Теперь мы должны сказать следующее: когда я ем ре­пу, то мое тело может, в сущности, оставаться настоящим лентяем; ведь в случае репы телу приходится только раз­мягчить эту репу слюной, образованной во рту, и затем применить свой желудочный сок, пепсин и так далее; то­гда важнейшие вещества, содержащиеся в репе, направ­ляются в голову. Человеку необходимы соли. Эти соли доставляются ему благодаря тому, что находится в корне растения, и особенно в корне такого растения, как репа.

17

Если же человек ест картофель, он тоже сперва дер­жит его во рту, потом в желудке; там из картофеля об­разуется крахмал, но это происходит только благодаря усилиям тела. Затем крахмал идет дальше в кишечник. Для того, чтобы все это при дальнейшем пищеварении перешло в кровь и могло достичь головы, телу необходи­мо снова приложить усилия, чтобы крахмал превратить в сахар. Ибо только тогда он может дойти до головы. Тут, следовательно, должны быть приложены большие силы. Видите ли, господа, если я должен прикладывать силу по отношению к чему-то внешнему, то я ослабеваю. Это тайна человека: если я рублю дрова, следовательно, расходую силы внешним образом, тогда я становлюсь слабее. Но когда я внутренним образом создаю в себе силу, чтобы углеводы превратить в крахмал, а крах­мал — в сахар, тогда я становлюсь сильнее. Именно так осуществляется тот процесс, посредством которого я снабжаю себя сахаром; принимая в пищу картофель, я становлюсь сильнее. Тут, следовательно, дело не в том, чтобы только наполнить себя продуктом питания, но в том, чтобы этот продукт развил в теле силы.

18

Так что можно сказать: питание корнями — ведь все корни таковы, что воздействуют на голову, хотя и не в такой степени, как свекловичные, — питание кор­нями дает телу то, что ему нужно. Продукты, которые до некоторой степени можно отнести к ботве, содер­жат углеводы, которые дают телу силы, необходимые ему для работы, .необходимые для движения.

19

О картофеле уже говорил; он в то же время все-та­ки ослабляет человека, поскольку последнему прихо­дится тратить на него слишком много сил: он главным образом действует на человека так, что тот не получает силы на продолжительное время. Однако принцип, из­ложенный мною, относится именно к картофелю.

20

Насколько плох как средство питания картофель, настолько же хороши все зерновые; пшеница, рожь и так далее. В них тоже содержатся углеводы, причем в таком виде, что человек наиболее благоприятным обра­зом переводит их в крахмал, в сахар и, следовательно, благодаря углеводам, содержащимся в зерновых, может сделаться настолько сильным, как это вообще возмож­но. Вы только подумайте, насколько сильными могут стать люди в деревне благодаря тому, что они просто едят много хлеба, который производится из зерновых! Их тело само по себе должно быть здоровым, особенно если они употребляют грубый хлеб, который, в сущ­ности, является самой здоровой пищей. Они должны иметь здоровое тело; их тело в процессе выработки крахмала и сахара становится особенно сильным.

21

Тут возникает один вопрос: видите ли, человек, можно сказать, сам по себе подошел в своем развитии к тому, чтобы есть зерновые не так, как это делает живот­ное. Лошадь поедает свой овес почти в том самом виде, как он произрастает. Животные пожирают зерновые так, как они произрастают. Птицы даже хуже ели бы зерно, если оно было бы вареным! Человек сам подо­шел к тому, чтобы варить себе зерновые. Что же проис­ходит, господа, когда я варю зерновые? Видите ли, бла­годаря тому, что я варю зерновые, я употребляю их не в холодном, а в горячем виде. Ведь мы должны затратить тепло, если хотим перерабатывать пищу только внут­ренним образом. Без тепла не обойтись, господа, если надо превратить углеводы в крахмал, а крахмал — в сахар; для этого необходим внутренний жар. Если же я внешним образом разогреваю пищевой продукт, делаю его горячим, то я тем самым помогаю телу: ему тогда не надо отдавать свое тепло. Следовательно, при варке пи­щевой продукт первым делом вовлекается в огненный, тепловой процесс. Это первое. Второе, однако, состоит вот в чем: пищевой продукт совершенно изменяется! Подумайте только, что делается из муки при выпечке хлеба. Все становится совершенно иным! Но посредст­вом чего оно становится иным? Прежде всего я должен перемолоть зерно. Что означает молоть? Делать совсем маленьким. Видите ли, то, что я делаю с зерном — из­мельчение и перемалывание — я должен был бы про­делать в своем собственном теле! Благодаря помолу я снимаю с тела часть работы. То же самое я делаю и при варке. Все то, что я проделываю при варке, снимает нагрузку с тела, и я привожу пищевой продукт в такое состояние, в котором телу легче переварить его.

22

Представьте себе разницу между употреблением картофеля в сыром виде и в вареном виде. Если бы человек стал есть сырой картофель, то его желудку пришлось бы затратить чрезвычайно много тепла для того, чтобы этот сырой картофель превратить в крахмал, хотя картофель почти является крахмалом. Но такое изменение все равно было бы недостаточным. Затем кар­тофель направляется в кишечник. И кишечник должен снова расходовать много сил. Вследствие этого, однако, картофель вообще застревает в кишечнике; силы, дей­ствующие позднее, не способны больше направлять этот картофель дальше в остальное тело. Следователь­но, если едят картофель в сыром виде, то просто или наполняют желудок — и кишечник не в состоянии тогда даже начать свою работу, — или наполняют кишечник; но дальше дело не идет. Но если картофель приготов­лен — сварен ли он, или приготовлен как-то иначе — то желудку не приходится иметь с ним слишком много де­ла, также и кишечнику, картофель переходит в кровь и затем поступает даже в голову.

23

Итак, вы видите, что при варке той пищи, кото­рая считается углеводной, создается возможность по­мочь процессу питания.

24

Вы знаете, в новое время появились всевозможные глупости, особенно в отношении питания. Эти глупо­сти сегодня входят в моду. Есть так называемое сырое­дение; при этом вообще не хотят ничего больше гото­вить, а хотят есть все в сыром виде. Почему возникают такие вещи? Потому что материалистическая наука не в состоянии помочь людям узнать такие вещи, узнать, как обстоит тут дело; а знакомиться с духовной наукой они просто не желают. Поэтому они и выдумывают. Все сыроедение в целом есть ни что иное, как фантастика. В течение некоторого времени еще можно подвергать тело такому, я бы сказал, истязанию — поскольку телу приходится затрачивать слишком много сил, — упот­ребляя только сырую пищу; но в тем большей степени окажется оно обессиленным потом.

25