Духоиспытателю представляется следующее. В тот миг, когда совершилось Крещение на Иордане, также и мать почувствовала завершение своего преображения. Она почувствовала себя — ей было тогда сорок пять, сорок шесть лет — как бы пронизанной душою той матери, которая была матерью мальчика Иисуса, принявшего в себя на своем двенадцатом году «Я» Заратустры, и которая умерла. Как существо Христа снизошло на Иисуса из Назарета, так снизошел и дух другой матери, душа которой на некоторое время задержалась в духовном мире, на приёмную мать, с которой у Иисуса состоялся этот разговор. Она почувствовала себя как та молодая мать, которая некогда родила мальчика Иисуса, описанного в Евангелии от Луки.

22

Представим себе надлежащим образом бесконечную значительность этого события! Постараемся почувствовать это, но почувствовать и то, что теперь на Земле жило особенное существо: существо Христа в человеческом теле, существо, которое до этого еще никогда не жило в человеческом теле, которое до сих пор пребывало только в духовных царствах, которое не имело за собой земных жизней, которое знало духовные миры, но не мир Земли! Земное оно встретило только в том, что было как бы запасено тремя телами Иисуса из Назарета: физическим телом, эфирным телом и телом астральным. Оно снизошло в эти три тела, какими они стали под влиянием тридцатилетней жизни, которую я описал. Свежо, непредвзято переживало поэтому существо Христа то, что в настоящий момент оно переживало на Земле.

23

Сначала это существо Христа погрузилось в одиночество. Это нам показывают Акаша хроника и Пятое Евангелие. Иисус из Назарета, в теле которого была теперь индивидуальность Христа, оставил в теле все, что его связывало прежде с остальным миром. Христос только что спустился на Землю. Его сущность притягивалась в настоящий момент к тому, что, благодаря телесным впечатлениям, которые как бы остались в памяти, сильнее всего отпечаталось в астральном теле. Христос словно сказал себе: «Да, это то тело, которое пережило бегущих Аримана и Люцифера, которое почувствовало, что своими стремлениями ессеи отталкивают Аримана и Люцифера к другим людям». К ним, к Ариману и Люциферу, чувствовал Христос притяжение, ибо говорил себе: «Это те духовные существа, с которыми надлежит бороться людям». Сначала это привело существо Христа, в первый раз обитающего в человеческом теле, в земном теле, к борьбе с Люцифером и Ариманом в одиночестве пустыни. Я думаю, что сцена искушения, как я теперь её расскажу, в значительной степени точная. Но такие вещи очень трудно поддаются наблюдению в Акаша хронике. Поэтому я настойчиво подчеркиваю, что то или иное может незначительно видоизмениться при дальнейшем оккультном исследовании. Но существенное верно, и это существенное я сообщаю вам. Сцена искушения описана различными Евангелиями, но они освещают её с различных сторон. На это я часто указывал. Я пытался исследовать сцену искушения и хотел бы непредвзято рассказать, что произошло в действительности.

24

Существо Христа в теле Иисуса из Назарета, удалившись в одиночестве в пустыню, встретило сначала Люцифера, Люцифера, каким он вершит и действует, каким он подступает, искушая, к людям, когда они переоценивают самих себя, имеют слишком мало смирения и самопознания. Ввести в фальшь высокомерия, подвести людей к гордыне, к самовозвеличиванию: вот чем искушает Люцифер! Теперь Люцифер выступил навстречу Христу Иисусу и сказал ему приблизительно те слова, которые находятся также и в других Евангелиях: «Взгляни на меня! Другие царства, в которые переселен человек, которые основаны другими богами и духами, — они стары. Я хочу основать новое царство; я высвободил себя из мирового порядка; я дам тебе все, что как прекрасное и великолепное существует в древних царствах, если ты войдешь в мое царство; но ты должен отойти от других богов и признать меня!» И Люцифер описал красоту и великолепие люциферического мира, все, что должно было бы увлечь человеческую душу, если в ней осталось хоть немного гордыни. Но существо Христа пришло из духовных миров, Христос знал, кем является Люцифер и как должна вести себя душа, которая не хочет быть соблазнена им на Земле. Он не был затронут люциферическим искушением, он знал, как надо служить богам и он, Христос, был силен настолько, чтобы отстранить Люцифера.

25

Тогда Люцифер произвел вторую атаку, призвав на помощь Аримана, и они уже оба обратились ко Христу. Один, Люцифер, хотел возбудить в нем высокомерие, второй, Ариман, обратился к его чувству страха. Поэтому один сказал: «Если ты признаешь меня, то силой моей духовности, силой того, что я могу тебе дать, ты сможешь обойтись без того, в чем ты нуждаешься теперь, когда как Христос ты вошел в человеческое тело. Это физическое тело подчиняет тебя себе; ты обязан признать законы тяжести. Оно препятствует тебе преодолеть закон тяжести, но я могу поднять тебя над законами тяжести. Если ты меня признаешь, я сниму последствия падения, и с тобой ничего не случится! Бросайся вниз с зубца стены! Ибо написано: «Я ангелам предпишу, чтобы они оберегали тебя, чтобы ногою своею ты не преткнулся о камень». Ариман, думая воздействовать на его страх, сказал: «Я охраню тебя от страха! Бросайся вниз!»

26

И оба наступали на него. Но так как в своём обоюдном напоре они как бы уравновешивали один другого, он мог спастись от них. Он нашел силу, которую человек должен найти на Земле: подняться над Люцифером и Ариманом.

27

Тогда Ариман сказал: «Люцифер, ты мне не нужен, ты только мешаешь мне, ты не увеличил мои силы, а уменьшил их, я буду искушать его один. Ты только препятствовал тому, чтобы эта душа подпала нам». Здесь Ариман удалил Люцифера и произвел последнюю атаку уже самостоятельно, сказав то, что отмечено в Евангелии от Матфея: «Преврати минеральное в хлеб, преврати камни в хлеб, если ты хочешь прославиться Божественной силой!» — Тогда Христос ответил: «Не одним хлебом живут люди, но тем, что как духовное идет из духовных миров». Это особенно хорошо знал Христос, потому что он только что спустился с духовных высот. На это Ариман ответил: «Ты прав, конечно. Но, то, что ты прав и поскольку ты прав, это, в сущности, не мешает мне по-своему держать тебя в руках. Ты знаешь только то, на что способен дух, нисходящий с высот, но ты еще не был в людском мире. Там внизу, в людском мире эти люди живут совсем иначе, они поистине нуждаются в претворении камней в хлеб, им совершенно невозможно питаться только духом».

28