Можно было бы сказать, следуя склонностям нынешнего времени: «Да, мой дорогой духовный исследователь, такие за­коны, может быть, и существуют, но зачем человеку заботиться о них? Ведь инстинктивно он все равно будет их соблюдать!» Эта фраза была справедлива для прошлого. Но так как люди становятся все более и более самостоятельными и все больше прислушиваются к собственной индивидуальности, то они должны также научиться развивать в себе внутренний календарь. Как люди имеют внешний календарь, имеющий такое большое значения для внешних событий, так в будущем человек, когда его душа вырастет в своей интенсивности, сможет ощущать, например, внутренние недели», поднятие и падение чувства жизни и внутренние воскресения. Ибо человечество идет вперед к внутреннему углублению. Многое из того, что человечество раньше переживало при устроении внешней жизни по законам числа, — и чем дальше мы уйдем в будущее, тем больше чело­век будет переживать внутренне — как воскрешение макро­косма в душе. Для него станет осознанным долгом не вводить в человеческое развитие беспорядок и шумиху, нарушая из­вечные законы развития души. Люди поднимутся к понима­нию того, что желание тотчас же сообщать обо всем, что рож­дается в их душе, есть просто рафинированный, высший эго­изм. И люди, конечно, придут к тому, чтобы ощущать дух в своих душах, но не так абстрактно, как это происходит теперь; они ощутят, как этот дух в их душах действует регулярно и закономерно. И когда что-либо осенит их и они захотят сооб­щить об этом, то они уже не будут бросаться, подобно дикому быку, на человечество, но станут прислушиваться к тому, что скажет им «духом исполненная природа» внутри их.

12

Что же будет означать для людей тот факт, что все боль­шее значение станет приобретать выступающее наружу из за­кономерности внутреннего духовного? К чему мы должны бу­дем прислушиваться, и что должно действовать на нас инспи­рирующим образом? Люди теперь еще не имеют нужного чув­ства для таких вещей. Они не верят тому, что духи овладеют всем внутренним в человеке и будут действовать в нем зако­номерно. И долго еще будут рассматриваться в качестве бе­зумных — даже там, где хорошо относятся к человеческой культуре — такие слова о внутреннем закономерном действии духа. Для тех, кто верит в дух исходя из духовнонаучного познания, исполнится, в силу глубокой антипатии нашего вре­мени к этим вещам, то, что именно для нашего времени сказано в Евангелии от Марка: «И когда вас поведут и станут допра­шивать, то не заботьтесь заранее о том, что говорить, и не обдумывайте это заранее; но говорите то, что дано будет вам в тот час, так как не вы будете говорить, но Дух Святой в вас» (Мр. 13, 11)

13

Это место, особенно указывающее на наше время, мы долж­ны стараться понять в связи со всем тем содержанием Еванге­лия от Марка, которого нет в каком-либо другом Евангелии. Если вы рассмотрите как следует Евангелие от Марка, то уви­дите, что оно содержит вещи, которые в большинстве случаев можно найти также и в других Евангелиях. Но есть одно особенно замечательное место в Евангелии от Марка, и оно не встречается в других Евангелиях. Это место замечательно тем, что именно о нем было сказано много глупостей исследовате­лями Евангелий. Речь идет о том эпизоде, где Христос Иисус выступает с проповедью к народу после того, как Он избрал своих апостолов. В этом месте говорится: «И они пришли в дом, но с ними пришло столько народа, что им даже не было возможности поесть. И когда ближние услышали об этом, то пошли туда, чтобы взять Его, так как им говорили, что Он вышел из себя» (Мр. 3,20-21).

14

Этого места нет в других Евангелиях. Если мы подумаем о том, что развитие человечества в будущем будет направляться к тому, чтобы оправдались слова Павла: «не я, но Христос во мне» и что только то человеческое «я» сможет принести пло­ды, которое примет в себя импульс Христа, то мы сможем отне­сти это приведенное место в высшем смысле к нашему време­ни. И эта судьба Христа Иисуса, так наглядно выразившаяся в палестинских событиях, будет изживаться, — как и всё в со­бытии Христа, — с течением времени во всем человечестве. Все больше и больше будут ощущать в ближайшем будущем человечества, что всюду, где возвещают о Христе в духовнонаучном смысле и из внутреннего понимания, возникает глубо­чайшая антипатия со стороны тех, кто инстинктивно не захочет приблизиться к духовной науке. Нетрудно понять, что в буду­щем будет изживаться то, что в Евангелии от Марка нам дано как прообраз в событии Христа. Внешний образ жизни людей, а также и многое из того, что станет господствовать как искус­ство, и прежде всего то, что в широком масштабе предстанет как наука, — все это приведет к тому, что о тех, кто начнет возвещать о духе в смысле Христа, будут в ближайшем буду­щем говорить: «Они из тех людей, при виде которых кажется, что они сошли с ума».

15

Ибо нужно еще и еще раз сказать, что самые важные факты духовной жизни, сообщаемые духовной наукой, будут рассматриваться большинством людей в будущем как фанта­зия и безумие. И в Евангелии от Марка мы должны черпать силу и крепость, в которых мы будем нуждаться, чтобы проти­востоять сопротивлению, которое подымится по отношению к истине, найти которую станет возможно только в спиритуальности.

16

Если почувствовать тонкие стилистические различия меж­ду Евангелием от Марка по сравнению с другими Евангелия­ми, то можно также заметить, что с точки зрения духовной науки в Евангелии от Марка имеется много такого, чего нет в остальных Евангелиях. Замечаешь, что благодаря построению фраз и пропуску некоторых предложений, содержащихся в других Евангелиях, многое, что легко принять за абстракцию, получает особый оттенок. И если это почувствуют, то заметят также и то, что в Евангелии от Марка дано глубочайшее уче­ние о «я», открывающее все значение человеческого «я». Что­бы понять это, следует обратить внимание на одно исключи­тельное место этого Евангелия со всеми его особенностями, возникающими благодаря тому, что в нем выпущено то, что в других Евангелиях находится в этом эпизоде. Вглядимся же в это место.

17

И Иисус вышел оттуда, и Его последователи провожали Его в селения в окрестностях Кесарии Филипповой. И доро­гою Он спрашивал окружавших Его: «Что говорят люди о том, что есть «я»? Что признают они за это «я»? И отвечали окружавшие Его: «Люди говорят, что для того, чтобы «я» было праведным, в нем должен жить Иоанн Креститель. Дру­гие же говорят: оно должно быть пронизано Илией, и Илья должен жить в нем; а иные говорят: нужно обратиться к кому-либо из других пророков, чтобы «я» могло сказать: «Не я, но этот пророк действует во мне»». Но Он сказал, обращаясь к окружавшим его: «А что вы говорите о том, что есть «я»? — И отвечал ему Петр: «»Я» — понятое так, чтобы мы признали его в его духовности, как Ты — это Христос ». И тогда отве­чал Он тем, которые окружали Его: «Остерегайтесь говорить об этом обыкновенным людям. Ибо они еще не могут понять эту тайну». И Он начал учить стоящих вокруг Него и взвол­новавшихся от этих слов, говоря, что то в человеке, что выра­жает его «я» внешне, физически, должно много пострадать, чтобы это «я» ожило в человеке полностью. И оно должно согласиться будучи в прежнем своем состоянии, с теми, что говорили о нем старейшие учителя человечества и те, которые знают, о чем говорит святая мудрость: «В своем теперешнем образе оно не годится для жизни; оно должно быть умерщвле­но в этом образе — и вновь воскреснуть в ином, высшем образе, — воскреснуть через 3 дня, согласно отношениям миро­вого ритма». И все были поражены тем, что Он сказал эти слова свободно и открыто.

18

Здесь я должен сделать одно замечание. Такие слова могли произноситься до тех пор только в мистериях. Это была тай­на, о которой говорили до сих пор только в храмах во время мистерий. Тайна эта состояла в том, что человек в посвящении должен был пройти через «умри и стань» и проснуться через три дня. Этим объясняется то, что Петр, потрясенный этими словами, отвел Христа в сторону и сказал Ему, что об этом нельзя говорить открыто и свободно. Христос, обернувшись отвечал ему: «Если ты так говоришь, Петр, то тебе внушил это сам сатана; ибо то, что ты так говоришь об этой истине, принад­лежит уже не нашему времени, а прошлому, когда она должна была скрываться в храмах. В будущем же, в свете величайшей Мистерии Голгофы, она будет постепенно становиться достоя­нием всего человечества. Так предопределено Божественным водительством для развития человечества. И кто говорит ина­че, тот говорит не из Божественной мудрости, искажает ее, возвращая ее в тот временный образ мудрости, который она имела в прошлом человечества.

19

Приблизительно так должны мы понимать это место, которое выступает перед нами в Евангелии от Марка во всем своем величии. Мы должны уяснить себе, что импульс Христа, — именно в смысле Евангелия от Марка, — состоит в том, чтобы мы приняли Христа в наше «я», а слова Павла «не я, но Христос во мне!» все более и более осуществлялись бы в нашей душе, — причем не абстрактно, а как сила и истина. Христос послал нам Духа Святого, конкретного Духа, который действует в челове­ческой душе с той закономерностью, которая была сегодня опи­сана, инспирируя душу согласно ее внутреннему календарю.

20