В своё время я пытался указать в одной области на нечто такое, в чём остро нуждалось наше время. Конечно, из-за банальности, из-за филистерства нашей науки, из-за боязливости того, что представляет собой сегодня официальная университетская наука, это было не понято. В моей «Философии свободы», опубликованной в 1894 году, я назвал одну главу «Моральная фантазия». Духовно-научно можно было бы сказать также: имагинативные моральные импульсы. Я хотел указать на то, что та область, которая иначе понимается лишь художественно в фантазии, должна быть понята теперь человечеством серьёзно, поскольку это ступень, на которую человечество должно вступить для принятия в себя сверхчувственного, которое не постигается мозгом. В начале девяностых я хотел, по крайней мере, в отношении понимания морального, указать на необходимость серьёзности восприятия сверхчувственного. Эти вещи нужно сегодня ощущать. Надо иметь чувство того, что мысли, внутренние душевные импульсы, которые были вынесены вплоть до катастрофы мировой войны и до времени социального преобразования, уже не годятся, что нужны новые импульсы. Когда сегодня приходят с новым импульсом, тогда, как раз этот новый импульс становится наименее понятным. Поскольку приходят с импульсом, который живо извлечён из духовного мира в качестве лечебного средства против болезней нашего времени. Тогда визжат люди слева, тогда визжат люди справа, и всё переходит в общий хор от крайних правых до крайних левых, и находит, что всё это нечто такое, что невозможно понять. Разумеется, этого не понять, если хочешь оставаться при старых мыслительных формах. Но сегодня, как раз, необходимо, чтобы мы не оставались при старых мыслительных формах, чтобы мы внутренне преобразовали, трансформировали всю душу. Все внешние революции -  и они могут исходить из желаний любого класса или любой партии - приведут к ужасному тупику и принесут худшие беды, если эти внешние революционные движения не будут сегодня освещены внутренней революцией души, которая совершается там по мере ухода от погружённости в чисто материалистическое мировоззрение и движется навстречу принятия духовной волны, которая как новое откровение хочет ворваться в развитие человечества. Революция от материи к духу, - это единственно целительная революция, а все остальные революции являются лишь детскими болезнями, - это скарлатина, это корь предтечи того, что хочет родиться сегодня как здоровое в приходе духа.

12

То есть, сегодня необходима сильная внутренняя решимость, чтобы соответствовать тому, что требует от человека настоящее. И давайте со всей серьёзностью подумаем о том, что это духовный мир, который хочет ворваться в наш, что он требует от нас: что это духовные силы, от которых мы должны ставить в зависимость все наши решения, все наши действия, всё наше мышление. Вот что от нас требуется! В подобное время изменяется многое. Тут позвольте мне снова указать на один симптом, который снова прозвучит парадоксально, но который, будучи увиденный внутренне духовно, имеет огромную важность. Из духовной науки мы знаем, что кроме нашего физического тела и нашего эфирного тела, - о котором я вам, как раз, говорил как об инструменте, необходимом для определённого духовного восприятия того, что иначе остаётся просто отражением в искусстве, - в нас есть дальнейшее, собственно душевное. Вы можете сказать, что это астральное тело, или как-то иначе. Это то, что существенно духовнее, чем эфирное тело, это то, что во время его земного развития стоит для человека ещё дальше, чем его эфирное тело. Поскольку эфирное тело, лежащие в основании физического тела, имеет, своего рода, образное строение, является образом, который находится в постоянном движении; а астральное тело является, собственно, бесформенным (gestaltlos). И когда о нём говорят, то о нём говорят как о какой-то форме, о которой известно, что эта форма должна его лишь представлять, поскольку на самом деле оно бесформенно. Это астральное тело - этот процесс разыгрывается уже 3-4 столетия - у человека Нового времени довольно сильно изменилось. Люди прошлого имели астральное тело, ещё сравнительно пронизанное духовностью, всяческими духовными силами; и то, что люди имели в жизни спиритуального, в плане духовных чувств и духовных импульсов, исходило от этого духовного, которое было в астральном теле. Теперь же астральные тела стали, собственно, пустыми. Они стали странным образом пусты. И они пусты, потому что во время, когда, как бы, извне хочет проявить себя духовный мир, человек должен принять в себя этот внешний духовный мир. Поэтому его астральное тело постепенно стало пустым. Оно должно быть восполнено вновь тем, что раскрывается извне. Это имеет очень специфическое влияние на людей. Оно должно снова наполниться тем, что открывается внешним образом. Это оказывает определённое воздействие на человека. А теперь я подхожу к тому факту, который - как я уже говорил, - может показаться довольно парадоксальным, таким же, как меланхолические лица детей. Но всё же это факт.

13