 и далее].

⁴⁴  См. с. 260 книги Дессуара.

⁴⁵  Сократа: см., например, Платон, Апология Сократа, 31 С: Отсюда же существует причина, по которой мне часто и разнообразно говорили, что со мной происходит нечто божественное и демоническое, что и привело Милета к его обвинению за насмешку. Но со мной это происходило с самого детства: а именно голос, который каждый раз, когда он позволял себя слышать, отговаривал меня от чего-то, что я хотел делать, — но он никогда мне ничего не советовал». (Перевод на немецкий Ф. Шляйермахера). См. также: Ксенофон, Меморабилии. Т.4, 15; IV 3, 13. Далее Г. Ф. В. Гегель, «История философии», глава «Сократ». (Прим. нем. ред.)

⁴⁶  См. моё названное сочинение «Духовное водительство...» [GA 15, 1963, с. 30 и след].

20