Когда мы идем по жизни, то очень мало принимаем из нее сознательным образом. Мы прорабатываем жизнь так, как она подступает к нам извне, но отнюдь не полностью. Я хочу привести сам собой напрашивающийся пример: вот вы слушаете сейчас лекцию, она длится, скажем, час. Не желая намекать на кого-либо из уважаемых присутствую­щих, скажу: в словах этой лекции можно было бы уловить гораздо больше, чем это слышат некоторые из присутству­ющих здесь... Ибо в моих словах можно было бы услышать намного больше того, чем я знаю сам о том, что мог выска­зать. Сейчас это сказано только для того, чтобы подчер­кнуть другое, — после лекции вы вернетесь домой и пойдете спать, а завтра рано утром проснетесь. А во время вашего сна (конечно, для обычного нормального сознания это проис­ходит совершенно бессознательно) вы проработаете многое из того, что сейчас были даже не в состоянии услышать. В вашем ближайшем сне, а может быть еще и в последующие ночи, вы проработаете это чрезвычайно точно. Можно видеть, как между засыпанием и пробуждением душа совсем в ином роде прорабатывает то, что было ею воспринято. И даже если случилось так, что кто-то слушал лекцию очень невнимательно, но проникся всей душой хоть к чему-то, то такая самоотдача свяжет с его душой то, что было заложено в этой лекции в качестве духовных импульсов, в качестве духовных потенций. И во время сна это будет переработа­но так, как это нужно нам не только в этой жизни до смерти, но и за смертью.

19

И так мы перерабатываем всю свою жизнь, какой она протекает в бодрственном состоянии от пробуждения до засыпания. Все, что мы переживаем днем, потом мы перера­батываем ночью. Так что мы выносим из этого, так сказать, поучение, необходимое нам на всю будущую жизнь за смертью и вплоть до новой инкарнации. После погружения в сон мы являемся собственными пророческими «переработчиками» своей жизни. Эта жизнь во сне необычайно загадочна, потому что внутренне она гораздо теснее связана с тем, что мы переживаем, чем это может быть связано с дневным созна­нием. Но мы прорабатываем все это с точки зрения плодот­ворности для последующей жизни. Что же можем мы сделать для себя, когда только что узнали о той огромной работе, которая происходит между засыпанием и пробуждением. Если в своей душе мы становимся энергичнее и сильнее или должны в чем-то упрекать себя, быть недовольными собой, тогда мы работаем так, что переживаемое нами таким образом становится плодом нашей жизни. Из всего этого видно, мои дорогие друзья, что эта жизнь между засыпанием и пробуж­дением необычно важна, что она глубоко вклинивается во всю загадку человека.

20

Однажды к духовному исследователю приходит намере­ние, пожалуй, можно даже сказать, что однажды у него возникает замысел, сравнить эту жизнь во сне с другой, вне-чувственной жизнью. И тогда само собой напрашивается идея сравнить ее с теми днями, которые следуют за панора­мой жизни и происходят в камалоке. И смотрите, мои дорогие друзья, только исследователю выявляется следующее: в то время, как в жизни «здесь» в памяти остаются воспомина­ния только о том, что произошло в дневной жизни, так после смерти, после того, как прошло время, отведенное созерцанию панорамы жизни, получают память обо всех своих ночах. И таким образом открывается одна очень важная тайна. Вспоми­нается вся «ночная» жизнь. Этот обратный ход памяти протекает так, что начиная с последней ночи, проведенной «здесь», действительно вспоминают ночь за ночью, переживая все в обратном порядке. Жизнь переживается в ее обратном ходе назад, но как бы увиденная с ночной стороны. Так что все, что думали и вспоминали в своей прошедшей жизни бессо­знательно, теперь переживают в памяти снова, но в обратном порядке. И таким образом снова проходят сквозь всю свою жизнь, но не с ее дневной стороны.

21

Как долго это может длиться? Представьте, что примерно треть своей жизни мы проводим во сне. Есть люди, которые спят гораздо больше, но в среднем они все же спят одну треть своей жизни. Поэтому и воспоминание обратного хода как воспоминание своих ночей продолжается около трети прожи­той на Земле жизни. Подумайте, как чудесно все это согла­суется с другими точками зрения! Мы всегда говорили, что время камалоки продолжается треть прожитой жизни. Но если принять во внимание только что высказанное, то оказы­вается, что опять-таки речь идет о трети жизни. Так все согла­суется. То есть все частности, отдельные вещи опять согла­суются друг с другом. И как удивительно это при духовном исследовании: сначала узнают какой-то один факт и, когда он определен, потом узнают его и с другой стороны. Дело обсто­ит так, как если бы кто-то поднялся на гору и увидел оттуда нечто с одной стороны, а затем увидел бы то же самое, но уже с другой стороны. Несмотря на различия в увиденном им таким образом, существенное всегда совпадает и согласуется между собой. Так что можно сказать: здесь, в земной жизни между рождением и смертью свою жизнь переживают как бы в отрыв­ках, она постоянно прерывается ночной жизнью, между тем в основном вспоминают дневную жизнь и те вещи, которые были пережиты во время дневной жизни. Но в ночной жизни теми же вещами занимаются иным способом, их, как говорит­ся, только перерабатывают. О том же, что не могут вспомнить во время физической жизни, вспоминают в жизни, протека­ющей в камалоке. Это важное взаимоотношение, из которо­го можно постичь то, что постигается не сразу.

22

Видите ли, в наше время через врата смерти проходит сравнительно много молодых людей. Я уже с разных точек зрения указывал на то, какое это имеет значение для общей жизни человека. Рассмотрим теперь оба отрезка, которые мы только что охарактеризовали: (к другому мы еще подой­дем в эти дни): речь идет о жизни в эфирном теле, которая длится только несколько дней, когда имеют перед собой жизненную панораму, а затем речь пойдет о жизни души в душевном мире. Когда проходит прожитая ночами земная жизнь, то легко можно увидеть, почему об этом должен высказаться исследователь духа: уже на этих двух отрез­ках жизни, проходящей между смертью и новым рождени­ем, для человека, который преждевременно и слишком рано прошел через врата смерти, многое отличается от того, что переживает другой человек, который сделал это значитель­но позднее. Это близко касается нас, поскольку сейчас так много людей проходят через врата смерти в относительно молодом возрасте.

23

Дело в том, что отдельные отрезки жизни, указанные мною для физической жизни, действительно, имеют большое значе­ние для этой жизни. Я указал следующие жизненные отрез­ки: первый — до семи лет, до смены зубов; следующий — до 14 лет, до половой зрелости; потом — до 21 года и так далее. Итого: семь раз по семь лет. И если вы серьезно примите то, что заложено в различиях этих отрезков, то 35-й год — важный этап жизни. До этого времени мы, так сказать, как бы готовились, тогда как позднее свою подготовку мы уже закончили и строим свою дальнейшую жизнь на основе того, что было подготовлено нами до 35 лет. Этот 35-й год имеет очень большое значение. До этого времени длится не столько телесная жизнь, сколько душевное созревание и душевный рост человека, по-настоящему начинающийся лишь теперь.

24

Следует подчеркнуть, что многое из того, что является зрело­стью жизни, достигается лишь после 35 лет. Но если рассмо­треть этот 35-й год еще и с другой стороны, то мы увидим его значение, и он покажется нам еще важнее.

25

Когда мы проводим перед своей душой эти семилетние эпохи жизни, то замечаем, что до семи лет происходит разви­тие физического тела, до 14 лет — эфирного. С 14 лет до 21 года образуется и формируется то, что мы называем астраль­ным телом, затем формируется душа ощущающая — до 28 лет, душа рассудочная — до 35 лет, затем душа сознательная — до 42 лет. Затем мы приходим к Самодуху, что является как бы обратным развитием астрального тела и так далее. Дальней­шие эпохи жизни идут уже не по семилетиям, они протекают, так сказать, нерегулярно. Потому что равномерность сможет быть достигнута только в отдаленном будущем. Не принимая во внимание погрешности воспитания, речь идет о том, что до 35-го года у человека сохраняется известная закономерность.

26