Видите ли, в прежнее время здесь внизу жили ужасно неуклюжие водные животные — современная черепаха показалась бы настоящей принцессой среди них: эти животные тут внизу находились в водной сти­хии. А тут, вверху, находились те интересные живот­ные. И в то время, как нынешние птицы лишь иногда делают там наверху нечто не совсем приличное — и мы осуждаем их даже за это, не так ли, — те птицеоб­разные животные постоянно что-то выделяли из себя. И эти выделения, исходящие от них, подобно дождю падали вниз. Такой дождик особенно сильно выпадал вниз в определенное время. Но животные, находящие­ся внизу, еще не имели тех привычек, которые имеем мы; ведь мы считаем ужасным и неприличным, если птичка сделала нечто не вполне опрятное. Но живот­ные, находившиеся внизу в жидком элементе, так не считали; они поглощали то, что выпадало сверху, они всасывали все это в свое тело. Этот процесс был одновременно и оплодотворением того времени. Только благодаря указанному эти возникшие там животные вообще могли жить дальше; только благодаря тому, что они вбирали, они могли продолжать жить. В этом отношении не следовало бы говорить о происхожде­нии одного животного от другого, как это имеет место сейчас, но можно было бы сказать, что тогда эти живот­ные жили долго; они все снова и снова образовывали себя заново. Это была некая всемирная линька, мог бы я сказать; они постоянно омолаживали себя, эти животные, находившиеся внизу. Напротив, животные, находившиеся вверху, стремились, чтобы к ним прихо­дило то, что развивали животные внизу, и тем самым они оплодотворялись. Так что процесс размножения тогда представлял собой нечто, происходящее по все­му телу Земли. Верхний мир оплодотворял нижний, а нижний — оплодотворял верхний. Вообще, все это составляло одно совершенно живое тело. И я мог бы сказать; то, чем являлись тогда такие животные внизу и такие животные вверху, было подобно личинкам, находящимся внутри тела, когда все тело живое, и личинки, находящиеся внутри, тоже живые. Это была единая жизнь, и отдельные существа, которые жили внутри, жили в совершенно живом теле.

10

Но позднее наступило такое положение вещей, про­изошло такое событие, важность которого была исклю­чительна. Если бы описанная выше история могла бы продолжаться дольше, тогда все было бы не так, как сей­час на Земле. Тогда все осталось бы так, что неуклюжие животные вместе с воздушными животными заселили бы живое земное тело. Но настал день, когда произошло нечто особенное. Смотрите: если здесь мы имеем живое образование, Землю (см. рис. 3), то однаж­ды от этой Земли отделилось нечто более молодое; оно вышло в мировое пространство. Этот процесс выгля­дел так, что здесь возник небольшой нарост; тут воз­никло утончение, и, наконец — отделение.

рис. 3

11

Вместо нароста здесь вовне, в мировом простран­стве образовалось некое тело, у которого воздушная стихия — здесь еще находившаяся вокруг — стала нахо­диться внутри, а снаружи находилась уплотнившаяся жидкость. Итак, отделилось вывернувшееся наизнанку тело. В то время как на лунной Земле ее внутреннее яд­ро оставалось жидким, а уплотненный воздух находил­ся снаружи, выделившееся тело имело снаружи плотное вещество, а внутри — разреженное, тонкое. И в этом теле можно узнать сегодняшнюю Луну, если, конечно, правильным образом, без предвзятости исследовать эти вещи. Сегодня можно совершенно точно знать, что, например, находится в воздухе, знать, из чего состоит воздух. Также можно совершенно точно знать и то, что Луна когда-то находилась внутри Земли! То, что теперь как Луна вращается вовне, находилось внутри Земли, и отделилось, вышло в мировое пространство.

12

Следовательно, мы можем сказать: из древнего лун­ного состояния Земли возникло нынешнее состояние Земли. А тем самым возникло и минеральное царство. И теперь все формы должны были измениться. Ибо теперь оттого, что Луна вышла, воздух стал менее на­сыщен серой, он все больше и больше приближался к современному его состоянию на Земле. Также выпало в осадок и то, что было растворено в жидкости, все это создало горообразные включения, а вода становилась все более похожей на нашу теперешнюю воду. Луна же напротив, имея по окружности то, что мы на Земле имеем внутри, образовала снаружи совершенно орого­вевшую плотную массу; ее-то мы и видим вверху. Она не такая, как наше минеральное царство, она такова, как если бы наше минеральное царство стало орого­вевшим, остекленевшим, стало чрезвычайно твердым, тверже, чем все рогообразное, имеющееся на Земле; в то же время оно носило скорее рогообразный, нежели минеральный характер. Отсюда эта особенная форма лунных гор. Все эти лунные горы выглядят, собственно, как начинающие образовываться рога. Они образова­ны так, что внутри них еще можно воспринять органи­ческое, то, что когда-то было связано с жизнью.

13