Да, римляне, благодаря некоему природному мыш­лению, еще кое-что знали о том, чего все позднейшее человечество уже не знало, и к чему мы сейчас при­дем самостоятельно, независимо от них. Сейчас мы сможем убедиться в том, что римляне не были глупы, почему они были очень умны! Голова Януса называ­ется яннер, январь. Почему же они сопоставляли ее именно с тем временем, когда начинается год? Это тоже особая тайна.

42

Если, господа, удалось зайти так далеко, чтобы увидеть, как душа работает не только в голове, но и в печени, и в почках, то можно проследить также, ка­ким образом изменяется эта деятельность по ходу го­да. В теплое время года, летом, дело обстоит так, что печень работает чрезвычайно мало. Тогда печень и почки больше пребывают в состоянии своего рода ду­шевной сонной деятельности, они только выполняют свои внешние телесные функции, поскольку человек тогда больше отдается теплу внешнего мира. Внутри себя он в большей степени обретает состояние покоя, там все усмиряется.

43

Вся система пищеварения к середине лета стано­вится более заторможенной, спокойной, чем зимой, тогда как в течение зимы эта пищеварительная сис­тема начинает становиться чересчур душевно-духов­ной. И когда подходит Рождество, когда наступает новогоднее время, когда начинается январь, то ду­шевная деятельность внутри печени и почек стано­вится наисильнейшей.

44

Это римляне тоже знали. Вот почему они и назы­вали этого двуликого человека человеком-Янусом, че­ловеком января. Если человек снова самостоятельно приходит к поиску разумного начала в том, что вы­ставлено перед ним, то он не должен ограничиваться тем, чтобы просто «пялить глаза» на эти вещи, он должен стремиться снова понять их. Ему приходится иногда просто «пялить глаза», но это оттого, что современная наука стала бессильной. Видите ли, антро­пософия вовсе не является непрактичной. Она может объяснить не только все, что относится к человеку, но и то, что относится к истории; она может, например, объяснить, почему римляне изображали эту голову Януса! Я говорю об этом не ради тщеславия, но, в сущности, Бедекеру следовало бы принять к себе на службу антропософа, для того чтобы люди понимали мир; в ином случае они будут путешествовать по ми­ру в сонном состоянии, они будут всего лишь пялить глаза на все, недоступное их пониманию.

45

Да, господа, отсюда вы можете увидеть действи­тельную серьезность того, когда говорят, что для дости­жения душевного начала надо исходить из телесного. Об этом душевном начале я буду говорить с вами даль­ше в ближайшую субботу. Вы можете обдумать вопросы, которые вы бы хотели задать. И пусть для вас станет очевидно, что это действительно не шутка, когда хо­тят на основе телесного познать душевное начало; это наука, причем очень серьезная.

46