Попробуем теперь на эмоциональном уровне приблизиться к происходящему. Ведь человек уже врастает в Самодух; как я часто об этом говорил, — человек врастает в такие состояния сознания, которые во время его земного развития не могут полностью проявиться. Эти состояния сознания хотят преобразовать его, в частности, и в отношении его внешних оболочек — в отношении астрального, эфирного и физического тел; но для земного человека такое неосуществимо. Человек должен сказать себе: «Мне надлежит пройти остаток земного развития с внутренним ощущением, что благодаря этим внутренним состояниям, которые еще не могу полностью развить, я прохожу своего рода подготовку». В будущем станут нормой люди, которые могут сказать себе: «Я рассматриваю человеческое существо как нечто, способное благодаря своему внутреннему ядру перерасти все то, чем я могу сделаться как земной человек. Я должен чувствовать себя в качестве земного человека как бы карликом по сравнению с тем, чем, собственно, является человек». И из глубокой неудовлетворенности, которая в самое ближайшее время будет возникать у детей, получивших правильное воспитание, станет произрастать именно это чувство. Дети станут ощущать, что все это интеллектуальное образование не позволяет разгадать загадку человека. Человек как таковой выпадает из того, что можно узнать сугубо интеллектуальным способом, человек также выпадает из социальных структур. Все то, что приходит в мир в виде дурацких вильсоновских деклараций и наступления шовинизма, только приводит к чему - то принципиально неосуществимому. В результате современная цивилизация устремляется навстречу чему - то, что попросту невозможно реализовать. Если в рамках современной цивилизации человечество направляет свою энергию на построение национальных государств, то зародыши разрушения еще более укрепляются, — и из всего того, что скапливается в душах, возникнет именно то чувство, которое я вам только что описывал с другой его стороны. И человек неизбежно скажет себе: «Но ведь человеческое существо, которое внутренне возгорается во мне, есть нечто гораздо более высокое, нежели то, что я могу осуществить внешним образом. Я предназначен к тому, чтобы внести в мир нечто иное. Я должен внести в социальные структуры нечто совершенно иное, — нечто, несущее отпечаток духовных высей. Я не могу полагаться только на то, что предлагает наука в отношении социального устройства и тому подобного». И человек будет переживать этот внутренний дисбаланс, это противоречие между его карликовым существованием на Земле и тем, что возгорается в нем как в космическом существе, коим он себя будет внутренне ощущать. Из всего того, что может дать хваленое современное образование, признаваемое обязательным, вырастет только внутренняя неудовлетворенность, и человек, приученный ощущать себя всего лишь земным существом, однажды скажет: «Но ведь человек — нечто большее, нежели просто земное существо». Нынешняя фаза земного развития вообще не в состоянии воплотить полноту человеческого существа — для этого Земля должна сначала трансформироваться в другое состояние. На самом деле человек вовсе не земное существо, а существо космическое, — существо, принадлежащее всей Вселенной. С одной стороны, человек привязан к земле, с другой — может чувствовать себя космическим существом. И это чувство в нем все возрастает. Когда это является не просто теорией, а переживанием конкретного человека, который благодаря своей карме перерос современное тривиальное мироощущение, когда отвращение приводит человека к отрицанию чисто наследственных качеств и шовинистического угара, — только тогда начинается определенного рода трансформация. Человек начинает ощущать себя космическим существом. Он старается как бы руками нащупать загадку своего космического существа. Вот что придет в ближайшие десятилетия: человек начнет, можно сказать, руками осязать (естественно, это надо понимать символически) загадку своего существа, космического существа. Он почувствует то, что можно выразить в следующих словах: «Все, что я могу построить на Земле, все, что Земля может мне дать, все, что я могу почерпнуть из современной, столь превозносимой науки, дает ответ только на загадку моего земного существа, а загадка моего существа в его целостности здесь даже не рассматривается. Я знаю, что я — космическое, сверхземное существо; кто даст ответ на загадку моего сверхземного существа?»

13

В стремлении разгадать эту загадку как раз и проявится главный нерв душевной жизни человека. И наиболее важными из всех ощущений, которые могут возникнуть у нас в ближайшие десятилетия (когда еще даже не успеет приблизиться середина XX столетия), будет именно это ощущение. И из ожидания, из предощущения того, что должен быть дан ответ на загадку человеческого существования (ведь человек, будучи космическим существом, должен соответствовать всему космосу), родится чувство уверенности в том, что сам космос откроет человеку нечто, чего ему не может дать Земля, — отсюда возникнет настроение обращенности к космосу. Как во времена Мистерии Голгофы Христос явился в физическом теле, так человечеству предстанет духовный Христос, который один только и может дать ответ, ибо Он не локализован в определенном месте, ведь Его надо воспринимать как Существо, которое, низойдя из сверхземного, связало Себя с земным человечеством. Необходимо будет постигнуть, что ответ на загадку своей космической природы человек может получить только тогда, когда на помощь ему придет Тот, Кто связывает Себя с земным бытием, нисходя из космоса. Тогда разрешится и основная дисгармония земного бытия: дисгармония между ощущением, что человек — земное существо, и его знанием, что он — существо сверхземное, космическое. Стремление разгадать эту загадку подготовит человека к тому, что из непроницаемых глубин духа ему будет открыто Существо Христа, которое отныне станет глаголать ему духовным образом, — так же, как Оно гласило людям физически во времена Мистерии Голгофы. Христос не придет в духовном смысле, если люди не будут к этому подготовлены. А подготовиться они могут, только ощутив упомянутый диссонанс, который, как непостижимая бездна, тягостно устрашает душу. И пройдя через это, человек сможет сказать себе: «Ведь я прежде всего земное существо. Все интеллектуальное развитие минувшего столетия привело меня к убеждению, что я являю собой земное существо. Но я вообще не являюсь земным существом. Я должен себя чувствовать связанным с Существом, Которое не от мира сего, то есть не от этой земли, — с Существом, Которое совершенно реально, без теологической фальши, может сказать: „Царство Мое не от мира сего" ^* ». Тогда и человек должен будет сказать о себе: «Мое царство не от этого мира», — так как он будет связан с Существом, царство Которого не от этого мира.

^* Ин, 18:36.

14

Как раз на основе нынешней науки, которая, как было сказано, с ужасающей быстротой завоевывает массовое сознание, и должно развиться то, что приведет человечество к новому явлению Христа в первой половине XX века. Но, разумеется, новое явление Христа не может осуществиться в мире, где людям свойствен такой душевный склад, в каком цивилизованный мир пребывал до 1914 года, когда все разговоры об идеалах и о  спиритуальности, в  сущности,  представляли  собой  сплошную  ложь.   Стремление   к   духовному должно родиться в людях из глубочайшей внутренней потребности. И сам Христос явится только к тем, кто отвергнет широко распространенную ложь об устройстве земной жизни человека. Ни одна социальная проблема не будет решена, если она не будет увязана с духовнонаучным устремлением заново представить человека как подлинно сверхземное существо. Социальные неустройства разрешатся в той мере, в какой люди будут способны ощутить в своей душе импульс Христа. Все другие попытки решить социальные проблемы приведут только к разрушению и хаосу, ибо все они опираются на концепцию человека как сугубо земного существа. Но человек, причем как раз в нашу эпоху, перерастает границы того душевного склада, который навязывает человеку восприятие себя как исключительно земное, физическое существо. Новое переживание Христа предопределено реальными потребностями и душевным строем самого человека.

15