Если мы углубимся в душу такого человека, как пророк Исайя, о котором говорится в самом начале Евангелия от Марка, то в его словах мы увидим приблизительно следующее. Он говорит: «Придет время, когда в душах человеческих все бу­дет выглядеть совсем иначе, чем сейчас; но это время уже подготовляется». Так думал Исайя в свое время. Что же хо­тел он сказать? Вы знаете, что Евангелие от Марка сразу же начинается мощными словами этого пророка. Вы знаете эти слова, как они обычно употребляются и как они приводятся в Евангелии от Марка. Я беру обычный перевод этих слов из перевода Карла Вейцзекера: «Вот я посылаю вестника Моего перед лицом Твоим, который приготовит путь Твой перед То­бою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему».
Вот эти слова в одном из лучших немецких переводов Евангелия.

8

Эти слова пророка Исайи указывают на великое событие в мировой истории, происшедшее в Палестине — на Мистерию Голгофы. Вы знаете, сколько труда нам стоило при рассмотре­нии других Евангелий перевести на наш немецкий язык важные места хотя бы отчасти понятным образом. Ведь дело здесь не в том, чтобы дать условный перевод, но передать обороты речи так, чтобы все глубокое значение и смысл, скрытые в них, могли звучать навстречу нам в немецких словах так же, как они звуча­ли тем, кто знал все своеобразие тогдашнего языка, — и звучать для нас не только ради теоретического восприятия, но и для всех наших чувств. Тогдашний способ выражения был ведь совсем иным, чем теперешний. Прежде всего нужно обратить внимание на то, что тогдашний способ выражения не был таким абстрактным, трезвым и филистерским, как наши теперешние навыки речи: способ выражения в те времена был таким, что всегда, наряду с непосредственным смыслом слов, люди воспри­нимали более глубокий смысл и богатое значение, усваивая тем самым содержание в его полноте. Очень существенно, чтобы мы поняли, что тогда люди извлекали из слов целый мир, — гораз­до больший, чем теперь слышат в том, что говорится. Особенно­стью древнееврейского языка является именно это необычай­ное богатство его, способность скрывать за словами целые миры, — с помощью образа, взятого из чувственного мира. Такие выражения, как «приготовьте пути» или «сделайте прямыми сте­зи», — это суть образы, взятые из чувственного мира, — как бы приготовление пути лопатами и заступами. И когда нечто по­добное говорилось (это было особенностью возвышенного по сравнению с другими языка), то за выражениями, применявши­мися к чему-то внешнему, скрывались духовные миры, — при­чем их нельзя было толковать любым образом, как поступают, например, наши современные ученые с поэтами, вычитывая из них всевозможные вещи. Там же нельзя было делать это про­извольно, вкладывая в слова любой таинственный смысл. Час­тично это основывалось на том, что в древнееврейском языке имелась возможность передавать в звуке мировые тайны, специ­фическим образом употребляя гласные звуки, не выражающие­ся письменно. Тогда существовало чувственное восприятие та­ких мировых тайн.

9

В греческом (именно на этом языке мы имеем первый текст Евангелий) эти особенности еще сохранились, но не в такой сильной степени. И все же было возможно и без оккультизма дать с греческого гораздо лучшие переводы, чем те, которые были сделаны людьми, переводившими Евангелия, так как, по существу, один переводчик просто переписывал у другого, даже не пытаясь проверить филологически, как обстоит тут дело, если иметь перед собой греческий текст. Я покажу Вам позже на отдельных примерах, как здесь делались ошибки и т. д. Сегодня же я не хочу этим задерживать наши рассмотрения, но хочу попробовать — не филологически, но с помощью того, что можно знать из духовного исследования, — показать Вам кое-что существенное в начале Евангелия Марка. Я хотел бы привести то важное место в пророчестве Исайи, где он гово­рит о том, что придет с Палестинским событием, чтобы вы почувствовали, что под этим подразумевается.

10

Прежде всего важно, чтобы мы уяснили себе, что слово «Angelos», — «вестник» или «Ангел», — в те древние времена употреблялось только в том смысле, как мы его употребляем при разговоре об иерархиях, — то есть как обозначение таких сущностей, которые при перечислении иерархий сверху вниз не­посредственно предшествуют человеку. Нужно почувствовать, что под словом фпн Ьггелпн подразумевается именно сущ­ность этой иерархической ступени. Если же это не чувствуется, то и все место не может быть верно понято. Поэтому только духовная наука может стать основой для понимания таких ве­щей. Но если это понимается правильно, то мы можем создать основу того, что оккультизм говорит о событии Христа. Ибо какова сущность импульса Христа? Мы выразили это так: бла­годаря импульсу Христа в душу человека пришло полное со­знание того, что в ней должно утвердиться «я», самосознающее «я», и что постепенно из этого «я» в течение следующего зем­ного развития должны придти все те тайны, которые раньше приходили из астрального тела с помощью определенного есте­ственного ясновидения.

11