Нынешняя роль бумаг, документов, подтверждающих все то, что некогда означало происхождение по крови, — только начало. При существующем положении вещей все будет развиваться дальше. Само происхождение, а с ним и родословное древо утратят свою значимость, в крайнем случае, останется имущество, унаследованное от предков. Богов перестали вопрошать относительно места данного человека в мире. Об этом в юридически-диалектическую эпоху стало допустимо дискутировать. А теперь и дискуссии прекращаются, ибо в основу кладется фактическая величина наследства, имущество. Когда окончательно обесценится вера в бумаги — прекратятся и дискуссии, так как попросту будет утрачен смысл понятия «наследственное достояние». И нет другого пути развития (ибо в природе более нет откровения духовного), кроме возвращения самого человека к духу. А с другой стороны, в хозяйственной сфере ему надлежит обрести то, что он прежде находил в природе.

16

Но все это осуществимо только при помощи профессиональных ассоциаций. То, что недоступно отдельному человеку, может быть достигнуто посредством ассоциаций — повторное развитие некой групповой души, в компетенцию которой входит то, что не под силу решить отдельному индивиду. В переходную эпоху — в эпоху интеллекта — хозяйствует отдельный индивид, а в будущем это место займут ассоциации. И в ассоциациях люди должны трудиться бок о бок. И тогда, — если признать, что духовное должно быть привязано к хозяйственной жизни, — снова возникнет нечто, способное заменить кровное происхождение и разные патенты. Ибо хозяйственная жизнь перерастет человеческие возможности, если человек не будет поспевать за ее ростом, если он не принесет с собой духовное, дабы управлять этой хозяйственной жизнью. В ассоциацию должны вступать такие люди, которые приносят с собой то, что делает человека производительным в области хозяйственной жизни, что дает ему право действительно укрощать духов, проявляющихся в хозяйственной жизни. Откроется совершенно другая духовная перспектива. И почему это будет?

17

В те древние времена, когда о человеке судили по его кровному происхождению, считалось важным, что происходило с ним до рождения (если хотите, до зачатия), ибо именно это люди привносили с собой в физический мир через кровь; хотя происходившее и забывалось, признание кровного происхождения содержало в себе косвенное признание существования человека до физического рождения. Затем вступило в действие юридически-диалектическое начало. Человек оценивался исключительно на основании того, что он представлял собой как физическое лицо. А теперь набирает силу нечто другое — хозяйственная жизнь, отмеченная печатью демонизма. И снова возникает необходимость судить о человеке на основании его духовно-душевного ядра: одновременно с прозрением в демоническую природу хозяйственной жизни необходимо начать прозревать то, что человек проносит через повторные земные жизни. Тогда откроется то, с чем он приходит в эту жизнь. Это и будет вписано в духовный сектор социального организма. Когда о человеке судят по его происхождению, в сущности, нет нужды в педагогике — достаточно знать, что положение человека в этом мире есть символическое выражение воли богов. Когда же о человеке судят с юридически-диалектической точки зрения — достаточно совершенно абстракт ной педагогики, которая занимается общезначимыми рассуждениями о человеке как представителе рода человеческого. Но если человек должен быть включен в объединения по интересам, чтобы он мог реализовать себя внутри таких объединений, то необходимо уяснить и учесть следующее. Первое семилетие жизни, когда человек развивает свою физическую телесность, не очень важно для его позднейшей социальной жизни; он должен просто развиться до определенного общечеловеческого стандарта. А в период от семи до четырнадцати лет, когда преимущественно развивается эфирное тело, человека впервые должны признать человеком. Должно получить признание то, что начиная с 14—15-летнего возраста проявляется как астральное тело, — а его необходимо принимать во внимание, когда духовно-душевному ядру человека предстоит определить подобающее место в социуме. В это время воспитание играет роль также и специфического социального фактора. Речь идет о том, чтобы на основе познания воспитуемого ребенка реально установить: этот пригоден для того, а этот для другого, причем это обнаруживается не раньше того момента, когда ребенок заканчивает среднюю школу. Педагогическое искусство и воспитательное мастерство учителей в том и состоят, чтобы ясно определить: этот пригоден к тому, а этот к другому. В этом же духе могут приниматься решения относительно циркуляции капиталов (в конечном счете — для развития средств производства), о чем говорится в моей книге «Поворотный момент социального вопроса». Должно возникнуть совершенно новое духовное мировоззрение, впервые позволяющее человеку прозревать хозяйственную жизнь в ее внутренней духовной наполненности и сознавать истинную роль духовной жизни, степень ее влияния на всю конфигурацию жизни хозяйственной. А это возможно только при условии автономности духовной жизни, когда хозяйственная жизнь не оказывает на нее никакого воздействия. Именно тогда, когда внутренне постигаешь весь ход развития человечества, понимаешь, что это развитие само требует формирования трехчленности социального организма.

18