В конце атлантического времени развития человечество стояло перед третьей опасностью. Тогда должны были придти в беспорядок мышление, чувствование и воление. Эгоизм должен был войти в мышление, чувствование и воление. Что бы тогда возникло?

37

Ну, к примеру, человек то или иное захотел. За этим мог бы придти тот или иной волевой послеимпульс, другой послеимпульс мог придти в мышлении, и ещё мог придти послеимпульс в чувстве. Для развития человечества было необходимо, чтобы мышление чувствование и воление включились в качестве самоотверженных составных частей общности души. Под воздействием Люцифера и Аримана они не могли бы к этому придти.

38

Мышление, чувствование и воление должны были бы стать эгоистичными и разорвать гармоническое действование души. Тогда в конце атлантического периода развития вступило третье событие Христа. И снова существо Христа проодушевило архангельское существо, и сила, которая возникла в сверхчувственном мире благодаря тому, что Христос пронизал архангельское существо, смогла гармонизировать мышление, чувствование и воление.

39

Действительно, так же, как физические солнечные лучи должны действовать на Землю, чтобы не вся растительная жизнь засохла, должен был из сверхчувственного мира солнечный дух зеркально действовать на Землю так, как я сейчас вам описал. На третьей ступени Он гармонизировал мышление, чувствование и воление, так, что нормальная человеческая жизнь должна была гармонизироваться.

40

Что бы вышло из людей, если бы не наступило это третье событие Христа? Фуриеподобным он бы сделался от своих диких инстинктов, от своей волевой жизни. Неистовым он бы стал несмотря на то, что с другой стороны напротив его разум эгоистически язвительно думал бы о том, что представляет неистово воля. Это было отведено от человечества через третье событие Христа, когда Христос в третий раз в качестве существа Христа был во внешнем души Архангела, существа из иерархии Архангелов.

41

Человечество сохранило воспоминание о том, как человеческое страдание и человеческое мышление были гармонизированы благодаря силам, которые тогда вниз действовали из сверхчувственных миров. И этот знак воспоминания имеется, но не понимается в правильном смысле. Святой Георгий, который побеждает дракона, или Михаил, который побеждает дракона, является символом, который был образован для третьего события Христа, когда архангельское существо было проодушевлено Христом.

42

А дракон, которого он растоптал, это тот, кто в беспорядок привёл человеческое мышление, чувствование и воление. Все, кто всматриваются в эти образы святого Георгия с драконом, Святого Михаила с драконом и подобные обстоятельства, говорят в истине об третьем событии Христа.

43

И греки, которые в их чудесной мифологии создали нечто, как послеобразы того, что произошло в конце атлантического периода в духовном мире, поклонялись солнечному духу, как гармонизатору мышления, чувствования и воления в людях.

44

«Ты, Солнечный Дух», - так говорили некоторые люди в Греции, которые нечто об этом сознавали, - «ты воодушевился в эфирном духовном облике», - ибо это облик тех, кого называют Архангелами. - «Тогда ты тех, которые иначе дики и необузданны в человеческой душе в качестве мышления, чувствования и воления хаотически буйствовали, привёл в гармонию игрой на твоей чудесной лире, на которой ты тонам человеческой души даёшь гармонически звучать!».

45

Тогда стал Солнечный дух духом хранителем, который в людях дико бушующие страсти, когда они, как это могло произойти, оживают в диких испарениях, которые поднимаются из глубин Земли через земные трещины. И, если бы теперь человек себя внутренне подверг, и только бы этим испарениям предоставил действовать на себя, он был бы предоставлен диким хаотически буйствующим в нём силам мышления, чувствования и воления.

46

Так сажали греки пифию над такими, которые из Земли страсти благодаря Люциферу и Ариману в беспорядок приводящими испарениями, но Аполлон освящал пифию, побеждал дикость и страсти, и она становилась мудрой предсказательницей. В образе солнечного духа Аполлона греки воспринимали Христа третьего события Христа.

47

И в отношении того страсти побеждающего настроения пифии, в этой защите, которую Бог Аполлон обеспечивал, в нём видели греки действие третьей жертвы Христа: гармонизация приходящих в беспорядок человеческих страстей через третье событие Христа. Солнечный Бог Аполлон является для греков в сущности тем, что представляется в образе Святого Георгия или Святого Михаила с драконом.

48

Так мы видим, что имело смысл, когда Юстиниан-мученик, примечательно высказался. Изречение, которое, тогда его сделал мученик, однако, как христианское можно рассматривать, несмотря на то, что сегодняшние представители христианства его поносят.

49

Юстиниан говорил: «Гераклит, Сократ и Платон были тоже христианами, но только такими, каким христианин мог быть прежде Мистерии Голгофы».

50

Сегодняшние теологи не знают уже об этом, а в первые времена христианства христианские мученики ещё знали, что старые греческие мудрецы, которые вероятно имя Христа и не употребляли, однако на вопрос: «Кто такой Аполлон?», - могли ответить из их мистериальной мудрости исходя: «Великий Солнечный Дух, который позже будет жить в человеке, выступает, как Аполлон нам навстречу так, что он как архангельский образ в нём воодушевлён».

51