Сегодня, в отношении наиважнейших вещей человеческого развития, мы стоим в поворотном пункте, в том числе и в отношении христианства. Как раз, многие деятели, занимающиеся социальным вопросом, указывали на то, что мы охотно примем христианство, но только ту часть христианства, которая напоминает нам о наших собственных социальных идеалах. Но таким образом с этим важнейшим земным импульсом, - импульсом, который только и придаёт верный смысл всему прочему земному, - обходиться нельзя! Нам должно быть ясно: То, что до сих пор проявлялось в человечестве в отношении христианства, является, собственно, только началом. Посредством всего того, что люди ощутили по отношению к христианству, особенно по отношению к Мистерии Голгофы, было понято, собственно, не намного больше того, что Христос когда-то жил в человеке Иисусе и прошёл через Мистерию Голгофы. В какой-то степени эти первые почти два тысячелетия жизни христианства на Земле, - в силу ещё не продвинувшегося к дальнейшей зрелости человеческого понимания, - не могли указать человеку на нечто большее, нежели на то, что Христос соединил себя с Землей, что Христос спустился на Землю. Только сейчас в пятом послеатлантическом периоде, в эпоху развития души сознательной, человек становится зрелым для понимания не только того, что Христос прошёл через мистерию Голгофы, но и того, что, собственно, живёт в этой мистерии Голгофы. Содержание мистерии Голгофы человечество сможет понять только, исходя из тех духовных оснований, которые могут образоваться в этом пятом послеатлантическом периоде.

13

Я уже часто упоминал, также и здесь, в рамках этой секции Общества, что я рассматриваю в качестве чрезвычайной тривиальности, когда кто-то говорит: Мы живём в переходное время. - Все времена переходные! Важно не то, что мы живём в то или иное переходное время, а то, в отношении чего время находится в состоянии изменения, в переходе. Важно видеть, что меняется. Я уже с самых разных точек зрения указал на то, что, как раз, в наше время меняется в самом широком смысле в отношении человеческого сознания, в отношении развития человеческой души. Сегодня я хотел бы, в свою очередь, с определенной точки зрения указать на то, что в наше время меняется в отношении  человеческого земного развития.

14

Я только что сказал: посредством антропософски направленной духовной науки мы не только пытаемся приобрести мысли о духовном, а мы ищем действительность духовного, ищем мысли, в которых живёт сам дух, в которых этот дух раскрывает себя. Можно сказать и так: Христос Иисус говорил: «Я с вами все дни, до скончания земных времен». - Человек является в правильном смысле приверженцем антропософски ориентированной духовной науки, если он не верит, что всё, что составляет содержание христианства, исчерпывается Евангелиями, а знает, что Христос действительно здесь, каждый день, до скончания земных времен, но не просто как какая-то мёртвая сила, в которую нужно верить, а как живая сила, которая раскрывается дальше и дальше. И что же она открывает в настоящем? Содержание современной антропософски ориентированной духовной науки. Она хочет не только говорить о Христе, но она хочет высказывать то, что Христос хочет сказать людям через человеческие мысли в настоящем.

15

Тут можно сказать: И в древние времена, когда люди жили ещё инстинктивно, и когда в человеческих душах жило ещё нечто от атавистического ясновидения, духовное высказывалось в человеческих душах, жило в человеческих представлениях, в человеческой воле; боги жили в человеке. - Сегодня боги также живут в человеке, пусть и некоторым другим образом, нежели в древние времена. Можно сказать так: В древние времена боги имели определённые задачи относительно земного развития; у них была некая цель, божественная цель, относительно земного развития. Эту цель они достигали посредством того, что они инспирировали человека своими силами, что они наделяли людей имагинациями. Но, как ни странно это не прозвучит, эти собственные, первоначально собственные цели божественных миров относительно земного развития исполнились. То, что боги хотели от Земли для себя, исполнилось, по сути, в четвёртый послеатлантический период. Поэтому сегодня духовные существа высших иерархий, которых мы также можем назвать в нашем смысле богами, стоят в ином отношении к человеческой душе, чем в прошлом. Тогда боги искали людей, для осуществления своих целей на Земле при помощи этих людей. Сегодня человек должен искать богов, сегодня человек должен, исходя из своего самого внутреннего импульса, поднять себя к богам. И он должен, как бы, через богов, с помощью божественных сил достигать осуществления своих целей, своих сознательных целей. Так обстоит дело для людей, начиная с периода развития души сознательной. В прежние времена человеческие цели были неосознанными, инстинктивными, поскольку сознательно в них жили божественные цели. Сами человеческие цели должны становиться всё более и более сознательными, тогда в этих человеческих целях будут лежать силы для того, чтобы возвыситься до богов; тогда достижения этих человеческих целей можно будет добиваться силами богов.

16

Подумайте только над этими словами! В них содержится многое. В этих словах заключается необходимость начинания человеком первоначального, элементарного стремления из самого себя. Мы можем искать это элементарное стремление в разных областях души. Прежде всего, мы должны искать его в более глубокой социальной области, рассматривая отношения между людьми более духовно-научным образом. Из-за того, что раньше цели относительно человеческого развития имели, и осуществляли их посредством людей, боги, люди стояли в земном развитии намного ближе друг к другу, как это тогда и должно было быть. Сегодня люди в определённом отношении разобщены, и должны снова искать сближения совсем в другом отношении. Но этим поискам люди должны вначале учиться. Рассматривая чисто внешне, это можно видеть повсюду. Человек знает сегодня мало о человеке. Духовная наука со своей космической оценкой человеческого достоинства и человеческого существа стоит сегодня ещё в самом начале. В действительной жизни человек знает сегодня о человеке мало. Человек не проникает в глубины существа души своего ближнего. Как правило. Это то, что необходимо будет найти в глубинах социального существа: в человеческое развитие должно войти знание о человеке в новой форме.

17

Но, поскольку, в результате бездуховного природного мышления, мы видим, собственно, лишь плотского человека, мы должны научиться распознавать в другом человеке действие богов, чтобы прийти к действительно наполненному духом социальному организму. Мы достигнем это только в том случае, если будем для этого что-то делать. Одной вещью из того, что мы можем для этого делать, является поиск определенного углубления нашей собственной душевной жизни. Есть много способов сделать это. Я хочу обрисовать только один медитативный путь. По разным причинам и с разными целями мы можем делать определенные обзоры своей собственной жизни. Мы можем спросить себя: Как развивалась эта наша индивидуальная жизнь с детства до сегодняшнего дня? - Но мы можем также сделать так: Мы можем представить себе не столько то, как нас радовало то или иное, как мы проживали то или иное, а мы можем взглянуть, вместо самих себя, на тех людей, которые участвовали в нашей жизни в качестве родителей, сестёр и братьев, друзей, учителей и прочих. Тогда на некоторое время всё это обернётся так, будто мы можем сказать, насколько, собственно, в нас мало нас самих, и насколько много других, насколько много всего в наше Я вошло от других. Наше отношение к миру станет совсем другим, если мы честно и добросовестно проведём такой внутренний само просмотр. Результатом такого просмотра будут чувства, ощущения. И эти чувства, эти ощущения являются в нас некими плодородными семенами. Они являются ростками истинного знания человека. Тот, кто снова и снова вглядывается в своё собственное существо таким образом, что он опознаёт ту часть, которую составляют в его существе другие люди, возможно, давно умершие или находящиеся вдали от него, тот будет также входить в отношения с другими людьми так, что, в тот момент, когда он устанавливает индивидуальное отношение человека к человеку, в нём будет подниматься имагинация об истинной природе этого другого человека. Это нечто такое, что в новое время и в будущем человечества также должно появляться как внутреннее, а именно, душевное социальное требование для человеческого развития. Таким образом, антропософски ориентированная духовная наука должна стать практической, оплодотворять и стимулировать жизнь.

18