*

Рассмотрению пасхальных изречений Календаря, а затем прихо­дящихся позднее на время праздников Вознесения и Троицы, есте­ственным образом уделялось особое внимание в ходе семинарских занятий весны-лета в Харькове.

41

Тому значительному, что открывается при сопоставлении изре­чений первой и последней в году Пасхальных недель, был ранее по­священ целый раздел Первой части этой книги (стр. 14-18), и потому здесь важно отметить лишь то новое, что увиделось в них теперь при групповой работе.

42

Кажется, Х.Л. ван Хаудуверу принадлежит мысль, что собствен­но все изречения Календаря - в сущности пасхальные. Более того, Хаудувер пишет, что созданный Рудольфом Штейнером Календарь души отвечает первоначальной форме посвящения; душа, правильно вживающаяся в поступь времени, тем самым в ходе каждого года пе­реступает ступени высшего познания и таким образом ежегодно жи­вет в ритме, ведущем ее в ходе времени к пробуждению в Духе. Но ведь первоначальная предпосылка этого пробуждения - свершивше­еся на земле рождение Я Христа... (ср. Х.Л. ван Хаудувер «Наблюде­ния над антропософским Календарем души», Штутгарт, 1975).

43

Итак, в ходе пасхальных занятий мы обратились к обычной четверице соответствующих изречений:

44

Обнаружилось, что здесь мы имеем дело со своеобразной ПОРОГОВОЙ ОСЬЮ года, связывающей Праздники Пасхи и Дня Михаила¹. И уже внешнее, так сказать, рассмотрение обрамляющих эту ось изречений выявляет некую особую структуру их соотношений.

45

Только в одном еще случае в Календаре имеет место столь яв­ственное нарушение обычного характера соотношений между собой «противолежащих» и «противоположных» изречений - в случае «искушающих», Седьмых в каждой четверти недель (это подробно рас­смотрено в Четвертой части книги).

46

Стремление к от­даче себя Мирово­му Я, Мировой космической закономерности, к умалению, ра­створению своей индивидуальнос­ти в Свете и Теп­ле Мирового Бы­тия (52 -1).

Стремление к удержа­нию в себе восприня­того Мирового Света. Внутреннее пережива­ние Мирового Бытия преобразуется в пере­живание своего соб­ственного бытия. Стремление к индиви­дуализации, к свободе (26 - 27).

47

Ясно делящееся на две части, по принципу: Обращение-Отклик, все четыре рассматриваемые изречения находя! друг в друге свои «аналоги» и «антиподы» только дифференцированным образом -именно в соотношениях своих частей. Но такое же соотнесение их в целом виде определенно утрачивает ставший уже привычным при работе с Календарем характер.

48

В чем же выявляется пороговый характер этих двух узловых пун­ктов годооборота? Он напрямую связан с самим содержанием, выс­шим смыслом переживаемых здесь Праздников Пасхи и Дня Миха­ила. К тому же в одном случае душа вступает в Сновидческое полуго­дие, в другом - выходит из него и призвана высвободиться из оплодотворявших ее все лето грёзоподобных впечатлений и образов природной жизни, пробудиться к активным, целенаправленным дея­ниям - ее задаче в Бодрственном полугодии.

49

Вспомним, что до и после пасхального времени «искушающие» недели (46-7) предостерегают душу от некой чрезмерной бурности выхода ее из оболочек индивидуальности: такое «засыпание» едва ли приведет к здоровому, обновляющему и целительному сну... И напротив, до и после прохождения душою Михаэлева «порога», в «опасные» недели (20-33) она призывается преодолеть пассивность, вялость во взаимоотношениях с миром - сообразно ее задачам в Бодрственном полугодии.

50

При этом в 52-м, предпасхальном изречении перед этим «засыпа­нием в лето» из душевных глубин человека звучит обращение к Мировому Бытию, своеобразный «вопрос перед засыпанием».

51

Значит, душа надеется получить ответ из духовною мира. И осоз­нанно услышать его, как и в случае обычного еженощного нашего сна, она должна будет, вероятно, в момент «пробуждения», в нашем случае при прохождении порога Бодрственного полугодия. Но там... стоит Михаил! И он, как известно, призывает человека к бодр­ствованию, к сознательному и активному врабатыванию в насущные дела мира.

52

И, вероятно, чаемым душою при «пробуждении в осень» отве­том надо считать само имя Михаила. Ведь будучи буквальным обра­зом переведено с языка древнееврейского народа, Водителем которого и являлось это архангельское Существо, имя Михаэль заключает в себе то ли вопрос, го ли определение: «Кто как Бог(?)». Сколь активная, созидающая и притом исходящая лишь из глубин собственного суще­ства сила должна быть присуща тому, кто может быть представлен в ответе на лог вопрос! Не забудем и известного указания Рудольфа Штейнера: «Михаил есть Дух силы».

53

Какие еще черты, присущие этому Духу Времени, Духу нашей сегодняшней эпохи, можем мы поставить перед душой в это осеннее время, когда буквально все изречения Календаря души зовут человека к интенсивному и плодотворному самоосуществлению. Рудольф Штейнер, основавший современное духовнонаучное движение, стоящее, как известно, именно под знаком Михаила, свидетельствует, что в отличие от иных духовных Водителей человечества «...Михаил обращён к индивидуальности, а не к группам» (GA 195,25.12.1920).

54

«Другие духи импульсируют в человеке то, что человек должен осуществлять. Михаил же является особым духовным воителем свободы. Он предоставляет человека его делам, а затем из человеческих дел берег результаты, чтобы нести их далее в космос, чтобы далее действовать в космосе с тем, с чем человек еще действовать не может» (GA 237,8.08.1924).

55

И что исключительно важно, «... силы Михаила не хотят, чтобы о них молили, они хотят, чтобы человек связывал себя с нами» (GА 223, 28.09.1.923). Не эту ли глубинную связь с михаэлическим началом, что сопутствует действующему свободно, отваживающемуся в нужный момент взять на себя индивидуальную ответственность человеку, выразил в наши дни автор неожиданного и сакраментального утверждения: «Инициативный человек - божественен» (Gоеttlich ist der initiative Mensch)?²

56

В контексте размышлений антропософского журналиста эта формула родилась именно как ответ на испытующий вопрос, заключенный в имени Михаила. И это имя принадлежит подлинному Стражу, стоящему у порога Бодрственного полугодия и призывающею человека пробудиться правильным образом.

57

Но посмотрим, кто стоит перед врагами каждодневного нашего пробуждения в земной мир: «Утром, в момент пробуждения человек как бы стремится вступить во врага своей собственной сущности. Однако, у этих врат сюит Страж, Малый Страж порога (выделено нами - А.К.). Он не позволяет человеку войти в свою собственную сущность, но тотчас направляет его во внешний мир. Каждое утро человека встречает этот Малый Страж порога» (Р. Штейнер. Экскурс в область Евангелия от Марка, лекция от 9.XI1.1910, GA. 124).

58

Парадоксальность этого сообщенного Рудольфом Штейнером факта снимается, если подумать о том, что может означать вступление в эту «свою собственную сущность». Она ведь совсем гак же принад­лежит душевно-духовному миру, как и обширнейшие его области, опи­сываемые духовным исследователем. И потому требуется заградить доступ в этот мир тому, кто ещё не готов для вступления в него (ср. Очерк тайноведения. Ереван, 1992. С. 244).

59

Взглянем на другой полюс этой Пороговой оси - момент Пасхи. Здесь перед вратами нового Мирового года стоит Христос. Но это же и врата, порог вхождения души в Сновидческое полугодие, се «засыпа­ния в лето». Христос же, этот «великий земной прообраз человека», Он на определенной ступени духовного развития человека воспринимается им как Великий Страж порога, призванный заграждать неправомерный доступ в высшие миры (там же. С. 252). Но Он же и охраняет, оберегает человеческую душу на пути через эту область года, сильнее всего приближаясь к нам в это время и даже в известном смысле проникая, растворяясь в нас. И потому в это летнее время человек может безбо­язненно отдаваться внешнему миру. Он защищён - как и во время еженощного своего сна - в отличие от Бодрственного периода, тёмно­го зимнего времени, когда человек должен сам защищать себя от воздействия определенных внешних элементарных влияний, в соответ­ствии с вышеприведенным вопросом-напутствием Михаила (ср. GA 175,20.02.1917).

60

Правомерность сделанных только что сопоставлений может быть подкреплена сообщавшимися в разнос время Рудольфом Штейнером данными о природе обычного нашего еженощного сна. Так, сопоставляя различные, обычно бессознательные, переживания во время сна со ступенями древнеегипетского, а также средневекового розенкрейцерского посвящения, он указывает: на определенной стадии сна человек бессознательно - а на пути оккультного ученичества сознательно ощущает, что его «душа должна будет раствориться, если Существо Христа в этих сферах не станет ее Водителем. И чувство приближающегося Христа, становящегося Водителем, Которого человек - представляет в этой сфере связанным с жизнью Солнца..., он ощущает как средневековый ученик. ... Так живет человек во сне и через сон» (GA227,27.08.1923).

61