Если вы совершенно реально представите себе все то, что я описываю вам, то вы должны будете сказать: да, тогда не могли жить такие же существа, как сегодня. Конечно, такие существа, как современный слон, и тому подобные, даже человек в его современном виде — они бы просто утонули, а кроме того, они не смогли бы ды­шать. И поскольку они не могли бы дышать, они не мог­ли иметь легких в их современном виде. Органы образу­ются в полном соответствии с тем, как они будут приме­няться. Интересно то, что органа просто нет, если он не применяется. Так что легкие развивались лишь в той мере, в какой воздух очищался от серных и металличе­ских примесей, которые были в нем в древнее время.

5

Если мы хотим составить себе представление о том, что за существа жили тогда, нам надо будет прежде всего обратиться к тем существам, которые жили в плотной воде. В такой плотной воде жили существа, которых сегодня нет. Не правда ли, если мы сегодня говорим о формах современных рыб, то эти формы тако­вы потому, что вода жидкая. Даже морская вода относи­тельно жидкая; она содержит много растворенной соли, но, тем не менее, она относительно жидкая. В прошлом же в этом плотном море, в этой плотной жидкости, из которой, в сущности, состояла вся Земля, служащая упаковкой для Луны, — в этом плотном море было рас­творено все, что только возможно. Те существа, которые находились внутри этого моря, не могли плавать, как плавают наши современные рыбы, поскольку вода была слишком плотной; но и ходить они тоже не могли, так как ходить можно только по твердой почве. Вы можете представить себе, что эти существа обладали такой ор­ганизацией, такими членами тела, которые находились между тем, что необходимо для плавания — плавника­ми, и тем, что необходимо для ходьбы — ногами. Их строение занимало промежуточное положение. Видите ли, если у вас есть плавники — вы ведь знаете, как вы­глядят плавники, — то они имеют шиловидные, совсем тонкие кости (изображается на доске), и то, что находит­ся в промежутке между костями — перепонка, подсу­шенная мышечная ткань. Итак, мы видим плавник, в котором почти нет мышечной ткани, плавник с шиповидными, образующими шипы костями. У конечностей, которые служат для передвижения по твердому, служат для того, чтобы ходить или ползать, кости отступают во­внутрь, а тканевые массы покрывают их извне. Так что у таких конечностей мы наблюдаем в первую очередь внешнее нарастание мышечной ткани, тогда как кости располагаются внутри; здесь мышечная ткань являет­ся наиболее важной. Это (показывается на доске) имеет отношение к ходьбе; это относится к плаванию. Но ни ходьбы, ни плавания тогда еще не было; было нечто среднее между ними. Поэтому тогдашние животные имели конечности, в которых было нечто шиловидное, но это не было просто шипом, но уже обладало сочлене­ниями, подобными суставам. Были сочленения, причем весьма искусные. Между ними нарастала мышечная ткань, подобно перепонке. Если вы сегодня рассмотри­те некоторых водоплавающих животных с плаватель­ными перепонками между костями, то это последний остаток того, что когда-то существовало в широком мас­штабе. Тогда существовали животные, которые так про­стирали свои конечности, что они вместе с наросшей мышечной тканью могли удерживаться на поверхности плотной жидкости. И они имели суставы на своих ко­нечностях — не так, как рыбы сегодня, у которых суста­вов не видно, — они имели суставы. Благодаря им они могли дирижировать своими движениями — наполови­ну ходьбой, наполовину плаванием.

6

Итак, как вы видите, мы обратили свое внимание на тех животных, которые по преимуществу нужда­лись в таких конечностях. Сегодня они показались бы крайне неуклюжими, эти конечности; это были и не плавники, и не ноги, и не руки, но неуклюжие отро­стки на теле, которые, однако, очень хорошо подходи­ли для того, чтобы жить в такой плотной жидкости. Таков был один вид животных. Если бы мы захотели описывать его дальше, то следовало бы сказать: эти животные были предрасположены к такому формиро­ванию тела, чтобы эти чудовищные конечности могли возникнуть. Все остальное было у этих животных раз­работано слабо. Вы видите то, что сегодня еще суще­ствует у жаб или таких животных, которые плавают по болотам, то есть в плотно-жидком, — если вы их возьмете, то найдете в них слабые, угасающие, робкие послеобразования от тех чудовищных животных, ко­торые жили когда-то, которые были неуклюжи; у них была уменьшенная голова, как у черепахи.

7

А в уплотненном воздухе жили другие животные. Наши сегодняшние птицы должны были обрести то, в чем они нуждаются, живя в разреженном воздухе; они должны были сформировать себе легкие. Но живот­ные, которые жили тогда в воздухе, не имели легких, поскольку в уплотненном, серном воздухе они не могли бы этими легкими дышать. Но они принимали в себя этот воздух, причем принимали его так, что он служил им своего рода пищей. Эти животные еще не могли есть в современном смысле, потому что все съеденное оставалось бы у них в желудке. В качестве еды они не употребляли ничего твердого. Все то, что они употреб­ляли в пищу, они брали из уплотнившегося воздуха. Но во что вбирали они все это? Видите ли, они вбира­ли все в то место, которое было у них сформировано особенным образом.

8

Так вот, эти мышечные массы, которые наличест­вовали тогда у этих плавающих животных, у этих, я мог бы сказать, скользяще-парящих животных — ведь это не было ни плаванием, ни ходьбой — эти мышеч­ные массы тогдашние воздушные животные не могли бы использовать, поскольку они не плавали в уплот­ненной жидкости, но должны были сами носить себя по воздуху. То обстоятельство, что они сами должны были поддерживать себя в воздухе, обусловило у этих животных возникновение приспособленности к серно­му воздуху тех мышечных масс, которые развивались у скользяще-плавающих животных. Сера высушивала эти мышечные ткани и делала их тем, что мы сегодня наблюдаем как перья. В перьях есть эти подсушен­ные мышечные ткани, это — высушенная ткань. Но с помощью этих высушенных тканей эти животные могли образовать те конечности, которые им и были нужны. Это не были крылья в современном смысле, но они несли их по воздуху, они уже походили на кры­лья, но еще не были такими крыльями, как сегодня. И прежде всего те и другие очень сильно отличались в одном. Видите ли, сегодня очень немного осталось от того, чем были эти замечательные крыловидные образования: сегодня осталась только линька, когда птицы теряют свои перья. Эти образования еще не были перьями; они были образованы из усохших тканей, с помощью которых животные удерживались в уплотненном воздухе, причем эти образования бы­ли, собственно, наполовину органами дыхания, на­половину органами принятия пищи. Они вбирали то, что находилось в воздушной окружающей среде. И таким был каждый из этих органов, а именно из тех, которые не использовались для полета, но тоже имелись, хотя и в начальном состоянии, подобно тому как птица имеет перья по всему телу. Такие крылья служили для вбирания воздуха и выделения воздуха. Сегодня от этого остался только процесс линьки. Но раньше для того, чтобы питаться, птица должна была распушить свою ткань над тем, что она поглощала из воздуха, а затем она снова выделяла из себя то, что не было использовано; так что такая птица была устрое­на очень интересно.

9