И теперь Ариман, чтобы его инкарнация была для него наиболее плодотворной, очень заинтересован в том, чтобы люди совершенствовались в этой науке иллюзии, которой, ведь, по сути, и является вся наша сегодняшняя наука, но чтобы они не пришли к тому, что она является наукой иллюзий. Ариман имеет огромнейший интерес в том, чтобы научить человека математике, но не дать ему понять, что математико-механические воззрения являются лишь иллюзиями относительно вселенной.  Ариман имеет огромнейший интерес в том, чтобы научить человека химии, физике, биологии и так далее так, как они представлены сегодня среди людей и сделаны предметами восхищения, но при этом заставить их поверить в то, что это абсолютные истины, что они являются, как бы, не просто точками зрения, фотографиями одной из сторон. Если сфотографировать дерево с одной стороны, то оно может быть сфотографировано правильно, но полного представления о нём всё же не будет. Если сфотографировать его с четырёх сторон, то ещё можно составить о нём какое-то представление. Скрыть это от человечества, скрыть то, что в сегодняшней интеллектуально-рационалистической науке мы имеем дело с неким придатком, с суеверным эмпиризмом, с огромной иллюзией, с обманом, не признавать этого, - в этом Ариман имеет наибольший интерес. Он мог бы иметь величайший успех, испытать величайший триумф, если бы ему удалось добиться того, чтобы то научное суеверие, которое нынче охватывает все круги, и согласно которому люди даже хотят организовать свою социальную науку, стало бы господствующим вплоть до 3-го тысячелетия, и если бы Ариман смог тогда как человек в рамках западной цивилизации прийти в мир и найти это научное суеверие.

17

Только не делайте на основе того, что я сейчас сказал, неверные выводы. Одним из таких неверных выводов был бы тот, что науку современности надо избегать. Это был бы наихудший вывод, который можно сделать. Её надо изучать. Как раз, то, что приходит с этой стороны, надо изучать, но с полным сознанием того, что этим нам даётся один из аспектов иллюзии, один из необходимых для воспитания нашего человечества аспект иллюзии. Мы сохраняем себя от Аримана не тем, что избегаем науку современности, а тем, что мы знакомимся с её истинной формой. Поскольку эта наука должна дать нам внешнюю иллюзию о вселенной. Мы нуждаемся в этой внешней иллюзии. Не думайте, что мы не нуждаемся в этой внешней иллюзии. Только тогда мы должны наполнить её истинной действительностью с совершенно другой стороны, посредством духовного исследования, мы должны подняться от этого иллюзорного характера к истинной реальности. Если вы просмотрите мои многочисленные лекционные циклы на предмет того, о чём я вам говорю сегодня, вы обнаружите, что повсюду делались попытки полностью погрузиться в науку нашего времени, но всё это поднять до той сферы, где можно видеть до каких пределов это действительно. Вы, ведь, не хотите, чтобы перед вами исчезла радуга, поскольку вы считаете её световой, цветовой иллюзией. Вы не поймёте её, если не понимаете её в её иллюзорном характере. Но так обстоит дело со всем, что для вашего представления о мире даёт вам современная наука. Она даёт только иллюзии, и этот иллюзорный характер надо распознать. Тогда, просто воспитываясь посредством этих иллюзий, приходят к действительности мира. Это средство, которым Ариман должен сделать свое воплощение максимально эффективным: удерживать людей в научных суевериях.

18

Другое средство, второе средство, которое у него есть, это: подстрекать ко всему тому, что сегодня делит людей на группы, на маленькие группы, которые враждуют друг с другом. В настоящее время вам нужно только взглянуть на партийную систему, на систему противоборствующих партий, и вы обнаружите, - если вы беспристрастны, вы сможете признать это, - что эти враждующие партии не могут быть, собственно, объяснены, исходя просто из человеческой природы. Если люди однажды честно захотят объяснить эту, так называемую, мировую войну этой человеческой дисгармонией, они увидят, что не смогут объяснить её тем, что они находят в физическом человечестве. Как раз, здесь ясно проявляется вмешательство сверхчувственных сил, а именно, ариманических сил!

19

Но эти ариманические силы вообще действенны всюду, где возникает дисгармония между человеческими группами. На чём же основано большинство из того, что здесь входит в рассмотрение? Оттолкнёмся от очень характерного примера. У современного пролетариата был свой Карл Маркс. Изучите то, как это учение Карла Маркса распространилось в современном пролетариате, и взгляните на действительно уходящую в бесконечность, в неизмеримое, литературу марксизма. Там вы найдёте сегодня уже обычный способ научного рассмотрения в чистом виде: всё строго доказано, так строго доказано, что под влияние марксизма подпали даже те люди, в отношении которых это казалось невозможным. Какова же была, собственно, судьба марксизма? Поначалу, не правда ли, марксизм распространился в пролетариате. Университетской наукой он был строго отвергнут. Сегодня уже появилось некоторое число университетских учёных, которые больше не могут устоять перед логикой марксизма, которые его признают, которые уже больше совершенно не могут из него выбраться, поскольку в литературе постепенно выяснилось, что выводы его вполне верны, что, согласно нынешнему научному настрою и образу представлений, этот марксизм можно очень тонко и чисто доказать. Только у буржуазных кругов не было своего Карла Маркса, который доказал бы ему обратное; поскольку, как можно доказать идеологический характер права, морали и так далее, теорию прибавочной стоимости и материалистическое исследование истории с марксистской точки зрения, точно так же точно можно доказать и обратное. Было бы вполне возможно, что какой-нибудь буржуазный, какой-нибудь бюргер-Маркс, таким же строгим образом доказал бы обратное. И тут не было бы даже никакого обмана или мошенничества. Доказательства сработали бы все без остатка.

20

Как же так получается? Так получается потому, что современное человеческое мышление, современный интеллект, находится на таком уровне бытия, что он не достигает реальности. И поэтому можно доказать одно и можно доказать обратное этому, - очень строго доказать одно и противоположное этому. Сегодня возможно, с одной стороны, строго доказать спиритуализм, и точно также строго доказать материализм. И можно бороться друг с другом с одинаково успешными точками зрения, поскольку сегодняшний интеллектуализм лежит на верхнем слое действительности и не проникает вглубь бытия. Так же обстоит дело и с партийными мнениями. Тот, кто этого не понимает, а просто посредством воспитания, наследства, посредством своих государственных и прочих жизненных обстоятельств позволяет себе войти в определённый партийный круг, тот честно верит в силу доказательств того, что есть в этой партии, в которую он, как говорят тогда иногда, вписался, соскользнул. И затем, он борется тогда с другими, кто соскользнул в другую партию. И один точно так же прав, как и другой. Это вызывает в человечестве хаос и замешательство, которые могут постепенно становиться всё больше и больше, если человечество этого не понимает. И этот хаос, в свою очередь, является тем, что ариманическая сила использует для подготовки триумфа своей инкарнации, для того, чтобы всё больше и больше вовлечь людей в то, что им так трудно понять, а именно в то, что сегодня на одинаково хороших интеллектуальных и сегодня научных основаниях можно доказать как одно, так и обратное этому. Сегодня речь идёт о том, чтобы мы признали: доказать можно всё, и чтобы мы поэтому смотрели на такие доказательства, которые сегодня куются в науке. Только в рамках самой естественной науки, строжайшей естественной науки, действительность проявляется в фактах. Но ни в какой другой области нельзя полагаться на то, что позволяет быть доказанным интеллектуально. Только тогда, когда мы придём к тому, что человеческое знание, человеческое познание надо искать глубже, - как это происходит посредством антропософски ориентированной духовной науки, - чем в том слое, из которого исходит сила наших доказательств, можно избежать опасности, которой мы подвергаемся, позволив проявляться ариманическому искушению, которое хочет всё глубже и глубже погружать нас в эти вещи. Поэтому, для того, чтобы привести людей в замешательство, Ариман в наше время использует то, что исходит из старых наследственных отношений, из которых человек в пятом послеатлантическом периоде, по сути, уже вырос. Всё, что исходит из старых наследственных отношений, использует ариманическая сила, чтобы дисгармонично противопоставить человеческие группы. Всё, что исходит из старых семейных, расовых, племенных, народных различий, используется ариманическими силами, чтобы посеять замешательство среди людей. Свободу каждому отдельному народу, даже самому маленькому, - это прекрасные слова. Но слова, которые используют противные человеку силы, чтобы посеять замешательство среди людей, чтобы достичь вещей, которых хочет достичь Ариман для своей инкарнации, всегда прекрасны.

21