К чему приводит первая ступень посвящения? Как она представляется человеческой душе? Не думайте, что это развитие заключается только в философских умозаключениях, в синтезировании понятий и уточнении их. Те понятия, которые человек имеет во внешнем чувственном мире, они изменяются в том человеке, который доразвился до восприятия духовного мира. Человек постигает уже не путем резко очерченных понятий, а посредством образов, имагинации. Ибо человек дорастает до духовной, миросозидающей работы. Такими определенно и твердо оконтуренными, какими мы их видим, являются именно только предметы чувственного мира. В миросозидающем процессе вы не увидите животного с твердыми контурами. Там у вас в основе имеется нечто вроде образа, из которого могут возникнуть различные внешние формы — расчлененная (сочлененная) в себе действительность. Надо строго придерживаться выражения Гете: «Все преходящее есть лишь подобие». Посвященный прежде всего учится познавать и понимать духовный мир в образах, учится таким образом восходить в духовный мир. Для этого его сознание должно быть более подвижно, чем то, которое нам служит для построения окружающего нас чувственного мира. Поэтому эту ступень развития называют имагинативным сознанием. Она вновь вводит человека в духовный мир, но уже не в сумеречном сознании. Это долженствующее быть достигнутым в результате посвящения сознание ясно и светло, как то, которым человек обладает при дневном сознании, как само это дневное сознание. Человек обогащается тем, что к дневному сознанию он дополнительно приобретает сознание духовного мира. И то, что посвященные таким образом переживали в духовных мирах, сообщения об этом находятся в древних документах Человечества, совершенно так же, как о низменной науке геометрии Человечество получило сообщение через Евклида. Мы узнаем, что находится в этих документах (летописях), когда мы обращаемся вновь к источнику: к прозрению посвященных.

12

Так происходило это все в Человечестве вплоть до появления величайшего Существа, которое когда–либо ходило по земному шару, — Христа Иисуса. С Его появлением новый элемент вступает в развитие. Если мы хотим выяснить себе, в чем состоит то существенно новое, что было даровано Человечеству Христом Иисусом, мы должны принять во внимание, что во всех дохристианских местах посвящения человек посвящался таким образом, что было необходимо полностью выйти из остального человеческого развития, работа над его душой шла в местах глубочайшей тайны. И прежде всего мы должны уяснить себе, что в сознании человека все еще имелось нечто от перехода (когда он вновь поднимался в духовный мир) от древнего, исключительно сонного образного сознания. Человек должен был бежать из этого чувственного мира для того, чтобы иметь возможность вступить в духовный мир. Что в данное время это более не является необходимым, это было результатом появления на Земле Христа Иисуса. Благодаря тому, что Христов Принцип вступил в Человечество, случилось, что Центральное Существо духовного мира однажды находилось на этой Земле исторически, то самое Существо, по Которому тосковали все те, которые узнали религиозную жизнь, которые созерцали в обителях посвящения, которые отошли от чувственного мира для того, чтобы вступить в духовный мир. То Существо, о Котором предвозвещалось, что человек встретит в Нем свое Наивысшее, — это вступило в лице Христа Иисуса в историю Человечества. И тот, кто хоть немного понимает в истинной духовной науке, знает, что всякое религиозное возвещение до появления Христа Иисуса было предвозвестием Христа Иисуса. Когда древние посвященные хотели говорить о том Наивысшем, что было им доступно в духовном мире, что они могли лицезреть в качестве первопричины всех вещей, тогда они говорили под самыми различными наименованиями о Христе Иисусе. Вспомните лишь один пример: «Ветхий Завет», который тоже является предвозвестием. Вспомним, как Моисей, когда он должен был вести свой народ, получил веление: «Скажи своему народу, что то, что ты должен делать, было сказано тебе Господом Богом». На это Моисей сказал: «Как поверят мне люди, как я вызову в них убеждение? Что должен я сказать, когда они спросят меня: “Кто тебя послал?”» И ему дается веление: «Скажи: Аз Есмь — вот кто меня послал». Прочтите это и сравните как только можете точно с оригинальным текстом и вы увидите, в чем тут дело. «Аз Есмь» — что это значит? «Аз Есмь» — это имя Божественной Сущности, Христова принципа человека, того Существа, Которого человек чует в себе как каплю, как искру, когда он может сказать: «Я есмь». Камень не может сказать: «Я есмь», растение и животное не могут сказать «Я есмь». Человек является венцом творения потому, что он может сказать себе: «Я есмь», что он может произнести имя, которое ни к кому не относимо и имеет значение только для того, кто его произносит. Только вы одни можете сказать самому себе “Я”. Никто не может вас назвать “Я”. Здесь душа говорит сама с собой в том слове, в которое имеет доступ лишь такая Сущность, Которая входит в душу не через какой–либо внешний орган чувств, никаким внешним путем. Здесь глаголет Бог. Поэтому имя «Я есмь» было дано Божеству, наполняющему мир. «Скажи — тебе это я сказал, “Я есмь!”» — так должен был возвестить своему народу Моисей. Лишь медленно научаются люди вполне понимать глубокий смысл этого «Я есмь». Не сразу почувствовали себя люди отдельными людьми. Это вы можете найти еще в Ветхом Завете. Тогда люди еще не чувствовали себя обособленными людьми. Принадлежащие к германским племенам люди так же, даже уже во времена христианской церкви, не чувствовали себя отдельными людьми. Вспомните херусков, тевтонов и т.д., те германские племена, в стране которых находится нынешняя Германия. Отдельный херуск больше ощущал племенную (видовую) душу, в отношении которой он казался себе членом. Отдельный человек не мог бы сказать в той резкой форме, как нынче, «Я есмь»; он чувствовал себя спаянным в один общий организм с теми, кто были ему родственны по крови. Это кровное родство занимает обширнейшую область у последователя Ветхого Завета. Отдельный человек чувствовал себя сокрытым в целом народе; в этом народе для него господствует “Я”. Он хорошо понимает, что означает: «Я и Отец Авраам — одно», ибо он прослеживает кровное родство через поколение вплоть до Авраама; он знает, когда он хочет выйти из рамок своего отдельного “Я”, что он скрыт в лоне отца Авраама, кровь которого, являющаяся внешним носителем всеобщего народного “Я”, течет в поколениях его нисходящих потомков.

13