В этом цикле перед нашими душами предстали два значительных документа человечества - хотя бы в самых кратких характеристиках, насколько это возможно было в течение этих немногих дней - и мы увидели, какие импульсы должны были влиться в развитие человечества, дабы могли воз­никнуть эти два значительных человеческих документа: возвышенная Гита и Послания Павла. Для нашего понимания важно было также показать основное различие между общим духом Бхагавадгиты и духом Посланий Павла.

1

Мы уже сказали: в Гите мы встречаем учения, которые Кришна может дать своему ученику Арджуне. Такие учения даются и должны даваться отдельным лицам, ибо эти учения, в сущности, какими они являются нам в Гите, интимны. Про­тив этого, конечно, говорит то, что эти учения, раз они содержатся в Гите, доступны теперь всем. Они, правда, не были доступны в то время, когда была создана Гита. Не каждый мог их слышать, ибо они сообщались лишь устно. В те древние времена учителя заботились о том, чтобы считаться со зрелостью учеников, которым они сообщали соот­ветствующие учения; на такую зрелость всегда обращали внимание.

2

В наше время это стало невозможным в отно­шении всех тех учений и наставлений, которые хоть раз тем или иным способом стали достоянием гласности. Мы живем в то время, когда духовная жизнь является в известном отношении открытой. Это не оттого, что в наше время более не может существовать никакого тайноведения, но это тайноведение может быть тайноведением не оттого, что его не позволено печатать или не будут распространять. В наше время достаточно тайных знаний. Такими являются, например, «Наукоучение» Фихте, и несмотря на то, что каждый может иметь его в напечатанном виде, это настоящее тайное учение; наконец, также тайным учением является философия Гегеля, ибо она мало кому знакома и у нее немало оснований оставаться тайным учением, и это так для многих вещей в наше теперешнее время. Учение о науке Фихте или философия Гегеля, дабы оставаться тайными учениями, обладают очень простым средством, заключающимся в том, что они написаны так, что большинство людей их не понимают и засыпают, прочитав первые строки, первые страницы. Поэтому они остаются тайным учением, и так в наше время обстоит дело с очень многим, о чем люди думают, что они это знают. Они его не знают, потому оно и остается тайным учением. Тайным по существу учением остаются и такие вещи, какие мы находим в Гите, хотя благодаря печати они и могут стать известными широким кругам. Ибо один, берущий в руки Гиту, видит в ней великие, мощные откровения об эволюции подлинного внутреннего существа. Другой видит в ней только интересное поэтическое произведение, и все понятия и чувства, высказанные в Гите, превраща­ются для него лишь в тривиальности. Ведь даже если кто-то умеет словами Гиты выразить то, что заключается в Гите, это совсем не означает, что человек действительно проработал в себе то, что заложено в Гите, оно может быть ему совсем чуждо. Так сама вещь, благодаря высоте ее со­держания, оказывается защищенной против того, чтобы стать общедоступной.

3

Но при этом остается в силе, что учения, которые проработаны в поэтической форме в Гите, являются такими учениями, которые должен ис­полнять, переживать отдельный человек, если он хочет возвыситься в своей душе и в конце концов пережить встречу с владыкой йоги, Криш­ной. Таким образом, это индивидуальное дело, нечто, с чем обращается великий учитель к отдельному человеку. Иначе дело обстоит, если рас­смотреть с этой точки зрения содержание Посланий Павла. Здесь мы видим, что все явля­ется достоянием общины, все является делом, которое обращается по существу к массе. Ибо если мы обратим внимание на внутреннейший нерв существа учения Кришны, то мы должны ска­зать: то, что переживается благодаря учению Кришны, переживается для себя в строгой отъеди­ненности отдельной души, и встретить Кришну также можно, лишь будучи душевным странником, нашедшим снова путь к пра-откровению и пра-переживаниям человечества. То, что может дать Кришна, должно быть дано каждому отдельному человеку.

4

Иначе обстоит дело с откровением, которое дано миру в импульсе Христа. Импульс Христа с самого начала был задуман как импульс, который обращается ко всему человечеству, и мистерия Голгофы имеет значение не только для отдельной души, но если мы помыслим себе все человечество от начала до конца развития Земли, то совершившееся на Голгофе совершалось для всех. Это в высшей мере общее для всех дело. Поэтому стиль Посланий апостола Павла, помимо всего того, что уже охарактеризовано, должен быть совсем иным, чем стиль возвышенной Гиты.

5

Представим себе хоть раз живо отношение Кришны к Арджуне. Он дает ему, так сказать, однозначные наставления как владыка йоги о том, как тот должен возвышаться в своей душе, чтобы увидеть Кришну. Противопоставим этому особенно сильное место в Посланиях апостола Павла, где к Павлу обращается община с вопросом: истинны или нет те или другие вещи, могут ли они считаться правильным воззрением по отношению к тому, чему учил Павел. И в данных здесь Павлом наставлениях мы находим место, которое, без сомнения, можно вполне сравнить по своему ве­личию, даже в художественно-стилистическом от­ношении, с тем, что мы находим в возвышенной Гите; но в то же время мы находим совсем иного рода душевное ощущение. Это там, где Павел пишет к коринфянам о том, как должны действо­вать совокупно различные человеческие дарова­ния, существующие в одной группе людей.

6

Кришна говорит Арджуне: ты должен быть таким-то и таким-то, делать то-то и то-то, тогда ты будешь подниматься со ступени на ступень в своем душевном бытии. - Павел говорит коринфя­нам: у одного из вас такое-то дарование, у другого такое, у третьего такое, и все это гармонически действует вместе, как действуют сообща члены человеческого тела, и тогда возникает также ду­ховное целое, которое может быть духовно пол­ностью пронизано Христом. - Таким образом, Павел обращается к людям, которые действуют сообща, то есть ко множеству. И по значитель­ному поводу, то есть тогда, когда речь идет о даре так называемого говорения языками, он обращает­ся ко множеству.

7

Что такое это говорение языками, которое мы находим в Посланиях Павла? Это ничто иное, как остаток старых духовных даров, которые снова выступают нам в современности в обновленном виде, но при полном человеческом сознании. Ибо когда мы говорим об инспирации в наших мето­дах посвящения, речь идет тогда о том, что человек, достигнувший в наше время инспирации, соединяет с этой инспирацией ясное сознание, также, как он соединяет ясное сознание со своей повседневной деятельностью рассудка и восприя­тий чувств. В древние времена это было иначе; тогда соответствующий человек говорил, будучи как бы орудием высших духовных сущностей, ко­торые пользовались его органами, чтобы при помощи его языка выразить высшее. Тогда чело­век мог говорить отдельные вещи, которых он сам не понимал. Из духовного мира приходили возвещения, которые человек, будучи орудием, не имел нужды непосредственно понимать, и имен­но в Коринфе наступило нечто подобное. Там наступило такое состояние, что известное число людей получили дар этого говорения языками. Они могли сообщить то или иное из духовных миров.

8

С подобным даром дело обстоит так, что все, что может человек благодаря такому дару, может привести к откровению, все это откровение духов­ного мира. Но при этом может быть и так, что один скажет одно, а другой другое, ибо духовные сферы разнообразны. Один может быть инспирирован из одной области, другой - из другой, и здесь может случиться, что откровения совсем не согласуются. Согласованность можно найти только тогда, когда могут проникать в соотвествующие миры при полном сознании.

9

Поэтому апостол Павел дает наставление: «Есть люди, которые могут говорить языками, и другие, которые могут истол­ковывать сказанное языками. Они должны действовать сообща, как правая и левая руки, и нужно внимать не только говорящим языками, но и тем, кто, может быть, и не имеет этого дара, но кто может истолковать, познать, что отдельный человек в состоянии принести из той или иной духов­ной области.» - Так апостол Павел опять побуждает к общему делу, которое осуществляется благодаря совместному действию людей.

10

И в связи именно с этим говорением язы­ками Павел дает разъяснение, которое, как сказано, является в известном отношении столь чудесным, что по своему величию может быть сравнимо с сообщениями Гиты - без сомнения, это возможно и в иных отношениях, как было пока­зано вчера. Он говорит:

11

«Не хочу оставить вас, братия, в неведении и о духовных. Знаете, что, когда вы были язычни­ками, то ходили к безгласным идолам - так, как бы вели вас. Поэтому сказываю вам, что никто, говорящий Духом Божиим, не произнесет анафемы на Иисуса, и никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым.

12