То, что я рассказал вам, было золотым правилом древних Мистерий. Как неоднократно в других случаях, так и в данном мы находим у философов древности отзвук этого основного положения  Мистерий: у Аристотеля там, где он говорит о добродетелях, есть выражение, которое мы можем понять не иначе кaк зная, что то, что ceйчас сказано, являлось основным положнием  Мистерий, переданное Аристотелю и включённое в его философию.     

8

Отсюда замечательное определение Аристотелем добродетели, котоpaя гласит: “добродетель есть человеческий навык, ведомый разумной предусмотрительностью, который сохраняет по отношению к человеку середину между "слишком много" и слишком мало".      

9

Тем самым Аристотель действительно дал такое определение добродетели, какого позже не могла достигнуть ни одна философия. И найти это действительно правильное Аристотель мог потому, что руководился традицией, исходящей из Мистерий. Итак, эта  знаменитая середина, которая должна быть соблюдена, если человек действительно должен быть добродетельным и, если моральная сила должна пронизать мир. Но теперь мы можем ответить тaкжe на вопрос, почему вообще должна существовать мораль? Что происходит в том случае, когда морали нет, когда совершается дурное, когда происходит "слишком много", то есть самопотеря человека, благодаря его раздроблению на  "слишком мало", то есть утрата человека со стороны мира?  В каждом таком случае нечто всегда разрушается. Всякое зло, всякое не-моральное есть разрушение, разрушительный процесс, и в тот момент, когда человек понимает, что делая дурное, он поступает не иначе, как разрушив нечто, отняв нечто от мира - в этот момент добро действует на человека покоряющим образом. И особенной задачей Антропософского Мировоззрения - Которое, собственно, лишь начинает своё вступление в мир - является сделать ясным, что всякое зло обусловливает разрушительный процесс, отнимает от мира нечто такое, на что расчитывалось.

10

Когда в Духе Нашего Антропософского мировоззрения мы держимся принципа, который мы только что отметили, тогда то, что мы знаем относительно природы человека, ведёт нас к особому определению добра и зла. Мы знаем, что душа ощущающая развилась главным образом в древне-халдейскую эпоху, в третий послеатлантический период развития. О том, чем была эта эпоха развития, современная жизнь имеет слабое понятие, внешняя история едва достигает далее египетского времени. Мы знаем, что душа рассудочная развилась в четвёртый период, в греко-латинское время, и что теперь в настоящее время мы находимся в периоде разввития души сознательной. Самодух появится лишь в шестом периоде послеаатлантичеокого развития.

11

Прежде всего спросим себя: как может отклоняться от правильного в ту или иную сторону душа ощущающяя?  Душа ощущающая есть то, что даёт человеку возможность ощущать мир вещей, воспринимать их, принимать в них участие, проходить мировой путь, не оставаясь невежественным по отношению к вещам, но приобретая отношение к ним. Всё это является действием души ощущающей. Одну сторону, в которую человек может отклониться, мы найдём для души ощущающей если спросим себя, что же это такое вообще, что даёт человеку возможность иметь отношение к окружающим его  вещам, есть то, что мы можем назвать интересом к вещам.  Этим словом  "интерес" выражено в моральном смысле нечто очень значительное. И гораздо важнее принять во внимание моральное значение интереса, чем предаваться тысячам и тысячам прекрасных, хотя быть может  квази-священных мелких правил морали. Ничем не нправляются к лучшему наши моральные импульсы так, как тем, что мы приобретаем правильный интерес к вещам и существам. Постарайтесь уяснить себе это. В более глубоком смысле мы говорили во вчерашней лекции о любви как об импульсе, так что теперь не может возникнуть недоразумений,  если сейчас мы скажем  следующее: обычное часто произносимое  "любви, любви и любви" не может заменить  того морального импульса, который   ЛЕЖИТ  в том, что можно обозначить словом "интерес".

12

Предположим, что перед нами ребёнок. Каково предварительное условие, необходимое для того, чгобы мы посвятили себя ребёнку? Каково предварительное условие, необходимое для того, чтобы мы могли вести этого ребёнка вперед? Предварительное условие есть то, что мы интересуемся его существом. Это есть уже известная болезненность человеческой души, если человек отступает перед тем, к чему питает интерес. Что импульс интереса является особенным, золотым импульсом в моральном  смысле - это будет познаваться тем больше, чем больше люди будут проникать к действительным моральным основам, а не читать лишь моральные проповеди. Расширяя наш интерес, нашу возможность с пониманием переноситься в вещи и существа, мы тем самым призываем  наши внутренние силы и по отношению к людям.

13

Даже сострадание пробужается соответственно правильному образу, если у вас есть интерес к существу, и когда мы, как антропософы, ставим своей задачей всё увеличивать наши интересы и расширять горизонты, тогда благодаря этому повышается также и вообще братство людей. Не проповедью всеобщей человеческой любви мы можем двигаться вперёд, а тем, что мы все больше и больше повышаем и расширяем наши интересы и становимся всё более способными  интересоваться и с пониманием идти навстречу душам самых различных темпераментов, самых различных задатков, характеров, расовых способностей, национальных свойств, самых различных религиозных и философских исповеданий. Правильное понимаие, правильный интерес вызывает из души правильный моральный поступок. Но и здееь человек должен держаться середины между двумя крайностями. Одна крайность — это тупость, которая идёт мимо всего и причиняет огромное моральное несчастье миру, которая живёт только в себе самой и упрямо стоит только на своих принцпах и всегда говорит одно: это моя точка зрения. Иметь точку зрения в моральном отношении вообще плохо. Самое существенное для нас - это иметь открытые глаза на всё что нас окружает. Тупость вырывает нас из мира, тогда как интерес водворяет нас в него. Вследствие нашей тупости мир нас теряет и мы становимся не – моральными. Таким образом мы видим, что тупость и отсутствие интереса к миру является в наивысшей степени моральным злом.

14