Ведь как происходит историческое развитие? Было время, начиная от древнейшего христианства до XII, XIII, даже до XIV столетия, когда христианам запрещалось читать Библию. Новый Завет читать не разрешалось. Это были вправе делать только священники. Простые верующие не смели читать Библию. Почему? Потому что духовенство знало, что Библию надо читать правильно. Библия возникла в то время, когда люди думали не так, как они думают сегодня; в то время люди думали образно. Итак, Библию надо было читать правильно. Если бы люди без правильной подготовки стали читать Библию, то они сделали бы вывод, что в Библии четыре Евангелия - Евангелие от Матфея, Евангелие от Марка, Евангелие от Луки и Евангелие от Иоанна - противоречат друг другу. Почему они противоречат друг другу? Господа, надо правильно понимать это. Человеку IV или V веков не могли бы прийти в голову рассматривать такие противоречия. (Имеются в виду читатели христиане, так как философы-язычники, неоплатоники и др., например, Цельс в третьем или Юлиан в четвертом веках знали и писали о таких противоречиях. При этом они руководствовались античной рациональной логикой, выработанной еще досократиками, Платоном, Аристотелем, Филоном Александрийским и др., тогда как христианская догматика, складывающаяся в период первых Вселенских Соборов носила порой иррациональный характер - примеч. перев.) Конечно, Евангелия противоречат друг другу.

59

Но представьте-ка себе, что я сфотографирую господина Бурле в фас и покажу вам его карточку. Вы узнаете на фотокарточке, что это господин Бурле. Появится еще один фотограф и сфотографирует его сбоку, так что будет виден профиль. Я покажу вам это фото, и вот все вы начали бы говорить: «Нет, это не господин Бурле, он выглядит совсем иначе, он должен смотреться в фас, а тут что-то не так. То, что ты мне показываешь, снято сбоку, это не господин Бурле!» - На самом деле это тот же самый господин Бурле, но только с двух разных сторон! А если бы я снял его сзади, то вы бы сказали: «Но ведь у него должен быть нос, а тут одни волосы!» Но именно так он выглядит с разных сторон!

60

Если мы «фотографируем» с разных сторон духовные процессы, то и они выглядят по-разному. Надо непременно знать о том, что Евангелия написаны с четырех различных точек зрения. Поэтому они даже должны противоречить друг другу, подобно тому как фотографии господина Бурле, снятые в фас, профиль и сзади отличаются одна от другой.

61

Но вот, пришло время, когда люди сказали: чтобы читать Евангелия незачем готовиться. Мы сегодня вообще ничего не делаем, подготовившись как следует. Мы, правда, готовимся в школе, где нас дрессируют, но освободившись от этой дрессировки лет в четырнадцать, пятнадцать, мы уже не готовимся ни к чему, мы и так должны все понимать. – Что ж, это вполне нормальный взгляд сегодня.

62

Но не это ли ведет к тому, что люди говорят: вон там стоит Гётеанум, но учатся там не дети, а древние дядьки с лысиной, они все еще хотят чему-то научиться. Да ведь если в школу ходят не дети, а какие-то старики, то это просто дурдом! (Narrenhaus). – Видите ли, так они говорят, поскольку не могут представить себе, что люди все еще хотят чему-то учиться.

63

Так обстоят сегодня дела. Нам должно быть ясно: для того, чтобы читать нечто такое, как Евангелия, надо сначала должным образом подготовиться, поскольку их надо понимать образно. Если сегодня кто-то захочет читать китайские тексты, ему сначала придется изучить иероглифы. Если бы сегодня Евангелия захотели принимать так, как они написаны, то они были бы непонятны, казались бессмыслицей, точно так же как китайская грамота кажется каракулями тому, кто не может в ней толком разобраться. Если же эти вещи встречают правильное понимание, приходят к выводу, что все в христианстве сводится к одному: ты должен учиться всегда удерживать равновесие между ариманическим и люциферическим, чтобы одно не взлетало вверх, а другое не опускалось вниз.

64

Поэтому антропософия без смущения говорит о христианском именно в этом смысле. Она подчеркивает, что христианское состоит вовсе не в том, чтобы постоянно иметь на устах имя Христа. Люди упрекают антропософию за то, что она так мало говорит о Христе. Я всегда в таких случаях отвечаю: антропософия говорит о Христе немного, потому что она знает десять заповедей. А вы говорите о Христе так много, поскольку не знаете заповеди: не упоминай имени Господа Бога твоего всуе.

65

Сегодня в проповедях христианских пасторов непрестанно выговаривают имя Христа. Однако Его можно выговаривать лишь когда правильно понимаешь, что Оно означает! В этом смысле антропософия ведет себя иначе: она хочет быть поистине христианской, без ложного ханжества. Она хочет стоять на научном уровне, она действительно стремится выйти на научный уровень. С этой точки зрения она рассматривает событие, поставленное между древним временем, которое имело люциферический характер, и новым временем, которое носит ариманический характер; она рассматривает события в Палестине как решающие, задающие тон всей мировой истории.

66

Только правильно понимая то, что тогда произошло на Земле, будут приходить в себя. Человечество сейчас находится как бы вне себя со всей своей чисто внешней наукой. Наш разговор об этом мы продолжим в среду в девять часов. Вот такой ответ мне хотелось дать вам на поставленный вопрос. Я полагаю, что все это можно понять.

67