Другим переживанием был процесс растворения. Другой природный процесс, который так же точно мог вести средневекового розенкрейцера к молитве. Всё то, что может растворить нечто иное, средневековый розенкрейцер называл «ртутью» или «меркуром». Тут снова выступал для средневекового розенкрейцера вопрос: «Что является соответствующим этому качеством в человеческой душе? Какое душевное качество действует так, как во внешней природе ртуть или меркур?».

24

Средневековый розенкрейцер знал, что то, что соответствует этому меркуру в душе, означает все формы любви в душе. Он различал высшие и низшие процессы растворения, также, как высшие и низшие формы любви. И таким образом становилось наблюдение также и процесса растворения снова благочестивой молитвой, и средневековый теософ говорил себе: «Любовь Божия вовне тысячи лет так действовала, как в моём внутреннем действует любовь».

25

Третьим важным природным процессом для средневекового теософа было горение, то, что наступает, когда внешнее вещество в пламени съедается. И снова искал средневековый розенкрейцер внутренний процесс, который соответствовал бы этому горению.

26

Он видел такой внутренний душевный процесс в ревностной (пылкой) самоотдаче себя Богу. И он называл всё, что может в пламени сгореть, «серой», «сульфуром». Он видел в стадиях развития Земли процесс постепенного очищения (просветления), подобный процессу горения, «серному-процессу». Так как он знал, что однажды Земля будет очищена огнем, то он видел в пылкой самоотдаче Божеству также процесс горения.

27

В земных процессах видел он работу Божеств, которые к ещё более высоким Божествам вздымали взор. Пронизанный великой набожностью и глубоко-религиозными чувствами говорил он себе при виде процесса горения: «Сейчас жертвуют Божества высшим Божествам!». Когда затем средневековый теософ в своей лаборатории проводил процесс сжигания, то ощущал: «Я делаю то, что делают Боги, когда они себя жертвуют высшим Богам!».

28

Он сам себя считал только тогда достойным приступить к такому процессу горения в своей лаборатории, когда он чувствовал себя пронизанным таким жертвенным настроением, когда он сам в себе чувствовал желание, жертвенно себя Богам отдать.

29