Если Локк потерялся в чувственной тьме, то Давид Юм (1711-1776гг.) - внутри самосознающей души, переживаниями которой, как казались ему, владели не силы мирового порядка, а сила человеческих привычек. Почему говорят о том, что один процесс в природе является причиной, а другой - следствием? – так спрашивает Юм. Человек видит, как солнце освещает камень; затем он воспринимает, что камень нагрелся. Он видит, что оба эти процесса часто следуют друг за другом. В результате он привыкает думать о них как о взаимосвязанных. Солнечный свет он делает причиной, нагревание камня - следствием. Привычки мышления связывают восприятия между собой, однако вовне, в действительном мире нет ничего, что обнаруживало бы себя в качестве этой связи как таковой. Человек видит, что за мыслью его души следует движение его тела: он приучает себя думать, что мысль является причиной, а движение - следствием. Мыслительная привычка и ничего более - полагает Юм - лежит в основе высказываний человека о мировых процессах. – Благодаря мыслительным привычкам самосознающая душа может избрать программу для жизни; однако она не может найти в этих своих привычках ничего для построения такой картины мира, которая имела бы значение для существа вне души. Таким образом, для мировоззрения Юма всё, что человек вырабатывает как представления о чувственных и умственных наблюдениях остается лишь содержанием веры; стать знанием оно не может. Судьба самосознающей человеческой души, её отношение к другим, а также к чувственному миру не может быть предметом науки, но только веры.

26

Мировоззренческая картина мира Лейбница получила широкое, разумное развитие благодаря Христиану Вольфу (род. в 1679г. в Бреслау, профессор в Галле). Вольф считал себя основателем науки, которая посредством чистого мышления познавала то, что возможно, то, что призвано к бытию, поскольку представляется мышлению свободным от противоречий, что может быть доказано. На этом пути Вольф основывает науку о мире, о душе и о Боге. Это мировоззрение он оснует на предпосылке, что самосознающая человеческая душа может строить в себе мысли, которые имеют значение для того, что целиком и полностью находится вне её самой. Здесь возникает загадка, которой затем чувствовал себя озадаченным Кант: как возможно, что осуществляемое душой познание имеет, тем не менее, ценность для сущности мира, находящейся вне души?

27

В мировоззренческой эволюции, начиная с пятнадцатого, шестнадцатого столетий выражается стремление поставить самосознающую душу на самоё себя, причем так, чтобы её можно было признать вправе, строить представления, значимые для решения мировых загадок. Исходя из сознания второй половины восемнадцатого столетия Лессинг (1729-1781гг.) ощущает это стремление как глубочайший импульс человеческих исканий. Слушая его, мы вместе с ним слышим множество индивидуальностей, выявивших в этих исканиях основной характер данной эпохи. – Преобразование истин религиозного откровения в истины разума - вот к чему стремится Лессинг. Несмотря на многочисленные повороты и перспективы, на которые обращено его мышление, его цель, тем не менее, остается ясно познаваемой. Лессинг со своим самосознающим «я» чувствует себя в той эволюционной эпохе человечества, которая благодаря силе самосознания должна овладеть тем, что до той поры притекало к нему извне посредством откровения. Предшествующая история становится поэтому для Лессинга процессом подготовления к тому моменту времени, в котором самосознание человека будет поставлено исключительно на самое себя. История для него является «Воспитанием человеческого рода». Такое название носит написанная им на вершине его творчества статья, в которой он не желает ограничивать человеческую душу одной единственной земной жизнью, но допускает повторяющиеся земные жизни. Благодаря отделённым друг от друга промежутками времени жизням душа живет в определённый период человеческой эволюции, берёт в каждом периоде то, что он ей может дать, затем снова воплощается в следующем периоде, чтобы и в нём развиваться дальше. Она, таким образом, из одной эпохи развития человечества сама переносит плоды последней в следующую эпоху, и, тем самым, «воспитывается» историей. В воззрении Лессинга, следовательно, «я» расширено за пределы отдельной жизни; его корни находятся в реальном духовном мире, который расположен за чувственно-воспринимаемым миром.

28

Тем самым Лессинг становится на почву мировоззрения, для которого самосознающее «я», стремящееся сделать ощутимой как свою собственную природу, так и то, что в нём действует, не может быть выражено без остатка в одной единственной чувственной жизни.

29