Итак, нравственность была дана древнееврейскому народу путем откровения извне (подобно другим откровениям о других царствах природы). Это могло случиться лишь благодаря тому, что Заратустра заботился о продолжении своего дела, для чего он передал Моисею свое эфирное тело, а Гермесу - астральное. Этим путем Моисей получил способность воспринимать то, что действует во внешнем мире так, как это мог Заратустра, но при этом он воспринимал уже не только безразличные, нейтральные силы, но и то, что нравственно управляет миром, то, что может стать заповедью. Потому древнееврейский народ жил так, что в его культуре заключалось то, что мы можем назвать послушанием, покорностью закону. Другое же духовное течение - буддизм - несло в себе как идеал направлять человеческую жизнь по "восьмичленному пути".

16

Но древнееврейский народ также должен был быть удержан в своем развитии до определенного момента, до появления Принципа Христа. Он должен был быть огражден от откровения Будды, он должен был быть, так сказать, задержан в некоем незрелом состоянии культуры. Потому внутри древнееврейского народа должны были существовать личности, которые постольку, поскольку они были людьми, не могли принять в себя всю полноту существа такой индивидуальности, которая могла представлять "Закон". Внутри древнееврейского народа не могла появиться индивидуальность, подобная Будде. Была лишь возможность прийти к закону путем озарения извне, ибо Моисей обладал эфирным телом Заратустры и мог воспринимать то, что не было рождено в его собственной душе. Древнееврейский народ не обладал возможностью родить закон из своего собственного сердца. Но дело Моисея должно было быть продолжено так, чтобы в определенный срок оно могло бы дать нужный плод. Поэтому в древнееврейском народе были явлены такие индивидуальности, как пророки и провидцы. Одним из замечательных провидцев был Илия.

17

Илия должен был стать в еврейском народе как бы блюстителем того, что было учреждено Моисеем. Но из народной массы не мог родиться человек, целиком вплетенный в то, что содержал в себе закон Моисея, что можно было воспринять лишь путем откровения извне. То, что мы охарактеризовали как необходимое для индийской эпохи, как своеобразную природу Бодхисатвы, - это должно было также выступать все снова и снова и в еврейском народе. И в нем также должны были быть индивидуальности, не вполне погруженные в человеческую личность, находившиеся одной частью своего существа в земном человеке, другой же - в духовном мире. Такой индивидуальностью был Илия. То, что находилось на физическом плане как личность Илии, содержало лишь часть всего существа Илии. Я Илии не могло полностью проникнуть n физическое тело Илии. Его нужно назвать личностью, "исполненной Духа Святого". И было бы невозможно вызвать в мире явления, подобного Илие, посредством обыкновенных простых сил, какими обычно вызывается появление в мир человека.

18

Обычно, когда человек должен вступить в мир, физическое человеческое существо развивается в материнском из физических процессов таким образом, что в определенный момент индивидуальность, воплощавшаяся уже ранее, просто соединяется с этим физическим существом. У обычного человека развитие течет по обыкновенному руслу, не затрагивая тех особых сил, которые лежат вне обычного пути. Но с такой индивидуальностью как Илия дело обстоит иначе. В этом случае затрагиваются другие силы, работающие над той частью индивидуальности, которая остается в духовном мире. На такого человека должно быть оказано воздействие извне. Потому, воплощаясь в мире, эти индивидуальности появляются инспирированными, гонимыми духом. Они являются экстатическими личностями, далеко превосходящими то, что им может подсказать их обыкновенный разум. Таковыми являются все пророки Ветхого Завета. Их ведет дух, и их Я поэтому не всегда может дать себе отчет в том, что оно делает. Дух обитает в личности, но получает силы извне.

19

Такие личности по временам уединяются, и тогда происходит то, в чем нуждается такая личность: отходит часть Я, и Дух глаголет свыше. В экстатических, бессознательных состояниях такое существо внимает вдохновению свыше. Этой способностью особенно отличался Илия. То, что жило в нем в течение его земной жизни, что произносили его уста, на что указывали его длани, - все это исходило не только из той части его существа, что жила в нем, но это были также откровения божественно-духовных существ, стоящих за Илией.

20

Перевоплощаясь, Илия должен был соединиться с телом ребенка, рожденного Захарией и Елизаветой. Из Евангелия мы знаем, что мы должны воспринимать Иоанна Крестителя как перевоплощенного Илию.(Мф. 17, 10-13). Но эта индивидуальность в своих прежних перевоплощениях не приучилась при посредстве заложенных в ней при нормальном течении жизни сил развить все то, что должно было быть развито. При обычном течении жизни во время развития физического человеческого тела в материнском лоне пробуждается внутренняя сила Я. Но это не было сделано индивидуальностью Илии в прежние времена, ибо она не спускалась еще столь низко долу. Я Илии приводилось в движение путем воздействия извне, а не посредством своих собственных сил, как это бывает обычно. И теперь это должно было повториться. Сильнее выступившим из духовного мира, уже приближенным к земле, является Я этого существа, которое теперь гораздо больше связано с землей, нежели те существа, которые дотоле водили Илией. Теперь должен был быть создан переход к слиянию духовных течений Будды и Заратустры. Все должно было быть обновлено. Теперь должна была действовать извне сущность, связанная с Землей и ее развитием так, как и был связан с ней Будда, соединенный с натановским Иисусом посредством своего Нирманакайя. Эта сущность, связанная, с одной стороны, с землей, а с другой, ведь опять-таки отозванная, ибо действовала только в Нирманакайя, жившем "по ту сторону" земли, ибо она была снова вознесена и парила над головой натановского Иисуса, она должна была теперь действовать извне и раскрывать силы Я Иоанна Крестителя.

21

Итак, Нирманакайя Будды действовало на развитие силы "Я" Иоанна так, как ранее духовные силы действовали на Илию. В те времена существо Илии в известные моменты впадало в экстатическое состояние, тогда говорил Бог, исполняя его Я реальной силой, которую Илия мог затем сообщать внешнему миру. Теперь было вновь духовное существо, которое как Нирманакайя Будды парило над натановским Иисусом; теперь оно воздействовало на Елизавету, когда она должна была родить Иоанна: привело в движение зародыш Иоанна в теле матери на шестом месяце беременности и пробудило его Я. Итак, эта сила, поскольку она теперь стояла ближе к Земле, повлекла за собой уже не просто вдохновение, но истинное формование Я Иоанна. Под влиянием посещения Марии, Я Иоанна Крестителя пришло в движение. Таким образом, Нирманакайя Будды действовало пробуждающе и высвобождающе - вплоть до физической субстанции - на Я бывшего Илии - Иоанна Крестителя. Чего же должны мы ожидать теперь?

22

Подобно тому, как некогда в девятом веке до нашей эры Илия произносил мощные слова, бывшие в действительности "словами Бога", подобно тому, как указующий жест его длани был, по существу, указом самого Бога, в тот момент, когда оживало все, что было заключено в Илие, то же самое должно было произойти с Иоанном Крестителем. Все, что заключалось в Нирманакайя Будды, влияло как вдохновение на Я Иоанна Крестителя. То, что открывалось Евангельским пастухам, что парило над натановским Иисусом, это распространило свою силу на Иоанна Крестителя. И его проповедь была прежде всего возрожденной проповедью Будды. При этом выявляется нечто в высшей степени своеобразное, долженствующее глубоко влиять на нашу душу. Вспомним Бенаресскую проповедь, в которой Будда говорит о страданиях в жизни и об освобождении от них при помощи "восьмичленного пути", к которому должна стремиться человеческая душа. Тогда Будда возвестил то, что он познал как "восьмичленный путь". Часто к этой проповеди Будда присовокуплял следующее: "До сих пор вы имели учение браминов, которые говорят о том, что они происходят из самого Брамы и уверяют, что вследствие происхождения от этого благородного источника они обладают особым преимуществом перед всеми остальными людьми. Они говорят, что человек ценен именно благодаря происхождению. Я же говорю вам, что ценность человека зависит исключительно от того, что он совершает из себя самого, а вовсе не обусловлена его происхождением. Человек становится достойным великой мудрости мира лишь благодаря тому, что совершил он из себя самого как индивидуальный человек". Потому-то Будда и возбуждал гнев браминов, что указывал на личные качества человека, говоря: "Истинно говорю вам, можно сколь угодно называть себя брамином, но не в этом дело, а в том, чтобы человек собственными личными силами сделал себя просветленным". Это, хотя и не буквально, было смыслом многих проповедей Будды. И обычно в продолжение он указывал на то, что человек, постигший мир страданий, способен ощущать сострадание и сделаться утешителем и помощником, а также может принимать участие в судьбе других, ибо он знает, что воспринимает наравне с ними их страдание и боль.

23

И теперь Будда, облеченный в Нирманакайя, осеняющий натановского Иисуса, продолжил свою проповедь, вкладывая свои слова в уста Иоанна Крестителя. То, что говорил Иоанн, было инспирировано Буддой. И следующие, например, слова Иоанна звучат как непосредственное продолжение проповеди Будды: "Вы называете себя потомками тех, которые в служении духовным силам именовались сынами Змеи, и ссылаетесь на мудрость Змеи; кто вам дал право на это? Думаете ли вы принести достойные плоды покаяния, говоря: Отец наш - Авраам? - Не говорите: отец наш Авраам."

24

И здесь Иоанн продолжает проповедь Будды: "Но стремитесь сделаться истинными людьми в тех условиях, в какие поставила вас жизнь. Истинный человек может быть воздвигнут на месте, попираемом вашей ногой. Поистине, Бог может из камней воздвигнуть детей Аврааму" (Лк. 3, 7 - 8). И затем он говорит, поистине продолжая проповедь Будды: "У кого есть две одежды, поделись с тем, у кого нет никакой" (Лк. 3, 11). "Пришли к нему и спросили: Учитель, что нам делать? (Лк. 3, 12) - в точности, как монахи однажды пришли к Будде, чтобы спросить: что нам делать? Все эти изречения выглядят как слова Будды или их продолжение.

25

Так проявляются существа на физическом плане, разрушая преграды времени. Устанавливая эти вещи, мы познаем единство религий и духовных провозвестий. Мы учимся понимать истинную сущность Будды не тогда, когда держимся общепринятого, а когда прислушиваемся к тому, что Будда действительно говорил. В пятом-шестом веке до нашей эры Будда говорил то, что мы знаем из его Бенаресской проповеди. Но уста Будды не умолкли. Он продолжает свою проповедь даже тогда, когда находится вне физического плана, инспирируя своим духовным телом Нирманакайя. И из уст Иоанна Крестителя слышим мы то, что хочет сказать нам Будда шесть веков спустя после своего воплощения в физическом теле. Таково единство религий. Каждую религию в ходе развития человечества мы должны брать в соответствующий момент и в ней искать живое, но не мертвое, ибо все развивается далее. Это мы должны учиться понимать и постигать. И тот, кто из уст Иоанна Крестителя не слышит речений Будды, подобен человеку, который, посадив однажды росток розы, и затем, когда последний, взойдя, покрывается цветами, не желает видеть то, что этот розовый куст произошел из посаженного им ростка, и говорит: "Это нечто совершенно другое". В действительности же то, что жило в ростке, цветет теперь в розах. То, что жило в Бенаресской проповеди, расцвело в Иорданской проповеди Иоанна Крестителя.

26